Не бороться с несправедливостью — значит сотрудничать с ней




Уважаемый председатель!

Уважаемые депутаты Государственной думы!

Специальная комиссия по оценке соблюдения процедурных правил и фактической обоснованности обвинения, выдвинутого против президента Российской Федерации, была создана, как следует из ее названия, во-первых, для проверки соблюдения процедурных правил выдвижения обвинения против президента Российской Федерации и, во-вторых, для проверки обоснованности самого обвинения.

Сразу же хочу отметить, что президентская сторона не воспользовалась этими возможностями. Несмотря на то, что Специальная комиссия была создана в соответствии со ст. 93 Конституции, вследствие чего она приобрела статус конституционного органа, требования которого для всех должностных лиц Российской Федерации являются обязательными, ни президент, ни его представитель участия в работе Комиссии не приняли.

Основываясь на утвержденном Регламенте и стремясь к максимально объективному рассмотрению поставленных перед ней вопросов, Комиссия предприняла меры к тому, чтобы восполнить отсутствие президентской стороны.

С этой целью она по собственной инициативе приглашала на свои заседания лиц, которые зарекомендовали себя как сторонники президента и могли дать показания в его пользу.

К сожалению, многие из них, следуя примеру президента и, возможно, опасаясь неблагоприятных для себя последствий, отказались от участия в работе Комиссии. В их числе А.В. Козырев, Г.Э. Бурбулис, С.М. Шахрай, Е.В. Савостьянов, О.И. Лобов, П.С. Грачев, В.С. Черномырдин и многие другие. Несмотря на это, есть все основания считать, что принятый Комиссией Регламент работы позволил ей объективно и справедливо рассмотреть поставленные перед ней вопросы.

Что должна была установить Специальная комиссия для того, чтобы признать выдвижение обвинения обоснованным?

Изучение Конституции Российской Федерации и других нормативных актов привело нас к выводу, что для этого достаточно установить в действиях президента наличие лишь отдельных признаков преступления.

На чем основан этот вывод? На анализе правовых норм, содержащихся в ст. 93 Конституции Российской Федерации и ч. 2 ст. 108 УПК РСФСР.

В ст. 93 Конституции сказано, что обоснованность выдвижения обвинения против президента должна быть подтверждена Верховным судом Российской Федерации, который должен вынести заключение о наличии в действиях президента Российской Федерации именно «признаков преступления».

В ч. 2 ст. 108 УПК, которая определяет основания возбуждения уголовного дела, также содержится указание на признаки преступления. В соответствии с этой статьей уголовное дело может быть возбуждено только тогда, «когда имеются достаточные данные, указывающие на признаки преступления».

Это совершенно не учитывается авторами Аналитической справки ФСБ по оценке заключений Специальной комиссии, которая перед проведением сегодняшнего заседания была распространена в Государственной думе.

Они делают вид, будто ст. 108 УПК, регулирующей основания возбуждения уголовного дела, вообще не существует. Для того чтобы опорочить выводы Комиссии, они все время ссылаются на п. 2 ст. 5 УПК РСФСР, устанавливающий, что уголовное дело не может быть возбуждено, если в действиях лица нет состава преступления. При этом полностью игнорируется то обстоятельство, что ст. 5 УПК имеет в виду совсем другие случаи, а именно те, когда все признаки деяния, совершенного конкретным лицом, полностью установлены, но это деяние не предусмотрено либо не расценивается уголовным законом в качестве преступления.

Это отличие ст. 108 от ст. 5 УПК хорошо известно юристам. Однако  Аналитическая справка имеет своей целью дезинформировать читателей, она подготовлена не для юристов, а для депутатов Государственной думы и для других граждан, которые в своем большинстве, конечно, не имеют достаточной подготовки в области уголовно-процессуального права.

Сказанное позволяет сделать следующий вывод: по российскому законодательству, выдвижение обвинения против президента Российской Федерации и возбуждение против него уголовного дела имеет одни и те же основания – наличие в его действиях признаков преступления.

В связи с этим уместно обратить внимание на еще одно важное обстоятельство. Ст. 93 Конституции требует от Специальной комиссии проверки обоснованности не самого обвинения, а выдвижения обвинения. Это объясняется тем, что обоснованность самого обвинения в полной мере может быть установлена только в ходе предварительного следствия, проведенного правоохранительными органами, которое в соответствии с нашим законодательством по делам о тяжких преступлениях является обязательным.

В конечном итоге смысл требований, содержащихся в ст. 93 Конституции, состоит в следующем.

Если Специальная комиссия обнаруживает в действиях президента признаки государственной измены или иного тяжкого преступления, появляются основания для возбуждения против него уголовного дела. В связи с тем, что президент пользуется неприкосновенностью, это следственное действие возможно только после отрешения его от должности. Отрешить президента от должности может лишь Совет Федерации на основании обвинения, выдвинутого Государственной думой. До принятия им своего решения обоснованность выдвижения обвинения должна быть подтверждена Верховным судом и Конституционным судом Российской Федерации. При этом на Верховный суд возлагается лишь одна обязанность – проверить наличие признаков указанных преступлений в действиях президента. Он не вправе выносить обвинительный или оправдательный приговоры, так как рассматривать вопрос о виновности лица в совершении того или иного преступления он, как и любой другой суд, может только после проведения предварительного расследования и соответствующего судебного разбирательства.

Именно с этих позиций Специальная комиссия рассматривала обоснованность конкретных обвинений, выдвинутых против президента Российской Федерации.

Хочу, однако, сразу же оговориться. То, что я сказал о достаточности для выдвижения обвинения против президента выявления в его действиях не состава государственной измены или иного тяжкого преступления, а лишь признаков этих преступлений, не означает, что Специальная комиссия довольствовалась лишь такими результатами своей работы. Вовсе нет. Комиссия стремилась к выявлению в действиях президента всех признаков состава указанных преступлений, и в большинстве случаев ей это удалось.

Необходимо сказать еще об одном. Специальная комиссия не ставила перед собой задачу дать юридическую квалификацию действиям президента. Такая квалификация дается при предъявлении лицу обвинения. Задача Специальной комиссии, как только что было сказано, состояла лишь в выявлении в его действиях признаков преступления. Этим объясняется то, что в заключениях Специальной комиссии просто указываются статьи Уголовного кодекса, которые предусматривают ответственность за соответствующие преступления. При этом, если деяния были совершены в период действия УК РСФСР 1960 г., то указываются статьи именно этого кодекса. Статьи нового УК РФ в этом случае также приводятся. Это делается для того, чтобы показать, что с принятием нового УК ответственность за указанное преступление не отменена, и основания для привлечения к ответственности за его совершение существуют и в настоящее время.

Если со временем встанет вопрос об уголовно-правовой квалификации действий президента, то его придется решать с учетом правовых норм, регулирующих действие уголовного закона во времени и пространстве. На основании этих правовых норм соответствующее деяние будет квалифицироваться по статьям или того или другого Уголовного кодекса.

Перехожу к изложению выводов Комиссии по конкретным пунктам обвинения.

