Диспут во здравие русского языка




После смерти нашего выдающегося земляка Валентина Григорьевича Распутина прошло шесть лет. В марте иркутская патриотическая общественность по сложившейся традиции проводит мероприятия, посвященные дню рождения и дню памяти писателя. 

13 марта в иркутском музее Валентина Распутина (филиал областного краеведческого музея) состоялась встреча с кинооператором Вячеславом Сачковым, заслуженным деятелем искусств России. С Валентином Григорьевичем его связала совместная работа над документальным фильмом «Река жизни». 

Съемочная группа режиссера Сергея Мирошниченко в 2009 году организовала, по сути, этнографическую экспедицию по нижнему течению Ангары, по деревням и селам, попадавшим в зону затопления Богучанской ГЭС. Валентину Распутину в поездке составили компанию известный литературовед Валентин Курбатов и иркутский издатель Геннадий Сапронов. Последний известен тем, что в наше рыночное время, когда издание серьезной литературы вытеснено «ширпотребом», умудрялся публиковать по-настоящему хорошие книги – как художественные произведения, так и критические и литературоведческие труды, книги о Сибири и Байкале. 

К сожалению, все три главных героя фильма уже ушли из жизни. Первым, буквально сразу после съемок, скончался самый молодой – Геннадий Константинович Сапронов. В 2015 году умер Валентин Григорьевич Распутин. И, наконец, совсем недавно, в нынешнем марте, в городе Пскове сей мир оставил Валентин Яковлевич Курбатов. 

В середине марта в музее В. Распутина по традиции проходит «день открытых дверей», когда посетители могут осмотреть экспозицию, посвященную жизни и творчеству писателя. Надо отметить, что дом, в котором работает музей, с жизнью Валентина Григорьевича не связан: городской администрацией был выделен для этой цели колоритный деревянный особнячок в самом центре города. Тем не менее сотрудникам филиала во главе с заведующей Еленой Манушкиной удалось создать здесь настоящий научный и культурный центр и в то же время, по сути, уголок сибирской деревни посреди большого города, погружающий посетителей в атмосферу распутинских произведений. 

В тот же день в Музейной студии (еще один филиал краеведческого музея) состоялось награждение победителей областного конкурса инсценировок «Весна в распахнутых руках» по произведениям Валентина Распутина. Конкурс этот – совместный с юношеской библиотекой им. И. Уткина – проводится с 2019 года в рамках губернаторского проекта для деятелей культуры и искусства (напомним, губернатором области в то время был коммунист С.Г. Левченко). Ныне в конкурсе приняли участие 42 самодеятельных коллектива. Годы конкурсов (нечетные) будут чередоваться с годами, когда музеем совместно с Союзом писателей России будут проводиться научно-практические конференции.

А в конце марта по инициативе Иркутского отделения Союза писателей России в Доме литераторов состоялся круглый стол. В этом году дискуссию решили посвятить злободневной теме: «Здорово ли русское слово?» В зале Союза писателей собрались литераторы, учителя и преподаватели, ученые, представители органов власти. Ведущими дискуссии выступили поэт Василий Козлов и литературный критик Валентина Семенова.

Дискуссию открыла кандидат филологических наук, доцент Иркутского государственного университета Светлана Аксенова сообщением на тему «Уроки родного языка В.Г. Распутина». Как отметила Светлана Семеновна, Распутин обращался к теме русского языка не только в публицистике, но и в художественных произведениях. Например, в повести «Дочь Ивана, мать Ивана» упоминается, что сын главной героини интересовался историей русских слов. И это не случайная подробность. Через историю слов Иван раскрывал «потайной и увлекательный» русский мир. При этом Валентин Григорьевич видит, что восприятие русского языка как родного сегодня стало утрачиваться. Каждый день приносит нам все новые примеры отчуждения родного языка от русского человека, его вытеснения другим языком.

Русский язык, подчеркнула С.С. Аксенова, это еще и язык межнационального общения – сначала в СССР, теперь в Российской Федерации. Это и мировой язык, один из шести рабочих языков ООН. Две этих сферы «обслуживаются» не разговорным, а литературным языком – высшей формой национального языка. Но литературный язык – это язык стандарта и нормы, он сам по себе имеет большие ограничения. Как язык межнационального общения он претерпевает строгий отбор языковых средств, он нивелируется, упрощается, адаптируется к чужому языку. Он перегружен заимствованными словами и иногда воспринимается уже как «не вполне русский». Этот усредненный, выхолощенный язык проникает и в речь русского человека. 

