Герой штурма Рейхстага погиб, спасая ребенка

К юбилею А.П. Береста были изготовлены памятные медали (автор – ростовский медальер Н.Ф. Шевкунов), врученные инициатору установки памятника А.Г. Евстифеевой и ряду ветеранов.

 

Алексей Берест родился в простой крестьянской семье, в деревне Горяйстовка Ахтырского района Сумской области 9 марта 1921 года, когда еще кое-где тлели угли Гражданской войны. У Прокопа Никифоровича и Кристины Вакумовны Берестов было шестнадцать детей. Но лишь девять из них выжили в суровые годы. В 1932 году Алексей и его братья и сестры остались сиротами. На долю Алексея выпало суровое колхозное детство, когда приходилось наравне со взрослыми работать в поле от зари до зари, а ведь надо еще и учиться! 

В октябре 1939 года добровольцем записался в Красную армию. Участвовал в советско-финской кампании. Служил во 2-м полку связи Ленинградского военного округа. За этими сухими строками биографии скрыты те качества, которые теперь принято называть патриотизмом. За период Великой Отечественной войны он прошел путь от рядового до заместителя командира батальона по политической части. Войну Берест начал рядовым – связистом, через год стал командиром отделения, а затем и парторгом роты. В 1943 году ефрейтор Берест был отобран в числе лучших солдат для учебы в Ленинградское военно-политическое училище. Несмотря на то, что у Береста не было требуемого среднего образования, фронтовой опыт и положительные характеристики сделали свое дело – его приняли в училище и за несколько месяцев Берест прошел курс подготовки офицерского состава.

30 апреля 1945 года по приказу первого коменданта рейхстага командира 756-го стрелкового полка Зинченко Ф.М. младший лейтенант Берест А.П. возглавил выполнение боевой задачи по водружению знамени военного совета 3-й ударной армии на куполе рейхстага. За эту операцию был награжден орденом Красного Знамени. Говоря проще, он под прикрытием роты автоматчиков Сьянова И.А. в 14 часов 30 минут забравшись на одну из колонн рейхстага, прикрепил на ней красный флаг. Но командованию идея хоть в целом понравилась, показалось, что красный флаг над колонной это не сильно впечатляет, и был дан приказ установки флага над куполом рейхстага. При этом следует упомянуть, что здание кишмя кишело вражескими солдатами, даже не думавшими сложить оружие.

Ворвавшись внутрь, отряд попал под шквальный пулеметный огонь противника. Алексею Прокопьевичу удалось укрыться за статуей из бронзы, но стрельба была такой интенсивной, что у статуи срезало руку. Подняв осколок бронзы, Берест швырнул его в сторону пулеметной точки. Огонь стих, видимо, противник принял кусок конечности статуи за гранату. Этого мгновения хватило, чтоб ринуться вперед. Но основание лестничного марша оказалось разрушенным, и огромного роста, почти под два метра, богатырь Алексей выполнил роль трамплина – это по его плечам Егоров М.А. и Кантария М.В. забрались выше. На чердак первым поднялся Берест. Он очень редко потом рассказывал о былом, сначала было как-то не принято проводить встречи со школьниками, а потом его и не звали особо. Но сохранились его воспоминания, как они привязывали солдатскими ремнями Красный флаг к бронзовой ноге лошади. Именно так, немного даже с иронией вспоминал Алексей Прокопьевич апогей этой операции.

«Передо мной командованием была поставлена задача возглавить и обеспечить водружение Знамени Победы. В стремительном броске мы ворвались в открывшийся проход центрального входа здания, двери которого были подорваны гранатой. В это время при моем участии знаменосцами товарищами Кантария и Егоровым было закреплено армейское знамя №5 на одной из колонн центрального входа в рейхстаг в 14.30 дня 30 апреля», – вспоминал уже в шестидесятых Алексей Берест.

В ночь на 2 мая 1945 года, по заданию командования, переодевшись в форму советского полковника, Берест А.П. лично вел переговоры с остатками гарнизона рейхстага, принуждая их к капитуляции. Снова попытаюсь объяснить, что за этим стояло. Реально гарнизон сдаваться был не намерен, и соглашался вести переговоры с офицером чином не ниже полковника. Однако в числе ворвавшихся в рейхстаг советских солдат и офицеров самым старшим по званию был командир батальона Степан Неустроев, он носил капитанские погоны. Степан Неустроев был человеком небольшого роста и сухощавой комплекции, поэтому опасался, что гитлеровцы просто не поверят тому, что он старший офицер в звании полковника. А богатырь Алексей как никто другой подходил на роль человека, способного ставить условия, вот и выпала ему честь надеть полковничьи погоны, пусть и понарошку. Капитан Неустроев пошел с Алексеем в качестве помощника. Берест дал противнику два часа на размышление и твердым шагом пошел назад, не оглядываясь. Со спины послышался выстрел, но Алексей продолжил движение. Позже выяснилось, что пуля прострелила его фуражку.