***

Первое обвинение – обвинение президента Б.Н. Ельцина в разрушении Советского Союза и ослаблении Российской Федерации путем подготовки, заключения и реализации беловежских соглашений.

Рассматривая обоснованность этого обвинения, Комиссия установила в действиях президента Б.Н. Ельцина следующие признаки государственной измены:

1. Заключенные президентом Б.Н. Ельциным беловежские соглашения нанесли колоссальный ущерб внешней безопасности и обороноспособности  Российской Федерации. Разрушение Советского Союза привело к катастрофическому ослаблению России. Крупные воинские соединения, многочисленные предприятия военно-промышленного комплекса, находящиеся на территории бывших республик СССР, перестали быть опорой и средствами для отражения агрессии извне. Нарушились экономические отношения с бывшими союзными республиками. Ослабло или совсем прекратилось их сотрудничество в организации обороны от внешней угрозы, от возможной агрессии.

2. Нанесенный нашему государству ущерб явился результатом действий президента Б.Н. Ельцина, который в целях прекращения существования СССР и превращения России в самостоятельное государство совершил превышение власти. Он пошел на грубое нарушение Конституции СССР, Закона СССР от 3 апреля 1990 г. «О порядке разрешения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР», Конституции РСФСР, Закона РСФСР от 24 апреля 1991 г. «О Президенте РСФСР». Президент Б.Н. Ельцин совершил указанные действия вопреки требованию народов РСФСР о необходимости сохранения союзного государства, выраженному во время  референдума, состоявшегося 17 марта 1991 г.

3. Разрушение СССР и ослабление Российской Федерации явились большой помощью тем государствам, которые враждебно настроены к нашей стране. Разрушение СССР и ослабление Российской Федерации позволили США и странам, входящим в НАТО, решать свои внешнеполитические задачи, не считаясь с позицией России.

4. Действия президента Б.Н. Ельцина по разрушению СССР и ослаблению Российской Федерации носили целенаправленный характер. Это подтверждается тем, что при подготовке к разрушению СССР президент Б.Н. Ельцин издал ряд указов, ставящих своей целью неправомерное присвоение им союзной власти. В их числе указы о переподчинении союзных органов республиканским, передаче союзных средств массовой информации в ведение Министерства печати и массовой информации РСФСР, передаче всех видов правительственной связи СССР в ведение КГБ РСФСР, а также банков, печати и телеграфа СССР в ведение РСФСР. Все это было сделано задолго до заключения беловежских соглашений.

Комиссия пришла к выводу, что президент Б.Н. Ельцин не мог не осознавать, что разрушение Советского Союза и ослабление Российской Федерации оказывают большую помощь иностранным государствам в проведении враждебной деятельности по отношению к нашей стране. Что же касается прямого намерения президента Б.Н. Ельцина путем заключения и реализации беловежских соглашений оказать помощь иностранным государствам, то, по мнению Специальной комиссии, окончательный ответ на данный вопрос может быть получен лишь в ходе предварительного следствия, проведенного соответствующими правоохранительными органами.

При подготовке заключения по первому пункту обвинения членам Комиссии пришлось рассмотреть и доводы тех, кто выступает в защиту президента, в частности, утверждения о том, что президент Б.Н. Ельцин, как и другие участники беловежских соглашений, не разрушали Советский Союз, а лишь зафиксировали его распад, что несправедливо возлагать вину за разрушение Советского Союза на президента Б.Н. Ельцина, т.к. в прекращении его существования виновны и другие лица, наконец, что ратификация беловежских соглашений Верховным Советом РСФСР снимает с президента Б.Н. Ельцина вообще какую-либо вину за их подготовку, заключение и реализацию.

Большинство членов Комиссии не согласилось с этими утверждениями. Более убедительными были признаны следующие доводы.

Участники беловежских соглашений не просто зафиксировали распад Советского Союза. Президент Б.Н. Ельцин приложил много усилий для его разрушения. Именно при его непосредственном и активном участии были приняты:

– Декларация о государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, провозгласившая «верховенство Конституции РСФСР и законов РСФСР на всей территории РСФСР» и установившая, что «действие актов Союза ССР, вступающих в противоречие с суверенными правами РСФСР, приостанавливается Республикой на своей территории»;

– Закон РСФСР от 24 октября 1990 г. «О действии актов органов Союза ССР на территории РСФСР», постановивший, что «законы и иные акты высших органов государственной власти СССР, указы и другие акты Президента СССР вступают в действие на территории РСФСР после их ратификации Верховным Советом РСФСР»;

– Закон РСФСР от 31 октября 1990 г. «Об обеспечении экономической основы суверенитета РСФСР», в соответствии с которым земля и ее недра, другие природные и сырьевые ресурсы, объекты государственной собственности, включая  имущество государственных предприятий, учреждений, организаций союзного подчинения, другое имущество, находящееся в управлении общественных органов, объявлялись собственностью РСФСР, а золотой запас, Алмазный и Валютные фонды СССР – собственностью союзных республик.

Да, несправедливо возлагать вину за разрушение Советского Союза только на президента Б.Н. Ельцина. В его разрушении виновны и другие лица. Однако президенту Б.Н. Ельцину в этом деле принадлежит «выдающаяся» роль. К тому же вина других лиц не устраняет ответственности самого Б.Н. Ельцина.

Ратификация беловежских соглашений Верховным Советом РСФСР также не снимает вины с президента Б.Н. Ельцина за их подготовку, заключение и реализацию.

Прежде всего необходимо учитывать, что преступность и наказуемость деяния, согласно российскому уголовному законодательству, определяется на момент его совершения, а освобождение от уголовной ответственности возможно лишь в случаях, прямо предусмотренных в УК Российской Федерации. Одобрение преступных действий каким-либо государственным органом в качестве основания освобождения от уголовной ответственности он не предусматривает.

И еще одно важное обстоятельство. Ратификация беловежских соглашений Верховным Советом Российской Федерации не имела юридического значения. Конституция Российской Федерации не наделяла Верховный Совет правом ратификации договоров, влекущих изменения и дополнения Конституции Российской Федерации. К тому же беловежские соглашения, заключенные руководителями трех союзных республик, не могли рассматриваться в качестве международного договора. По свидетельству Р.И. Хасбулатова, В.Б. Исакова и С.Н. Бабурина, показания которых были заслушаны на заседании Специальной комиссии, все это хорошо сознавалось тогдашним руководством Российской Федерации. Есть все основания считать, что ратификация беловежских соглашений Верховным Советом Российской Федерации была задумана и осуществлена лишь в целях маскировки их преступного характера.

В голосовании по этому вопросу приняли участие 11 членов Специальной комиссии. За утверждение Заключения было подано 9 голосов. Один член Комиссии голосовал против и один при голосовании воздержался.

***

Второе обвинение президента Б.Н. Ельцина – обвинение в совершении им в сентябре–октябре 1993 г. государственного переворота.

Рассматривая обоснованность этого обвинения, Комиссия установила следующее.

