В Польше рапортуют о достижении энергетической безопасности: все связи с Россией разорваны, пишет издание Myśl Polska. Между тем дешевая российская нефть была основным конкурентным преимуществом Польши, от которого она по собственной инициативе отказалась. Экономические последствия этого уже ощущаются.
Операция «энергетическая безопасность» завершилась успешно. Эта тема обсуждалась в средствах массовой информации столько лет, что в головах у нас уже все перепуталось.
И не удивительно, ведь эта информация обрушивалась на наши головы грозной лавиной, нас упорно пугали рассказами о том, как мы энергетически уязвимы и зависимы, покупая нефть и газ у России. Нам объявили курс на избавление от этой зависимости, а в качестве утешения объяснили, что, мол, мы не то чтобы полностью отказываемся от российской нефти или газа, мы просто хотим «сбалансировать» импорт сырья и обезопасить себя от «энергетического шантажа». Политики, которые вроде бы должны чутко улавливать настроения общества, с особым цинизмом принялись разрушать все энергетические отношения с Востоком.
Нам обещали диверсификацию, но сегодня, когда дымовая завеса спала, вместо нее нашему взору предстала «дерусификация». То есть разрыв всех (особенно энергетических) связей с Россией и заражение Польши вирусом острейшего конфликта с этим восточным соседом. Сегодня именно этот агрессивный термин – «дерусификация» – открыто используют даже серьезные государственные институты. Они уже могут использовать его не таясь, потому что прежнее словечко – «диверсификация» – подходит для описания сегодняшней ситуации как рыбе зонтик.
Между тем ситуация невеселая. Вместо диверсификации поставок мы имеем сегодня один-единственный маршрут, соединяющий польские НПЗ с источниками нефти. При этом он подвержен многим рискам, о которых, впрочем, приказано помалкивать. Да, сегодня НПЗ могут покупать сырье у кого угодно по всему миру. Вот какую «свободу» мы обрели благодаря новой модели «энергетической безопасности»! Вот только если, покупая сырье у России, мы были первыми в очереди к «прилавку», потому что нас было просто невозможно обойти, то теперь мы заняли место в хвосте. У нас нет таких ресурсов, какие имеются у американцев, чтобы немного напугать продавца и получить за счет этого лучшие условия. Мы не так богаты, как японцы или китайцы, чтобы инвестировать в добычу и получать более выгодную цену. Остается только одно – платить дороже.
А дешевая и надежная российская нефть была единственным конкурентным преимуществом нефтеперерабатывающей промышленности нашего региона. Для предприятий в странах без выхода к морю, таких как Венгрия, Словакия или Чехия, она была условием выживания…
Анджей ШЧЕЩНЯК (Польша)