За «исключительную отвагу и мужество, проявленные в боях» Берест А.П. был представлен к званию Героя Советского Союза, но, как говорят, маршал Жуков не больно любил политруков и, взглянув на должность соискателя награды, решил, что хватит и ордена Красного Знамени. В мае 1946 г. Президиум Верховного Совета СССР опубликовал указ «О присвоении звания Героя Советского Союза офицерскому и сержантскому составу Вооруженных сил СССР, водрузившему Знамя Победы над рейхстагом». Высшей награды советского государства удостоились пять военнослужащих: капитан Степан Неустроев, капитан Василий Давыдов, старший лейтенант Константин Самсонов, сержант Михаил Егоров и младший сержант Мелитон Кантария. Алексей Берест, который, как мы видим, сыграл немалую роль в штурме рейхстага, высшей награды так и не удостоился.
Сразу после окончания войны Алексея Береста назначают начальником эшелона, следовавшего из Германии в Советский Союз и везшего назад угнанных немцами советских граждан – людей, которым предстояла нелегкая судьба после возвращения на родину. Берест заехал по пути в родную деревню, где заболел тифом и был помещен в военный госпиталь. 

Службу в вооруженных силах Алексей Прокопьевич закончил в 1948 году в Севастополе, в звании старшего лейтенанта и на должности заместителя начальника по политчасти передающего радиоцентра узла связи Черноморского флота. Затем переехал в Ростовскую область. Здесь, в селе Покровском (сегодня это районный центр) была родина его жены Людмилы Федоровны. Старшина милиции Петр Цуканов, в то время бывший начальником КПЗ местного райотдела, вспоминал: «У нас сосед умер, Бересты в эту хатку и поселились, с детьми, четверо. Пол земляной, стены саманные, крыша камышовая. Оконца у земли. Приехали – чемоданчик и узел с бельем. Ну, я мог выписывать в колхозе картофель, капусту, делились с ними. Его назначили заврайотделом кинофикации. Он меня иногда пригласит в кинобудку, выпьем, сидим, он рассказывал, как рейхстаг брал, вроде даже и знамя водружал. А я и сам до Балатона дошел…». Жил Берест скромно, но никогда и ни перед кем не заискивал и не пресмыкался, такое было его жизненное кредо. И из-за него немало проблем нажил себе Алексей Прокопьевич. Он часто менял места работы: то возглавлял ДОСААФ в Пролетарском районе, то был замдиректора МТС в Орловском районе, а в Неклиновском районе возглавил отдел кинофикации.

Но характер был железный, а время жесткое. Нажил недругов или еще что-то там случилось, но вскоре Берест был арестован. Вполне возможно, сыграло здесь роль то, что он упорно пытался добиться правды и поведать о своем участии в водружении красного знамени на рейхстаг. В феврале 1953 года, когда Береста арестовали, на допросе в прокуратуре следователь спровоцировал его на драку. Береста приговорили к десяти годам лишения свободы за хищения, хотя семнадцать человек подтвердили его непричастность к инкриминируемому деянию. Хорошо хоть срок сократили по амнистии – в два раза меньше. Берест отсидел свое, положенное судом, и вернулся в Ростовскую область. Конечно, ни о какой руководящей работе уже не могло быть и речи. Семья Береста поселилась в Ростове-на-Дону, в поселке Фрунзе. Это небольшой микрорайон частной и двухэтажной застройки на границе Александровской Рощи с одной стороны и Кизитериновской балки с другой стороны – типичный рабочий поселок. Здесь жили рабочие ростовских заводов. На завод устроился и Алексей Берест. Герой войны работал грузчиком на третьем мельзаводе, завальщиком на заводе «Продмаш», затем устроился пескоструйщиком в сталелитейный цех завода Ростсельмаш.

Жила семья Береста в двухэтажном доме, на первом этаже. Береста хорошо знали и любили и на заводе, и в поселке. Дочь героя Ирина Алексеевна говорит о большой человеческой доброте своего отца Алексея Прокопьевича Береста: «Как все могучие люди, отец был очень добр, до наивности. У них в бригаде появился новый слесарь, солдат из армии. Невеста беременная, а он не женится: «Жить негде». Отец поселил их, молодых, в нашей комнате, прописал. Парень когда выпьет дурной был, а отец его жалел. Родилась у них девочка. Они у нас 4 года жили. Потом исчезли, а в нашу квартиру приезжает вдруг семья из Свердловска. Оказывается, парень наш потихоньку обменял нашу комнату на квартиру в Свердловске. У нас стало четверо соседей. Но отец и с этой семьей подружился».

3 ноября 1970 года Алексей Прокопьевич Берест трагически погиб. Погиб, как и подобает настоящему герою, совершив подвиг. Он стоял с внуком на руках, когда раздался крик "Поезд!" На рельсах оказался ребенок, девочка. Никто из очевидцев даже не успел заметить, как Алексей Прокопьевич ссадил внука на землю и бросился на верную гибель. Он оттолкнул девочку с путей и принял на себя удар такой силы, что его отбросило далеко на платформу. Умер Алексей Прокопьевич Берест в больнице, ему было всего сорок девять лет. Разумеется, этот физически крепкий человек прожил бы намного дольше и, кто знает, может и застал бы современность, но быть героем и совершать подвиги, видать, у Береста значилось на роду, оттого и не мог он промедлить, кидаясь тогда за ребенком под едущий поезд.

Похоронен настоящий герой на маленьком Александровском кладбище (бывшее кладбище станицы Александровской, которая нынче является частью Пролетарского района Ростова-на-Дону). В советское время у его могилы принимали в пионеры, несли цветы на День Победы и проводили различные встречи ветераны. А сегодня его могила хоть и убрана, но все равно оставляет удручающее впечатление, так как находится у входа на кладбище, куда сносят мусор от других могил.