1. 21 сентября 1993 г. президент Б.Н. Ельцин издал и обнародовал Указ № 1400 «О поэтапной конституционной  реформе в Российской Федерации», которым постановил прервать осуществление законодательной, распорядительной и контрольной функций Съездом народных депутатов и Верховным Советом Российской Федерации. Одновременно он отменил действие Конституции РСФСР, законодательства Российской Федерации и субъектов Российской Федерации в части, противоречащей названному указу.

Издавая Указ № 1400 и предприняв действия по его выполнению, президент Б.Н. Ельцин организовал и осуществил государственный переворот. При этом он осуществил захват государственной власти, принадлежавшей Съезду народных депутатов и Верховному Совету Российской Федерации, а также превышение властных полномочий.

Издав Указ № 1400 и другие антиконституционные акты, принятые в его развитие, президент Б.Н. Ельцин вышел за пределы полномочий, установленных действовавшими в то время Конституцией РСФСР и Законом РСФСР «О Президенте РСФСР».

Им грубо нарушены ст. 1216 Конституции РСФСР и ст. 6 Закона РСФСР «О Президенте РСФСР»,  которые устанавливали: «Полномочия Президента РСФСР не могут быть использованы для… роспуска либо приостановления деятельности любых законно избранных органов государственной власти». Он нарушил и ст. 1218 Конституции РСФСР, в которой сказано: «Указы Президента Российской Федерации не могут противоречить Конституции и законам Российской Федерации. В случае противоречия акта Президента Конституции, закону Российской Федерации действует норма Конституции, закона Российской Федерации».

 

2. Осуществляя захват государственной власти, принадлежавшей Съезду народных депутатов и Верховному Совету Российской Федерации, президент Б.Н. Ельцин использовал вооруженную силу, результатом чего явились многочисленные человеческие жертвы, нанесенные гражданам телесные повреждения, унизительное обращение с ними. Тем самым он совершил действия, содержащие признаки по меньшей мере еще двух тяжких преступлений – превышения власти, сопряженного с насилием, применением оружия, мучительными и оскорбляющими личное достоинство потерпевшего действиями, и умышленного убийства при отягчающих обстоятельствах.

О кровавых последствиях действий президента, об унизительном обращении с теми, кто находился в «Белом доме» или защищал его, с болью в сердце говорили на заседаниях Комиссии бывшие народные депутаты РСФСР С.Н. Решульский и Р.И. Хасбулатов, а также председатель Комиссии Государственной думы по расследованию событий сентября–октября 1993 г. Т.А. Астраханкина.

Комиссия пришла к выводу, что противоправный характер всех вышеуказанных действий президента Б.Н. Ельцина подтверждается не только уже отмеченными обстоятельствами, но и Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 22 сентября 1993 г. «Об Указе Президента Российской Федерации № 1400 от 21 сентября 1993 года «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации», оценившим действия президента Б.Н. Ельцина как государственный переворот. Такой вывод следует и из Заключения Конституционного суда Российской Федерации от 21 сентября 1993 г. «О соответствии Конституции Российской Федерации действий и решений Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина, связанных с его Указом «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации» от 21 сентября 1993 г. № 1400 и Обращением к гражданам России 21 сентября 1993 года». В этом документе перечисленные выше действия президента признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации и служащими основанием для отрешения его от должности. Наконец, противоправный характер поведения президента Б.Н. Ельцина определяется еще и тем, что оно противоречило прямо выраженной воле народа, который на всероссийском референдуме 25 апреля 1993 г. конституционным большинством голосов высказался против досрочного прекращения полномочий Съезда народных депутатов Российской Федерации.

Комиссии было важно выяснить вопрос, имеющий большое значение для юридической квалификации действий президента – кто в октябре 1993 г. отдал приказ о применении вооруженной силы, повлекший многочисленные человеческие жертвы при штурме «Белого дома»?

Она получила на него ответ при опросе свидетелей этих событий А.В. Коржакова (в то время руководителя Отдела безопасности президента), В.А. Сорокина (в то время заместителя командующего Воздушно-десантными войсками, одного из участников штурма «Белого дома»), Г.И. Захарова (в то время заместителя начальника отдела безопасности президента, автора плана штурма «Белого дома»). Согласно их показаниям, такой приказ в письменной форме был дан по требованию тогдашнего министра обороны П.С. Грачева самим президентом.

Комиссию интересовал также вопрос о степени ответственности президента за те последствия, которые наступили в результате событий в сентябре–октябре 1993 г.

Часто приходится слышать утверждения, что в происшедшем в равной мере виноваты все стороны – и президент, и Верховный Совет, и те, кто его защищал.

Комиссия с этим не согласилась. На основе изучения последовательности событий, документов и тех показаний, которые были даны выступившими перед ней свидетелями, она пришла к выводу, что первым, кто нарушил Конституцию и совершил противоправные действия, был президент Б.Н. Ельцин. Трагические события того времени начались с издания им своего Указа № 1400. Поступки тех, кто противостоял реализации этого указа, были совершены в состоянии необходимой обороны. В соответствии со ст. 13 УК РСФСР (ст. 37 УК Российской Федерации) они, как действия, направленные на защиту государственных и общественных интересов, не могли и не могут считаться преступными.

Специальное внимание Комиссия уделила рассмотрению вопроса о возможности освобождения президента Б.Н. Ельцина от уголовной ответственности по амнистии.

Комиссия пришла к выводу, что Постановление Государственной думы от 23 февраля 1994 г. «Об объявлении политической и экономической амнистии» не препятствует рассмотрению вопроса о выдвижении обвинения против президента.

В соответствии с этим постановлением амнистия распространялась не на всех участников событий сентября–октября 1991 г., а лишь на привлеченных к ответственности за «участие в событиях», притом лишь «связанных» с изданием Указа № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации». Между тем российское уголовное законодательство проводило и проводит в настоящее время четкое различие между организацией преступления и участием в нем (ст. 72, 77, 79 УК РСФСР, а также ст.  210, 212 УК Российской Федерации и др.). Оно предусматривает более строгую ответственность за организационную деятельность, чем за простое участие в совершении преступления. В связи с этим само издание Указа № 1400, как и сам приказ о применении Вооруженных Сил для прекращения деятельности Совета народных депутатов и Верховного Совета Российской Федерации не могут рассматриваться как простое участие в событиях, связанных с Указом № 1400. Они должны рассматриваться как действия по организации этих событий.

Но это еще не все. Пунктом первым постановления об амнистии предписывалось «прекратить все дела, находящиеся в производстве следователей, и дела, не рассмотренные судами в отношении лиц, привлекаемых к уголовной ответственности». Президент Б.Н. Ельцин, как известно, к уголовной ответственности не привлекался. Поэтому его действия актом амнистии охватываться не могли.

