Новые тарифы и пустые кошельки
Мария Григорьевна стоит у окна своей однокомнатной квартиры в Сызрани и смотрит на осенний двор, а в руках у нее – квитанция. Пенсия у нее всего 19 тысяч рублей, из которых 12 тысяч она отдает за коммуналку. На оставшиеся 7 тысяч она живет целый месяц: покупает «макарошки», крупу, хлеб, молоко, дешевые таблетки от давления, которые нужны каждый день, и иногда – совсем редко – себе шоколадку, потому что тоже хочется чего-то хорошего в этой жизни.
Семь тысяч на месяц. Это 230 рублей в день – на еду, на бытовую химию, на проезд, на всё. Она уже давно ужимается во всем: не включает свет, пока не стемнеет совсем, не греет воду в чайнике дважды, ходит в магазин только по акциям, а зимнюю куртку носит шестой год, потому что на новую просто нет денег. Всю жизнь – тридцать два года на заводе – вставала в пять утра, стояла у станка, поднимала тяжелое, заработала гипертонию, артрит и букет других болячек, о которых теперь вспоминает с тихой горечью.
Она отдала этому государству все – молодость, здоровье, силы, – а государство каждый месяц присылает ей квитанцию, в которой цифры растут, как сорняки в огороде, который она уже не может копать, потому что спина не гнется.
И теперь власти приняли очередное решение об увеличении тарифов, и Марии Григорьевне придется отдавать за все услуги еще больше. В Сызрани – самое большое повышение в стране: до 38 с лишним процентов в зависимости от системы теплоснабжения. 12 тысяч, которые она платит сейчас, превратятся в 16 600 рублей. От ее 19-тысячной пенсии останется 2400 рублей. На месяц. На человека. 80 рублей в день – на еду, на таблетки, на жизнь…
И Мария Григорьевна смотрит в окно, и в глазах у нее слезы, потому что она мысленно перебирает – что еще урезать?
И пока Мария Григорьевна пересчитывает копейки, правительство с 1 сентября принимает новые правила – много, сразу, на все случаи жизни. Чиновники называют это реформой.
Но давайте разберемся – что именно нового придумали наши чиновники, как это ударит по карману граждан, и есть ли в нововведениях хоть что-то, что действительно работает в пользу обычного человека.
С 1 октября вступает в силу второй этап индексации. Первый прошел первого января: рост на 1,7% по всей стране из-за повышения налога на добавленную стоимость с 20 до 22% процентов. Второй, основной, – с 1 октября: от 8 до 22% в зависимости от региона. Совокупный рост за год составит от 10 до 24%, а в отдельных муниципалитетах – и выше, как в Сызрани, где цифра доходит до 38% с лишним.
Москве повезло чуть больше: предельный индекс – 15%. Санкт-Петербург – 14,6%. Ставропольский край – 22%, и для семьи в Ставрополе, где зарплаты несравнимо ниже столичных, каждый дополнительный рубль в квитанции чувствуется.
С 1 сентября появилось одно правило для всех: единый платежный код, по которому можно заплатить через систему быстрых платежей без комиссии, с банковской карты или цифровым рублем. Не нужно больше искать, где платить дешевле – везде одинаково, везде без лишних поборов. Бумажные квитанции никуда не делись: кто всю жизнь платил на почте или через кассу – пусть продолжает, никто не заставляет переучиваться. Но для тех, кто привык делать все со смартфона, жизнь стала чуть проще. А главное – для пенсионеров, инвалидов, ветеранов, многодетных семей комиссия запрещена при любом способе оплаты. Вообще при любом – хоть с карты, хоть через приложение, хоть на почте. Ни одного лишнего рубля за то, чтобы отдать свои деньги за свои же трубы.
Пока это касается крупных организаций с выручкой от 120 миллионов рублей, но каждый год порог будет снижаться, и все больше мелких управляющих компаний и ТСЖ попадут под это правило. Для обычного человека смысл простой: заплатил – и деньги дошли, без комиссий, без потерь.
Теперь в каждом доме должен появиться официальный канал в мессенджере MAX – да, в том самом, национальном. Не добровольная группа для недовольных, не чат по интересам – а официальный домовой канал, который управляющая компания обязана создать и вести по закону.
Зачем это нужно жильцу? Раньше, чтобы заставить управляющую компанию хотя бы отреагировать на сломанный лифт или текущую крышу, нужно было пройти целый квест: написать бумажное заявление, отнести его в офис, получить входящий номер, ждать 30 дней, получить отписку, пойти в жилищную инспекцию, ждать еще три месяца – и в итоге, может быть, чего-то добиться, а может быть, и нет. Теперь всё иначе. Вы пишете сообщение в домовой канал – и оно автоматически становится официальным обращением, которое нельзя проигнорировать. Управляющая компания обязана ответить в срок, установленный законом. Не ответила – штраф до 300 тысяч рублей. Не создала канал вовсе – тоже штраф. В этом же канале компания обязана публиковать график работы, контактные телефоны и информацию обо всех перебоях: когда отключат воду, когда не будет отопления, когда лифт не работает.
