Тормознули бердские сапожки

Часть оптовых заказчиков отказалась размещать на фабрике заказы, кто-то отказался авансировать, сырьевики тоже затребовали полную предоплату. Началось сокращение производства и персонала. Служба судебных приставов продолжает аресты денежных средств на расчетных счетах предприятия.

Группа «Обувь России», в которую входит предприятия распространила следующее сообщение: «…компания сейчас переживает непростой период, мы находимся в процессе реструктуризации долгового портфеля и переговоров с банками о пролонгации кредитных линий. В то же время, поскольку допущена просрочка по оплате долга, банки-кредиторы обращаются в суд и имеют возможность осуществлять безакцептное списание денежных средств со счетов компании, что оказывает давление на операционную деятельность. В целях оптимизации расходов мы решили остановить работу фабрики, при этом важно отметить, что мы завершили производственную программу на этот год, выпустили весь ассортимент, который планировали. Сроки возобновления работы фабрики будут зависеть от результативности переговоров по реструктуризации».

«Обувь России» испытывает серьезные проблемы с начала года. Компания с февраля этого года не платит держателям своих облигаций. Месяц назад её основная торговая сеть «Вестфалика» сократилась почти вдвое, а в оставшихся магазинах нередко просто нечем торговать.

Журналист Стас Соколов в конце прошлого года сделал большой репортаж из  обувной фабрике S-TEP, которая за время работы выпустила уже больше ботинок и кроссовок, чем жителей Новосибирска со всеми его отдаленными пригородами. По всем меркам это современное, наукоемкое производство, которое идеально укладывается в программу импортозамещения.

«Фабрика сама разрабатывает свои модели. На первый взгляд, это кажется естественным, но в реальности делают это далеко не все. В мире давно существует разделение труда, и любую операцию можно заказать специализированной компании – в том числе и дизайн. Дело в том, что в российских условиях мало сделать ботинки привлекательными для покупателей внешне и достаточно прочными. Предприятие из Сибири вряд ли сможет продать миллионы экземпляров одной модели. Значит, модель должна быть такой, чтобы ее покупали в течение нескольких лет, не уставая от однообразия. Это достигается в том числе варьированием цветов и материалов отдельных деталей…» – рассказывал в соцсетях Соколов.

Кроме обычной повседневной обуви, на фабрике выпускали сандалии, сабо (разновидность простой летней обуви) и сапоги из этиленвинилацетата. Этот материал довольно пластичен, ему можно придать любую форму, при этом он хороший термоизолятор. Так что одновременно его используют как для легкомысленных летних сланцев, так и для мощных сапог с утеплителем, которые покупают рыбаки и охотники. Для серьезной зимней обуви у компании есть собственный отдельный бренд Pioner

Когда «Обувь России» запускала бердское предприятие, в компании говорили, что хотели бы увеличить мощность фабрики с тогдашних 500 тысяч пар в год до одного миллиона. Но фабрика делала чуть больше 200 тысяч пар. И по загрузке цехов, в которых удалось побывать, видно, что здесь может трудиться как минимум вдвое больше работников. Так что сегодня картина на предприятии выглядит совершенно печально…

– Мы в России так успешно занимались импортозамещением, что по сравнению с 2014 годом производство обуви у нас не выросло, а наоборот, упало, – не без грусти признает генеральный директор «Обуви России» Сергей Юнг.

На бердской фабрике люди на руки получают сейчас (в зависимости от квалификации) 25–40 тысяч рублей. Раньше ситуацию отчасти исправляли мигранты, для которых и невысокие российские зарплаты были очень привлекательными. В прошлом году многим пришлось уехать домой, и даже если они возвращаются в Россию, то едут сейчас в европейскую часть страны. Потому что дворником в столице можно заработать больше.

Бердские обувщики убеждены в том, что делать добротную обувь правильно стратегически. Соревноваться с «одноразовыми» ботинками, сделанными в странах, которые еще беднее России, – это путь в никуда.

Бердское производство рассчитано на 600 рабочих мест при полной загрузке. Фабрика способна производить до 1 млн пар обуви ежегодно. По данным местных властей, сегодня в Бердске выпускают 10 пар в день, а работают 42 человека, хотя еще недавно численно коллектива составляла было 380 человек. В активе фабрики – 400 единиц техники, в том числе новейшего оборудования.

– 1 августа производство остановят, а оборудование законсервируют, – сообщают власти города. Власти намерены писать письма на премьер-министра Михаила Мишустина и вице-премьера Дениса Мантурова с призывом к правительству принять участие в спасении системно значимого бердского предприятия регионального уровня. Сами сотрудники надеются именно на это, руководствуются заявлениями правительства о векторе на импортозамещение.