На основании всего вышеизложенного Комиссия пришла к выводу, что в действиях президента Б.Н. Ельцина, совершенных им в сентябре–октябре 1993 г., содержатся признаки следующих преступлений:

– заговора с целью захвата власти (ст. 64 УК РСФСР, ст. 278 УК Российской Федерации);

– превышения власти или служебных полномочий, сопряженного с насилием, применением оружия, мучительными и оскорбляющими личное достоинство потерпевшего действиями (ч. 2 ст. 171 УК РСФСР, ч. 2 и ч. 3 ст. 286 УК Российской Федерации);

– умышленного убийства при отягчающих обстоятельствах (пп. «в», «д», «з», «н» ст. 102 УК РСФСР, пп. «а», «б», «е», «ж» ст. 105 УК Российской Федерации). Основанием признания в действиях президента признаков умышленного убийства при отягчающих обстоятельствах послужила норма международного уголовного права, которая действует со времени Международного трибунала над немецко-фашистскими преступниками и которая ныне закреплена в ст. 42 УК РФ. В соответствии с этой нормой лицо, отдавшее приказ, несет ответственность за преступления, совершенные во исполнение этого преступного приказа.

Таким образом Комиссия признала выдвижение указанного обвинения против президента Российской Федерации обоснованным и рекомендовала Государственной думе принять соответствующее постановление.

Это Заключение Специальной комиссии было принято 10 голосами ее членов (один член Комиссии голосовал с оговорками) при одном голосе против. Остальные члены Комиссии в голосовании участия не принимали.

Казалось бы, никаких возражений против такого Заключения Специальной комиссии быть не может. Уже одно то, что президент Б.Н. Ельцин, грубо нарушив Конституцию, которой присягнул на верность при своем вступлении в должность, использовал вооруженную силу для разгона законно избранного парламента, говорит о явном превышении им своей власти, причем сопряженном с применением насилия и убийствами людей. Разве эти действия могут быть чем-то оправданы?

Оказывается, могут. В уже упомянутой мной статье О.Гонжарова и В.Казачанского они оправдываются тем, что юриспруденция, по их мнению, «проводит четкое различие между «правом власти» и правом гражданского общества». Они пишут: «Право гражданского общества своим источником имеет жизнь самого общества, оно способно возвышаться над государством, устанавливая для него жесткие оковы велений социума». Они считают, что президент как выразитель интересов гражданского общества имел право нарушить Конституцию и другие законы Российской Федерации.

Утверждения о праве народа на революцию и слом угнетающей его правовой системы известны давно.

Впервые широкое распространение они получили в эпоху Великой французской революции. На них основывалась и Великая Октябрьская социалистическая революция. Хорошо известны слова Ф.Энгельса о том, что, если людей ставят в положение, подобающее только животным, им остается лишь одно – или восстать, или на самом деле превратиться в животных.

Я не собираюсь оспаривать эти утверждения. Но я не могу не обратить внимания на то, что эти взгляды до сих пор служили оправданием только тех действий, которые действительно выражали волю народа, действий, направленных на защиту прав и свобод человека и гражданина. Они не могут служить оправданием поведения лица, которое, стремясь расширить свою власть, выстрелами из танковых орудий разгоняет демократически избранный парламент страны, не защищая, а попирая тем самым права и свободы человека и гражданина.

Вместе с тем я могу представить, какой резонанс в современном российском обществе могут вызвать взгляды, изложенные в статье О.Гонжарова и В.Казачанского, особенно если они будут поддержаны отрицательным голосованием Государственной думы по данному пункту обвинений. Легко предвидеть, как они могут быть восприняты безработными, людьми, получающими нищенские зарплату и пенсию, и особенно теми из них, кто их вообще не получают. Думается, что эти люди с большим основанием могут ссылаться на приоритет «права гражданского общества» над «правом власти», чем авторы указанной статьи.

***

Третье обвинение – обвинение президента Б.Н. Ельцина в развязывании и проведении военных действий на территории Чеченской Республики.

Обвинение состоит в том, что президент Б.Н. Ельцин, издав в ноябре – декабре 1994 г. указы, предусматривающие ограничения прав и свобод человека и гражданина, а также отдав приказы на ведение военных действий на территории Чеченской Республики, явно вышел за пределы полномочий, предоставленных ему Конституцией Российской Федерации. Совершенное им превышение власти привело к многочисленным человеческим жертвам, грубому нарушению прав и свобод сотен тысяч граждан Российской Федерации.

Комиссия пришла к выводу об обоснованности этого обвинения. Основаниями для такого заключения послужили следующие обстоятельства:

1. Указы президента, изданные в ноябре – декабре 1994 г., противоречили Конституции Российской Федерации.

Антиконституционный характер Указа № 2137 от 30 ноября 1994 г. «О мероприятиях по восстановлению конституционной законности и правопорядка на территории Чеченской Республики» определялся прежде всего тем, что он явился правовым актом о фактическом введении на территории Чеченской Республики чрезвычайного положения.

Он существенно ограничил права и свободы человека и гражданина. Несмотря на все это, он, вопреки требованиям ч.3 ст.15, ст.88, п. «в» ч.1 ст.102 Конституции Российской Федерации, не вносился на утверждение Совета Федерации и не был опубликован.

Два других указа, относящиеся к этому периоду, – Указ № 2166 от 9 декабря 1994 г. «О мерах по пресечению деятельности незаконных формирований на территории Чеченской Республики и в зоне осетино-ингушского конфликта» и Указ № 2169 от 11 декабря 1994 г. «О мерах по обеспечению законности, правопорядка и общественной безопасности на территории Чеченской Республики» также носили антиконституционный характер. Выполнение поставленной ими задачи «разоружения и ликвидации вооруженных формирований» предполагает использование военной силы, на что президент в тех условиях права не имел. Ни Конституция, ни законы Российской Федерации не предоставляли президенту права единоличного принятия решений на применение военных методов для разрешения ситуации на территории Чеченской Республики.

2. Несмотря на то что крупномасштабные операции войск Министерства обороны, внутренних войск МВД, спецподразделений ФСК и других ведомств Российской Федерации указами президента прямо не предусматривались, они осуществлялись в соответствии с его указаниями. Президент Б.Н. Ельцин участвовал и в организации их исполнения. Все основные действия по практическому введению элементов чрезвычайного положения на территории Чеченской Республики, в том числе по проведению главных военных операций, согласовывались с ним.

3. Все сказанное приводит к выводу, что, издавая названные указы и давая в качестве Верховного Главнокомандующего указания об использовании Вооруженных Сил, президент Б.Н. Ельцин допустил явное превышение полномочий, предоставленных ему Конституцией Российской Федерации.

4. Реализация правовых актов президента Б.Н. Ельцина, направленных на «разоружение и ликвидацию вооруженных формирований» в Чеченской Республике, привела к применению насилия, повлекшего десятки тысяч человеческих жертв, материальному ущербу в особо крупных размерах, нарушениям прав и свобод сотен тысяч граждан России.

Все это нашло подтверждение как в данных, полученных Специальной комиссией, так и в материалах дела о проверке конституционности правовых актов президента, проведенной Конституционным судом Российской Федерации. Они нашли подтверждение и в материалах итогового отчета Комиссии по рассмотрению причин и обстоятельств возникновения кризисной ситуации в Чеченской Республике, созданной Постановлением Государственной думы от 13 января 1995 г., а также заключений Комиссии по правам человека ООН, ОБСЕ, Парламентской ассамблеи Совета Европы и в других материалах.