Жильцам участвовать необязательно – никто не принуждает быть на связи или отвечать. Но право написать и получить официальный ответ, за которым стоят реальные последствия, – теперь есть у каждого.
Тарифы, квитанции, чаты – все это верхний слой нашей системы ЖКХ. Под ним – трубы, которые десятилетиями обеспечивают работоспособность системы. Котельные, построенные в 50–70-х. Теплотрассы, которые рвутся каждую зиму. Сети водоснабжения, которые теряют по дороге треть воды. Износ сетей в стране – по разным оценкам, от 60 до 80% процентов. Ежегодно на ремонт и замену требуются, по расчетам Минстроя, сотни миллиардов рублей.
И вот тут возникает неудобный вопрос, на который никто из госчиновников не хочет отвечать. Управляющие компании – частные коммерческие организации. Частная управляющая компания не будет вкладывать свою прибыль в замену трубы подземной теплотрассы, которая служит с 70-х годов и держится на честном слове. Ей это невыгодно: вложения огромны, срок окупаемости – десятилетия, а договор с домом можно потерять через год. Максимум – залатают на скорую руку там, где течет. Рано или поздно за эти трубы придется платить государству – в виде дотаций, субсидий, программ модернизации, аварийных выплат. При этом прибыль по прежнему будет оседать в карманах владельцев частных УК и подрядчиков, а убытки и инвестиции – в бюджете.
Зачем нужны такие посредники? Если капитальный ремонт и замену коммуникаций все равно оплачивает государство, то в чем смысл прослойки между собственником квартиры и тем, кто реально держит в руках трубы и провода? Государство дает деньги – но через посредников, каждый из которых забирает свой процент на содержание аппарата, зарплаты, офисы и отчетность. В итоге до труб доходит копейка с каждого рубля.
Адекватная плата за жилье и коммуналку не должна превышать 10% дохода семьи. Когда человек отдает за коммуналку большую часть зарплаты – это не экономика, это грабеж. Когда пенсионер платит за коммуналку больше, чем остается ему на еду, – это не реформа. Коммунальные платежи должны быть не бременем, а обычной, предсказуемой, посильной частью жизни – как проезд на автобусе или покупка хлеба. Но для этого нужно, чтобы инфраструктура, которая обеспечивает нас теплом, водой и светом, не находилась в руках людей, чья единственная цель – прибыль.
Отрасль жизнеобеспечения – стратегическая. Отопление, водоснабжение, канализация, электричество – это не товар, который можно продать дороже и уйти. Это основа жизни. Передать ее частным компаниям – все равно, что отдать армию на аутсорсинг наемникам, которые воюют, пока платят, а потом исчезают с деньгами. Так было уже, и не раз: частные руки набивают карманы, выжимают из сетей последнее, пока те еще работают, а когда все рушится – исчезают, оставляя государству сгнившие трубы, устаревшее оборудование и миллионы людей с ледяными батареями. А государство – то есть мы с вами – потом за бюджетные деньги, за наши налоги, все это чинит и восстанавливает.
Прибыль – частная, убытки – государственные. Эта схема работает годами: деньги на ремонт и замену инфраструктуры рассеиваются по тысячам посредников.
Частные управляющие компании и ресурсоснабжающие организации живут по простой формуле: максимум прибыли при минимуме вложений. Им невыгодно менять трубы, которые служат с 70-х, – это огромные траты без быстрой отдачи. Гораздо удобнее годами латать дыры, поднимать тарифы и собирать деньги с жильцов, пока система окончательно не рухнет. А когда рухнет – они просто уйдут, оставив после себя ледяные подъезды, затопленные подвалы и людей, которым нечем платить за то, чего они даже не получают. И тогда спасать ситуацию снова придется государству – то есть нам с вами, через налоги, дотации и экстренные программы, которые каждый раз вытаскивают отрасль из ямы, выкопанной ради чужих дивидендов.
Выход здесь может быть только один – системы жизнеобеспечения не должны работать ради прибыли: их задача – служить людям, а не набивать карманы владельцев. Отопление, вода, канализация – это не бизнес, а базовая необходимость, без которой нормальная жизнь невозможна. Национализация отрасли – не абстрактный лозунг, а единственный способ вернуть контроль над тем, от чего зависит выживание людей. Каждый рубль должен идти не на дивиденды, а на реальные дела: на новые и надежные трубы, которые не будут лопаться каждую зиму, на современные котельные. Только тогда вместо бесконечных аварий и растущих квитанций люди получат то, что им действительно нужно: тепло в доме, воду из крана и уверенность в том, что их деньги не оседают в чужих карманах, а реально работают на их комфорт и безопасность.
Евгений ФЕДОРИНОВ
