Московский экономический форум нащупал болевые точки
В столице на прошлой неделе прошел юбилейный X Московский экономический форум. По традиции на МЭФ акцент делается на заострении проблем, совместный поиск идей, а не на внешний антураж. И в этом, пожалуй, главное достоинство этой по-своему уникальной, альтернативной площадки. К примеру, на пышном Петербургском форуме (ПМЭФ) российскую денежно-кредитную политику в основном гладят по шерсти, а на Московском форуме без ложной политкорректности обнажают проблемные узлы, предлагая комплексные решения, которые, как показало время, находят воплощение на практике. В этом мнении сошлись многие участники мероприятия. Тем более что железобетонные факты, представленные в ходе выступлений, показали неизбежность нарастания инвестиционного и промышленного спада в экономике.
Мозговой штурм, проходивший на Покровке в «Цифровом деловом пространстве», собрал солидный пул экспертов, чиновников различного ранга, академиков, экономистов, политических, творческих и общественных деятелей, и самое главное – реальных практиков, директоров предприятий, которые особенно остро чувствуют замедленный пульс российской экономики и не жалеют эмоций, чтобы донести свою позицию.
Открывая первое пленарное заседание, председатель Форума, президент Ассоциации «Росспецмаш» Константин Бабкин с ходу заявил, что мы оказались в парадоксальной ситуации. Во многих отраслях экономики ощущаются апатия и значительное снижение темпов развития, тогда как в России есть все возможности и ресурсы для работы и созидания.
Промышленник привел пример из жизни крупнейшего производителя сельскохозяйственной техники – компании «Ростсельмаш», совладельцем которой он является. «Начало нынешнего года – мы тоже фиксируем падение. Три наших завода сегодня работают примерно на 30% мощности. При том, что ситуация внешнеполитическая, внутриэкономическая, внутриполитическая толкают нас, как я уже сказал, работать больше и больше созидать», – сообщил Константин Бабкин.
В чем же причина? Спикер уверен, что необходимо «менять парадигму экономической политики», которая должна быть нацелена не только на борьбу с инфляцией, экспорт сырья и на накопление денег. Она должна работать на комплексное развитие нашей цивилизации.
Участников Форума особенно воодушевили призывы к новой индустриализации, которые высказал Константин Бабкин.
Академик и математик Роберт Нигматулин на «пленарке» прямо-таки бил в набат. Вместе со своим братом он вывел уникальную формулу инвестиционной и монетарной эффективности. Проведенный математический анализ показал, что российский «коэффициент полезного действия» экономики является самым низким среди крупных мировых держав. Россия фактически заняла 51-е место из 50 возможных, демонстрируя деградацию структуры занятости. Так, число работников в машиностроении сократилось в 10 раз, а количество ученых – в три раза. «И даже Польша нас уже обогнала!» – в сердцах воскликнул Роберт Нигматулин.
В этом году ключевая тема форума – «От охлаждения – к развитию. Что и когда делать?». Забегая вперед, скажу, что профессор, депутат Госдумы Оксана Дмитриева в одной из сессий метко подытожила, что «охладить экономику легко, а разогреть не так уж и просто». С прямым пассажем в сторону ЦБ.
МЭФ был богат на иронию и афоризмы.
Госсекретарь Союзного Государства Беларуси и России не может давать оценок деятельности ЦБ, то ли дело академик РАН! С такого ироничного подтекста начал свое выступление выдающийся экономист Сергей Глазьев. Ведущий дискуссии, известный экономический обозреватель Юрий Пронько сделал «ход ферзем» и представил Сергея Глазьева как положено.
На большом экране моментально появилась диаграмма «Порочный круг Банка России по «таргетированию инфляции». Академик РАН тут же пояснил, что «порочный круг» – это когда с 90-х годов по указаниям МВФ все свелось к одному показателю – снижению инфляции, и одному инструменту – ключевой ставке. Политика таргетирования инфляции нелепа, потому что она предполагает, что экономика находится в состоянии равновесия, но мы не думаем об экономическом росте, а экономика никогда не находится в состоянии равновесия. Главный вопрос – как выйти из порочного круга к дешевым кредитам для производства.
Глазьев предложил перейти к политике целевого кредитования инвестиций, которое позволит наращивать производство, снижать издержки, поднимать эффективность. Для этого заемщик должен получать кредит под 2–3%, максимум под 4%, как это происходит в Китае и на Западе.
«Нашим денежным властям неведомо такое явление, как рост производительности труда», – сообщил Сергей Глазьев.
Сейчас, по словам академика, загрузка мощностей в среднем чуть более 60%, а в машиностроении еще меньше – 30–50%. При этом до сих пор существует проблема оттока капитала, который продолжается, несмотря на СВО и отношения с Западом: он достигает 70–80 млрд, а то и 100 млрд долларов ежегодно.
«В российской экономике ситуация хуже, чем была спрогнозирована, но у нас есть возможности реализовать стратегию опережающего развития с темпом роста ВВП 5–8%», – подчеркнул Сергей Глазьев. Она состоит из нескольких мероприятий.
Во-первых, форсированный рост нового технологического уклада.
Во-вторых, динамическое наверстывание в высокоразвитых сегментах экономики (энергетическом и нефтегазовом секторе, авиа-, машиностроении и сельском хозяйстве).