Ответственность президента за развязывание и проведение военных действий на территории Чеченской Республики нашла подтверждение в показаниях свидетелей, которых заслушала Специальная комиссия.

На основании этих показаний Специальная комиссия установила, что еще до начала широкомасштабных военных действий имелись все возможности решить проблему восстановления конституционной законности и правопорядка в Чечне мирными средствами. О неоднократных попытках президента Чечни Д.Дудаева вступить в переговоры по этому вопросу с президентом Российской Федерации Б.Н. Ельциным рассказали Специальной комиссии на ее заседаниях А.В.Коржаков, командующий войсками Северо-Кавказского военного округа в период начала военных действий А.Н.Митюхин, С.А.Ковалев, тогдашний зам. секретаря Совета безопасности В.А.Рубанов. По свидетельству заместителя председателя Комитета Совета Федерации по делам федерации, федеральному договору и региональной политики предыдущего состава Совета Федерации П.С.Штейна, требование мирного разрешения чеченской проблемы звучало лейтмотивом и на закрытом заседании Совета Федерации, состоявшемся в октябре 1994 г.

По мнению заслушанных на заседании Специальной комиссии лиц, ответственность за развязывание и проведение военных действий на территории Чеченской Республики в первую очередь, наряду с другими должностными лицами государства, несет президент Российской Федерации Б.Н. Ельцин. О том, что без его ведома такого рода вопросы не решались, говорили А.В.Коржаков и Г.И.Захаров. Это подтвердил и А.Н.Митюхин, отметивший, что военачальники руководствовались директивами и приказами, исходившими от министра обороны и Генерального штаба, которые, однако, издавались на основе упомянутых выше указов президента. По его убеждению, «без них ничего бы не действовало», они служили «основой к действиям».

Важные свидетельские показания по вопросу об ответственности президента за развязывание и проведение военных действий на территории Чеченской Республики дали С.С.Говорухин и С.А.Ковалев.

Так, С.А.Ковалев, рассказывая, в частности, о своей встрече с президентом 6 января 1995 г., в ходе которой он предложил ему заключить на основе подготовленного им совместно с представителями Д.Дудаева проекта соглашения перемирие с чеченской стороной, привел ответные слова Б.Н. Ельцина: «Еще не время».

Специально следует отметить еще одно обстоятельство. Отказ от конституционного способа решения проблемы, и в частности от введения в Чеченской Республике чрезвычайного положения, отказ от согласования предпринимаемых мер с Советом Федерации – результат продуманных действий президента и его окружения. Со слов бывшего зам. секретаря Совета безопасности В.А.Рубанова известно, что еще до начала военных действий на совещании секретаря Совета безопасности и его трех заместителей была выработана рекомендация о введении в Чечне чрезвычайного положения, однако она была отвергнута. Он при этом добавил: «Я не знаю, была ли брошена кем-то фраза о том, что нужна легкая победоносная война… но такая точка зрения существовала».

Уважаемые депутаты! Я должен остановиться и на тех возражениях против выводов Комиссии, которые содержатся в статье О.Гонжарова и В.Казачанского.

В статье указанных авторов утверждается, в частности, что, осуществляя руководство военными действиями на территории Чеченской Республики, президент Б.Н. Ельцин никакого превышения власти не допустил, так как использование Вооруженных Сил в ряде случаев, в том числе и при попытках насильственного свержения конституционного строя, допускается Основными положениями военной доктрины Российской Федерации, а также ст. 22 Закона «Об обороне», которая, по их мнению, для понимания вопроса о возможности применения Вооруженных Сил на территории Российской Федерации имеет ключевое значение.

Эта аргументация является несостоятельной по следующим основаниям:

Во-первых, потому что после вступления в силу действующей Конституции Российской Федерации (военные действия в Чечне были развязаны после вступления ее в силу) Основные положения военной доктрины, согласно п.2 Заключительных и переходных положений Конституции, могут применяться лишь в части, не противоречащей Конституции Российской Федерации. Последняя же, как я уже сказал, применение Вооруженных Сил против собственного народа не допускает. К тому же Основные положения военной доктрины утверждены самим президентом, а именно его Указом от 2 ноября 1993 г., а не законом.

Во-вторых, аргументация О.Гонжарова и В.Казачанского несостоятельна потому, что они неверно истолковали ст.22 Закона «Об обороне». Эта статья регулирует организацию территориальной обороны. Она содержится в том разделе Закона «Об обороне», который открывается статьей, определяющей время нахождения Российской Федерации в состоянии войны. При этом устанавливается, что состояние войны объявляется Федеральным законом в случае вооруженного нападения на Российскую Федерацию другого государства или группы государств. Никакого отношения к подавлению межнациональных конфликтов внутри Российской Федерации этот раздел Закона «Об обороне», как и весь Закон, не имеет.

В процессе работы Комиссии возник вопрос об обоснованности обвинения президента в свете того, что Постановлением Конституционного суда Российской Федерации от 31 июля 1995 г. указы президента, принятые в связи с вооруженным конфликтом в Чеченской Республике, признаны соответствующими Конституции.

По мнению Специальной комиссии, указанное постановление Конституционного суда не может служить правовым препятствием для уголовного преследования тех должностных лиц, которые принимали решения о применении военных способов установления правопорядка в Чеченской Республике. Оно не может препятствовать и выдвижению обвинения против президента Б.Н. Ельцина. К такому выводу приводят следующие два обстоятельства: во-первых, Конституционный суд конституционность Указа президента № 2137 от 30 ноября 1994 г., сыгравшего важную роль в развязывании военных действий на территории Чеченской Республики, не проверял, во-вторых, Конституционный суд рассматривал лишь вопросы права, фактические же обстоятельства, в том числе и поступки президента, связанные с военными действиями на территории Чеченской Республики, он не исследовал.

По итогам рассмотрения вопроса Комиссия сочла, что в действиях президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина, связанных с осуществлением военных действий на территории Чеченской Республики, содержатся признаки превышения власти, сопряженного с насилием и применением оружия, то есть тяжкого преступления, предусмотренного ч.2 ст.171 УК РСФСР (ч.2 и ч.3 ст.286 УК Российской Федерации). На этом основании она признала инициативу группы депутатов Государственной думы о выдвижении указанного обвинения против президента Б.Н. Ельцина обоснованной и рекомендовала Государственной думе принять соответствующее постановление.

Заключение Специальной комиссии было принято 14 голосами «за» при одном «против».

***

Четвертое обвинение – обвинение президента Б.Н. Ельцина в совершении действий, приведших к ослаблению обороноспособности и безопасности Российской Федерации.

При рассмотрении этого обвинения Комиссия пришла к выводу, что крупный ущерб обороноспособности и безопасности Российского государства был нанесен прежде всего заключением и реализацией беловежских соглашений. Но в связи с тем, что Специальная комиссия в своем заключении по первому пункту обвинений уже признала наличие в этих действиях президента Б.Н. Ельцина признаков государственной измены, она не нашла оснований для вынесения повторного заключения по этому эпизоду обвинения.

Наряду с этим Комиссия констатировала, что большой ущерб обороноспособности и безопасности Российской Федерации был нанесен Б.Н. Ельциным и после того, как он стал президентом независимого государства.

В новых условиях он сосредоточил в своих руках широкие властные полномочия.

В соответствии с ч.3 ст.80 Конституции президент Б.Н. Ельцин получил право определять основные направления внутренней и внешней политики государства. Согласно ст.4 Федерального закона «Об обороне» он, являясь Верховным Главнокомандующим Вооруженными Силами Российской Федерации, получил право определять основные направления и военной политики страны. Кроме того, он управомочен этим законом осуществлять, в частности, руководство Вооруженными Силами Российской Федерации, утверждать концепции и планы их строительства и развития, федеральные государственные программы вооружения и развития оборонно-промышленного комплекса, структуру и состав Вооруженных Сил Российской Федерации, штатную численность военнослужащих, а также предпринимать целый ряд других важных мер по обеспечению обороноспособности страны.

Комиссия пришла к выводу, что к крупному ущербу для обороноспособности и безопасности Российской Федерации привело использование президентом Б.Н. Ельциным своих властных полномочий. Оно осуществлялось как при определении мер по экономическому развитию страны, приведших к тому, что Вооруженные Силы Российской Федерации остались без средств к существованию, так и при управлении оборонно-промышленным комплексом и Вооруженными Силами Российской Федерации. Комиссия констатировала, что в настоящее время и оборонно-промышленный комплекс, и Вооруженные Силы Российской Федерации находятся фактически в состоянии полного развала.

После установления крупного ущерба, нанесенного обороноспособности страны в результате ненадлежащего исполнения Б.Н. Ельциным своих президентских обязанностей, Комиссии предстояло выяснить, явился ли он результатом сознательного поведения президента или следствием его небрежного отношения к своему служебному долгу.

Важное значение для решения этого вопроса имели свидетельские показания, данные Комиссии бывшим министром обороны И.Н.Родионовым.

Заявивший в начале своего выступления, что основная причина развала Вооруженных Сил и оборонного состояния страны заключается в нежелании президента заниматься этими проблемами и в его самоустранении от их решения, И.Н.Родионов впоследствии на уточняющие вопросы В.Г.Вишнякова и А.И.Лукьянова вынужден был признать, что президент в целом ряде случаев умышленно уклонялся от выполнения своих обязанностей по обеспечению обороноспособности Российской Федерации.

К этому следует добавить, что президент Б.Н. Ельцин проигнорировал многочисленные обращения к нему Государственной думы, содержащие требования о срочных мерах по укреплению Вооруженных Сил и оборонно-промышленного комплекса.

Комиссия пришла к выводу, что президент Б.Н. Ельцин предвидел тяжкие последствия своих действий и сознательно допускал их наступление, что наряду с другими отмеченными мною обстоятельствами дало основание ей признать в его действиях наличие признаков злоупотребления должностными полномочиями, то есть преступления, предусмотренного ч.2 ст.170 УК РСФСР и ч.2 и ч.3 ст.285 УК Российской Федерации. С 1 января 1997 г. преступление, предусмотренное ч. 2 и 3 ст.285 УК Российской Федерации, относится к категории тяжких преступлений.

На основании указанных обстоятельств Специальная комиссия признала обоснованным выдвижение обвинения против президента Б.Н. Ельцина в связи с совершением им тяжкого преступления.

За это решение проголосовало 10 членов Комиссии, против – 5.

***

Пятое обвинение – обвинение президента Б.Н. Ельцина в совершении действий, приведших к геноциду российского народа.

Принимая решение об обоснованности этого обвинения, Специальная комиссия исходила из следующего:

1. В числе возможных преступных последствий геноцида ст.375 УК Российской Федерации, устанавливающая ответственность за это преступление, называет полное или частичное уничтожение национальной группы. Комиссия пришла к выводу, что закон в этом случае предусматривает минимальные требования, относящиеся к определенному кругу пострадавших. Опасность указанного преступления не просто сохраняется, она намного увеличивается, когда происходит полное или частичное уничтожение не одной, а нескольких, тем более большого числа национальных групп. По мнению Комиссии, в качестве пострадавшего от геноцида может рассматриваться и все население государства.

2. За годы, в течение которых президентом Б.Н. Ельциным осуществлялись меры по изменению социально-экономических отношений в Российской Федерации, в стране произошло резкое сокращение численности населения. Даже по официальным данным, его естественная убыль за период с 1992 по 1997 год составила 4,2 млн человек.

3. Большие демографические потери населения Российской Федерации были обусловлены постоянно нарастающим ухудшением условий жизни российских граждан. Показатели снижения жизненного уровня российских граждан за период осуществления президентом Б.Н. Ельциным своих полномочий приведены в Заключении Специальной комиссии.

О бедственном положении широких слоев населения нашей страны рассказали на заседаниях Комиссии президент Гуманитарного центра помощи беженцам Таджикистана Ю.Д. Федяев, бывший главный подростковый психиатр г. Москвы Б.З. Драбкин, председатель стачкома шахты им. Ленина г. Кизела Пермской области М.З. Гарифуллин. О критической ситуации со здоровьем населения, о пагубном влиянии на него социальных условий жизни российских граждан убедительно рассказал Комиссии академик АМН Д.Д. Венедиктов.

4. Тяжелые условия жизни народа России и значительное сокращение его численности, как установила Специальная комиссия, явились следствием тех мер по изменению социально-экономических отношений в стране, которые были осуществлены в период с 1992 г. под руководством и при активном участии президента Б.Н. Ельцина.

Специальная комиссия не могла согласиться с доводами тех, кто утверждает, будто ответственность за крайне тяжелое положение российских граждан, сложившееся в результате изменений социально-экономических отношений в стране, в равной степени несут все высшие органы государственной власти, в том числе и Государственная дума. Комиссия считает это утверждение необоснованным по следующим причинам.

Во-первых, потому что властные полномочия между президентом, правительством и Государственной думой распределены неравномерно. По этой причине и их ответственность не может быть равной.

Ответственность за проведение так называемых «реформ» в нашей стране несет главным образом президент Б.Н. Ельцин, так как по Конституции Российской Федерации он является главой государства, формирует правительство, руководит его деятельностью, определяет основные направления внутренней и внешней политики страны.

Во-вторых, потому что президент Б.Н. Ельцин, используя свои властные полномочия в ущерб интересам государства и российского народа, фактически отстранил Государственную думу от решения целого ряда важных социально-экономических задач. В отношении Государственной думы он часто действовал так, как в свое время поступал и в отношении Верховного Совета Российской Федерации.

Так, в 1992 г. Верховным Советом был принят Закон РСФСР «Об именных приватизационных счетах и вкладах в РСФСР», который предусматривал введение для российских граждан личных именных приватизационных счетов. В нарушение этого Закона президент Б.Н. Ельцин издал Указ от 14 августа 1992 г. «О введении в действие системы приватизационных чеков в Российской Федерации», которым вместо введения именных приватизационных счетов и вкладов установил выдачу гражданам анонимных приватизационных чеков. В результате так называемой ваучерной приватизации произошло обогащение сравнительно небольшой группы лиц за счет обнищания преобладающей части российского населения.