В-третьих, догоняющее развитие, которое продолжается в машиностроении с опорой на Китай.
В-четверых, углубление переработки сырья.
В-пятых, стимулирование инновационной активности, развитие человеческого потенциала.
Одной из ключевых мер должна стать поддержка товаров Союзного государства – продукции, которую Россия и Беларусь производят совместно.
«В совокупности – это сложносоставная стратегия опережающего развития, которая дает, по подсчетам, 5–8% экономического роста в год на базе имеющегося потенциала», – уверен Сергей Глазьев.
Особый интерес и тревогу вызвало выступление реальных практиков.
Генеральный директор АО «Челябинский механический завод» Петр Вагин затронул тему российской системы кооперации, которая имеет уязвимости и бреши. Привел пример, когда подшипник из Малайзии стоит 28 руб., а закон обязывает его предприятие покупать российский за 900. Идея локализации теряет смысл в сегодняшней ситуации, когда нет комплексной, согласованной политики, отметил директор завода.
Ключевой темой руководителя машиностроительного предприятия Армена Налбандяна оказались проблемы сельхозмашиностроения и аграрной экономики. Он подчеркнул, что с 2022 по 2025 год спрос на сельхозтехнику сократился примерно вдвое. Дефицит техники – опасное явление для страны. Нет системы поддержки предприятий и заводов. Спасать экономику и предприятия надо не гильотиной, подытожил спикер.
Кто кормит 1,5 млн курьеров и миллион охранников? Владимир Боглаев, генеральный директор АО «Череповецкий литейно-механический завод» задал с трибуны такой вопрос. И тут же на него ответил: «Четыреста тысяч машиностроителей…» Кадров не хватает, но именно отсюда идет их перекачка. Каким образом можно уменьшить потребление сегмента услуг? Выход есть. Владимир Боглаев назвал два варианта: финансировать производство и создавать необходимые условия. Но все упирается в банки…
Сельхозпроизводитель Александр Чепухин отметил, что многие действия ЦБ вызывают недоумение и с экономикой никогда не было так сложно как сейчас. За 3 года ему удалось купить всего одну единицу техники (комбайн). Банки кредитуют предприятие под 20% годовых, и получить деньги, чтобы провести весенне-полевые работы, не так то просто. В итоге заработок – ноль. Предприниматель отметил, что мы идем к спекулятивной экономике 90-х и что сейчас гораздо выгоднее продать за 1 млрд предприятие и положить деньги под процент в банк.
Директор Института социально-экономического прогнозирования им. Д.И. Менделеева Андрей Щербаков заострил мысль на том, что в России загруженность предприятий – всего 40%. И это уже не «охлаждение» (любимый термин из лексики ЦБ), а близко к смерти.
Между тем мы имеем 17 млн самозанятых, и это кадровый резерв! Как один из вариантов – их возможно перетащить в промышленность, чтобы она развивалась. По мнению спикера, необходимо переделать банковскую систему, чтобы банки стали подлинными институтами развития и помогали росту производства.
Как оказалось, экономика без связи с культурой и духовностью – деньги на ветер. Да и в освобождении созидательной энергии народа она играет первостепенное значение.
Заслуженная артистка России, член правления Союза кинематографистов России Мария Шукшина поведала о непростом бытии российских кинематографистов и тотальной коммерциализации отрасли, а также подвергла жесткой, но конструктивной критике текущий подход к распределению бюджетных средств в сфере кино.
Мария Шукшина особо подчеркнула, что ориентация на прибыль и развлекательный контент естественна для бизнеса, но государство не должно отдавать стратегически важные направления на откуп коммерсантам.
На пути реализации молодых талантов стоят огромные рогатины. Как отметила актриса, сегодня в киноотрасли выстроена система жесткой сегрегации. Узкая группа лидеров перераспределяет огромные субсидии, в то время как талантливая молодежь из регионов зачастую не может найти денег на билет до Москвы, чтобы принять участие в так называемом «питчинге». Участие в подобном конкурсе Минкульта стоит 250 тысяч рублей.
К слову, рентабельность советского кинематографа была 900%, а российского – только 6%. Есть над чем задуматься.
Российская экономика – это живой организм. Во время одной из дискуссий академик РАН Сергей Глазьев перевел тон с минорного на мажорный, отметив, что адаптивность российского предпринимательства очень высокая. Показателен недавний пример, как в критический момент, под гнетом санкций, мы быстро переориентировались с Запада на Восток. Денежно-финансовая политика должна подчиняться здравому смыслу в этой ситуации и стратегическим планам, принятым руководством. Плюс инструменты инвестиционной активности.
Выступление Государственного секретаря Союзного государства Сергея Глазьева участники слушали с особым вниманием. Его можно и нужно было подробно конспектировать, особенно представителям исполнительной власти. Однако, как отмечали спикеры, таковых на Форуме не оказалось, равно как и представителей ЦБ, несмотря на неоднократные приглашения организаторов. Более того, участники сошлись во мнении, что с экспертным сообществом ЦБ прекратило общение, поскольку у них имеются свои форумы и площадки для дискуссий. Но практика показала, что такой диалог необходим как воздух и важно перейти из пространства дискуссии в практическое русло. Однако, как с оптимизмом резюмировал председатель МЭФ: «Министры нас слышат!» Подобные надежды не оставляют и все российское общество.
А.В. СИНЕНКО, публицист