В июле 1994 г. Государственная дума отклонила проект Федерального закона «О принятии Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации после 1 июля 1994 г.». Несмотря на это, президент Б.Н. Ельцин ввел ее в действие своим Указом от 22 июля 1994 г. Реализация этого Указа привела к дальнейшему отчуждению большинства населения от участия в приватизационном процессе.

Еще одним примером игнорирования законов, принятых Государственной думой, еще одним шагом в перераспределении государственной собственности в пользу узкой группы богатых людей и в ущерб остальной части населения явился Указ президента от 31 августа 1995 г. «О порядке передачи в 1995 г. в залог акций, находящихся в федеральной собственности».

Этот Указ разрешил проведение залоговых аукционов и тем самым нарушил принятый Государственной думой Закон «О федеральном бюджете на 1995 г.» – закон, запрещавший досрочную продажу в 1995 г. закрепленных в федеральной собственности акций предприятий топливно-энергетического комплекса. В результате его реализации был открыт путь к продаже акций первоклассных предприятий (нефтяных компаний «ЛУКойл», «ЮКОС», «Сиданко», РАО «Норильский никель» и др.) за очень низкую цену, составившую всего 1,85% от суммы доходов федерального бюджета.

Таким образом, о равной ответственности президента и Государственной думы за результаты проводимой в стране экономической политики говорить совершенно невозможно.

5. Специальная комиссия признала установленным следующие признаки геноцида, то есть преступления, предусмотренного ст. 357 УК Российской Федерации:

1) сокращение численности населения Российской Федерации;

2) наступление этих последствий в результате сложившихся в стране тяжелых жизненных условий для большинства российских граждан;

3) наличие причинной связи между предпринимаемыми президентом Б.Н. Ельциным мерами по экономическим и социальным изменениям в стране и сформировавшимися в ней тяжелыми жизненными условиями российских граждан, а также сокращением численности населения Российской Федерации.

Есть серьезные основания считать, что цель сокращения численности населения также охватывалась намерением президента. Стремясь в конечном итоге добиться изменения в стране социально-экономического уклада и обеспечить с помощью нарождающегося класса частных собственников укрепление своей политической власти, президент Б.Н. Ельцин сознательно шел на ухудшение жизненных условий российских граждан, с неизбежностью влекущее повышение смертности населения и сокращение его рождаемости.

Это подтверждается, в частности, тем, что ухудшение условий жизни значительной части российских граждан происходило на протяжении всех лет пребывания Б.Н. Ельцина на посту президента Российской Федерации. Тем не менее никаких мер по исправлению положения им не было предпринято. Напротив, несмотря на очевидное ухудшение условий жизни российских граждан, все предложения по изменению проводимого экономического курса им постоянно отвергались.

Наряду с этим Специальная комиссия пришла к выводу, что в данных действиях президента Б.Н. Ельцина усматриваются признаки и другого тяжкого преступления – преступления, предусмотренного ч.3 ст.285 УК Российской Федерации (злоупотребление должностными полномочиями, повлекшее тяжкие последствия). В действиях президента Б.Н. Ельцина имеются следующие его признаки:

– использование служебных полномочий вопреки интересам службы;

– существенное нарушение прав и законных интересов граждан и организаций, а также охраняемых законом интересов общества и государства;

– наконец, наступление в результате его действий тяжких последствий.

В связи с тем, что в действиях президента Б.Н. Ельцина содержатся признаки двух различных преступлений – геноцида и злоупотребления должностными полномочиями, повлекших тяжкие последствия, окончательный ответ на вопрос о юридической квалификации его действий, по мнению Комиссии, зависит от того, с какой целью и по каким мотивам они были совершены. Ответ на этот вопрос может быть получен лишь в результате проведения предварительного следствия соответствующими правоохранительными органами.

Одновременно Комиссия отметила, что, несмотря на то что уголовная ответственность за геноцид в нашем законодательстве прямо установлена лишь УК РФ, вступившим в силу с 1 января 1997 г., она возможна и за действия, совершенные в предшествующий период. Такая ответственность предусмотрена в 1948 г. международной Конвенцией «О предупреждении преступления геноцида и наказании за него», ратифицированной СССР 18 марта 1954 г. В соответствии с еще одной международной конвенцией – Конвенцией «О неприменимости сроков давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества» она не может быть устранена, «даже если эти действия не представляют собой нарушения внутреннего законодательства той страны, в которой они были совершены».

За это заключение проголосовали 10 членов Специальной комиссии, 5 ее членов проголосовали «против».

Заключение по обвинению президента Б.Н. Ельцина также вызвало возражения со стороны О.Гонжарова и В.Казачанского.

Они считают, что, хотя вследствие резкого снижения рождаемости и увеличения смертности действительно произошло значительное уменьшение численности населения России, причину этого следует искать не в ухудшении жизни российских граждан, не в массовой безработице, не в нищенских зарплатах и пенсиях, не в регулярных их задержках, не в недоступности для большей части населения медицинской помощи. Об этом в статье упомянутых авторов вообще ничего не говорится. Со ссылкой на работу маститого ученого в области медицины они вместе с ним утверждают: причиной сокращения численности населения в нашей стране за последние годы является длительное существование народа в условиях самоизоляции («железный занавес»), которое «лишило российскую популяцию механизмов иммунитета, способности к жизнедеятельности в чужеродной среде, агрессивной среде».

Комментарии, как говорится, излишни. Остается лишь поблагодарить авторов за красноречивое признание того факта, что в результате проводимых в Российской Федерации так называемых «экономических реформ» наш народ оказался в агрессивной и чужеродной среде.

***

Уважаемые депутаты!

В начале своего доклада я уже упоминал об Аналитической справке ФСБ. Она была распространена среди депутатов Государственной думы. Для проведения пропагандистской работы ее направили также в республиканские, краевые и областные управления ФСБ.

Цель этой справки – путем искажения содержания заключений Специальной комиссии и недобросовестной интерпретации правовых актов и событий опровергнуть выдвинутые против президента обвинения.

Так, ее авторы (замечу попутно, что справка, видимо, не случайно носит анонимный характер) утверждают, что основным аргументом обвинения по беловежским соглашениям Специальная комиссия считает итоги референдума от 17 марта 1991 г., в ходе которого, как уже говорилось, 74% опрошенных высказались за сохранение Советского Союза.

Ставя затем под сомнение правомерность проведения этого референдума на основе Закона СССР от 27 декабря 1990 г. «О всенародном голосовании (референдуме СССР)», они стремятся убедить читателей в том, что никаких правовых препятствий для разрушения СССР не было.

Это, конечно, не так. Во-первых, достаточно хотя бы было прочитать соответствующее заключение Специальной комиссии, чтобы убедиться, что основным аргументом обвинения в данном случае является грубое нарушение президентом Конституции СССР и РСФСР, Закона СССР от 3 апреля 1990 г. «О порядке разрешения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР» и Закона РСФСР от 24 апреля 1991 г. «О Президенте РСФСР». Но об этом-то в Аналитической справке ФСБ как раз ничего не сказано. Не сказано не случайно, так как опровергнуть грубое нарушение союзных и российских законов невозможно. Во-вторых, легко убедиться и в том, что проведение указанного референдума полностью соответствовало Закону СССР «О всенародном голосовании (референдуме СССР)», так как он предусматривал выявление общественного мнения не только по прямо указанным в нем, но «и по иным наиболее важным вопросам». Думаю, что никого не может обмануть и предпринятая авторами уловка – опорочить итоги проведенного референдума, поставив под сомнение правомерность самого его проведения.

Совершенно несостоятельна попытка авторов Аналитической справки оправдать действия президента по насильственному разгону российского парламента в сентябре – октябре 1993 г., а также по проведению военных действий на территории Чеченской Республики. Авторы утверждают, что президент в этих случаях действовал в состоянии крайней необходимости.

В связи с этим утверждением необходимо отметить следующее. Крайняя необходимость, как институт уголовного права, не признает преступными только те действия, которые удовлетворяют двум обязательным требованиям: во-первых, причиненный ими вред должен быть меньше вреда предотвращенного, и, во-вторых, необходимо, чтобы опасность, угрожающая обществу, не могла быть предотвращена никакими другими действиями, кроме тех, которые были совершены.

У авторов Аналитической справки не было никаких оснований считать, что, разгоняя Верховный Совет и осуществляя военные действия на территории Чеченской Республики, президент предотвратил наступление в стране более тяжких событий. И неужели кто-то возьмется серьезно утверждать, что у президента не было другой возможности разрешить возникшие перед ним проблемы, кроме как палить из танковых орудий по «Белому дому» и уничтожать десятки тысяч российских граждан в огне чеченской бойни?

В ряде случаев авторы Аналитической справки, рассчитывая, видимо, на неосведомленность людей, пускаются на откровенную ложь. Нельзя иначе расценить, например, их утверждения о том, что участие президента в подготовке и заключении беловежских соглашений не противоречило союзному и республиканскому законодательству, что, издавая Указ № 1400, прекращающий деятельность Верховного Совета и Съезда народных депутатов Российской Федерации, он лишь реализовал свое право, закрепленное в Законе «О Президенте РСФСР». Трудно представить, что авторы справки не знакомы с Конституцией СССР и РСФСР, действовавшими во время указанных событий, и Законом «О Президенте РСФСР».

Я не имею возможности ответить в данном докладе на все утверждения, содержащиеся в Аналитической справке. Это потребовало бы слишком много времени. Я хочу только сказать, что не согласен ни с одним содержащимся в ней возражением и готов после доклада ответить на любой поставленный в этой справке вопрос.

Итак, Специальная комиссия своими заключениями признала обоснованными все пункты обвинения, выдвинутые против президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина.

Уважаемые депутаты!

Не так давно в печати было высказано мнение, что проделанная Комиссией работа не имеет юридического значения. Некоторые политические деятели считают, что переизбрание Б.Н. Ельцина на должность президента Российской Федерации в 1996 г. должно рассматриваться в качестве юридического основания прощения ему всего того, что он совершил.

Согласиться с этим утверждением никак нельзя.

Во-первых, потому, что обвинение, предъявленное президенту Б.Н. Ельцину, охватывает действия, совершенные им как до, так и после переизбрания его в этой должности.

Во-вторых, потому, что избрание президента – это звено в цепи политических событий. Это юридический факт, порождающий конституционные правоотношения. Он никак не влияет на правовые отношения уголовно-правового характера. Последние возникают в связи с совершением преступления и согласно российскому законодательству могут прекратить свое существование или в результате вынесения приговора и отбывания наказания, или вследствие освобождения от уголовной ответственности и наказания по основаниям, указанным в Уголовном кодексе Российской Федерации. Президент же судебному осуждению не подвергался и от уголовной ответственности никем не освобождался.

Наконец, необходимо иметь в виду и то, что любой человек, в том числе, конечно, и президент, может считаться совершившим преступление только после вынесения в отношении его приговора суда. Только тогда преступление может учитываться при избрании человека на ту или иную должность. В отношении Б.Н. Ельцина никакого судебного приговора, как известно, вынесено не было. Поэтому никакие из вменяемых ему в вину преступлений при его переизбрании учитываться не могли. Следовательно, они не могли быть и прощены ему.

Заканчивая свое выступление, хочу сказать и о следующем.

Документы и письма, поступившие и до сих пор поступающие в адрес Специальной комиссии, свидетельствуют об активной поддержке ее работы со стороны широкой российской общественности.

Решения о поддержке требований импичмента президенту приняты законодательными собраниями 49 субъектов Российской Федерации. Эти требования поддержаны также 154 органами местного самоуправления, 176 трудовыми коллективами, 309 общественно-политическими организациями и объединениями. В адрес Комиссии поступило 346 резолюций митингов и собраний, много писем и телеграмм пришло от российских граждан. Все они требуют отрешения президента от должности.

Общее количество таких обращений составило 28 больших томов.

Из этих писем и обращений следует, что граждане нашей страны до сих пор не могут смириться с вероломным разрушением Советского Союза, превратившим миллионы бывших советских граждан в беженцев и вынужденных переселенцев. Они не могут позабыть и расстрела в октябре 1993 г. российского парламента. Нельзя без горечи читать письма матерей, чьи дети погибли или были искалечены во время преступно развязанной войны в Чеченской Республике, письма военнослужащих и членов их семей, оставшихся после развала Вооруженных Сил без работы, без крова, без средств существования. Сильную боль испытываешь и тогда, когда читаешь письма тех, кто из-за проводимой в стране на протяжении уже многих лет преступной экономической политики остался даже без нищенских зарплаты и пенсии и, не имея денежных средств, жилья и лекарств, буквально умирают на глазах таких же обездоленных людей.

Сегодня мы, члены российского парламента, не можем пройти мимо этих беспрецедентных народных бедствий, мимо царящей в нашей стране вопиющей несправедливости.

Известному французскому философу и писателю Альберу Камю принадлежит замечательная фраза. «С несправедливостью, – говорил он, – либо сражаются, либо сотрудничают». Смысл этих слов совершенно ясен: если ты не борешься с несправедливостью, значит, ты сотрудничаешь с ней.

Хочется верить, что депутаты Государственной думы, выражающие чаяния и нужды своих избирателей, не способны сотрудничать с царящей в нашем обществе несправедливостью.

Хочется верить, что своим голосованием они дадут должную оценку тем действиям президента, которые ввергли российский народ в глубокую бездну страданий и неисчислимых лишений, тем действиям, за которыми тянутся кровавый след и потоки людских слез.

Кровь и слезы!

Кровь убитых и искалеченных, слезы умирающих, униженных и оскорбленных стучат в наши сердца!

 

Другие материалы номера

Приложение к номеру