Другую причину утраты русским человеком чувства языка Валентин Григорьевич видел в преступном бездействии и попустительстве государственной власти. Непримиримо относился писатель к малейшим нарушениям государственного и национального статуса русского языка. Так, Распутина всегда возмущало бесконтрольное распространение английского языка в различных государственных сферах современной России, его проникновение в быт и русскую культуру. Английский язык вытесняет русский в телепередачах на центральных каналах, проводящих откровенно антирусскую языковую политику, открыто попирая русские национальные ценности. 

Не лучше обстоит дело и с русским языком как национальным. Отменили в паспорте графу «национальность». Исключение этой графы лишило граждан национальности в многонациональной России, хотя кто-то, может быть, и рад скрыть этим свою национальную принадлежность. «Сделать это могли только ненавистники национальной России, – обличал В.Г. Распутин. – Они изъяли из употребления имя народа – русский. Как будто русского народа нет. Значит, нет и России? Отменили не просто графу в паспорте, отменили право русского называться и быть русским, чуваша – чувашом, калмыка – калмыком…»

Свое слово за круглым столом произнесла Ирина Горбунова, кандидат филологических наук, преподаватель пединститута ИГУ и учителю русского языка и литературы. Ее выступление было посвящено конкретным проблемам преподавания русского языка и литературы в школе. Она обратила внимание на переполненность классов – в каждом по тридцать с лишним учеников. В таких условиях трудно говорить о качестве преподавания. Родители в большинстве также не участвуют в образовательном процессе, они считают, что отдали ребенка в школу, и на этом их функции закончились.

Вторая проблема – это учительская нагрузка. Чтобы прожить на зарплату, учитель вынужден брать полторы-две ставки. А это тоже отражается на качестве обучения. Учитель может выдержать такую нагрузку, но тут уже появляется проблема «профессионального выгорания». 

Есть новые проблемы, связанные с итоговыми и промежуточными работами. В частности, это так называемые «всероссийские проверочные работы». Идея вроде бы неплохая – проверить, освоена ли школьная программа. Якобы это нужно для того, чтобы скорректировать работу учителя, чтобы он видел пробелы в знаниях учеников. Но учитель и так эти пробелы видит. В итоге ВПР ни к чему не обязывает, но заставляет учителя работать с детьми только для подготовки к этой работе – в ущерб более важным темам. 

Сочинения, отметила Ирина Горбунова, сегодня стали качественно иными – раньше мы действительно высказывали свою позицию в той форме, которая нам нравится, это действительно была творческая работа. Сейчас о творчестве в этих сочинениях не может быть и речи: мы заранее разбираем речевые клише, которые нам помогут «правильно» написать сочинение, так, как нужно согласно критериям. Мы получаем шаблонные работы и не развиваем мышление учеников. Читаешь эти сочинения и кажется, что они написаны под копирку. 

Следующая проблема – та речевая среда, в которой воспитывается современное поколение. В виртуальном пространстве ребенок не слышит и не видит грамотной речи. Раньше был речевой авторитет – радио, телевидение, но сейчас поток разговорной речи вторгся и туда. Дети ссылаются на то, что «блогер так говорит», на каком-то «ютюб-канале так говорят». Приходится говорить, что это не то, на что нужно опираться, и кроме интернета надо читать и книги. 

Учитель, сделала вывод из своего выступления Ирина Горбунова, должен либо подчиняться «системе» и показывать хорошие баллы на ЕГЭ, либо жертвовать этими баллами, но воспитывать творческую и мыслящую личность. 

В качестве «живой иллюстрации» к рассказу И. Горбуновой выступила ее ученица Злата Михалева, которая рассказала о том, как постепенно приучила себя к чтению книг. Она предпочитает не электронные, а бумажные книги, в которых есть душа: «Когда я читаю бумажные книги, я чувствую, что хотел сказать автор, что он вложил в эту книгу, о чем думали те, кто читал эту книжку до меня».

Затем слово вновь взял писатель Юрий Баранов, который работает в разных жанрах: пишет прозу, стихи, детские книги, а также является председателем совета по отбору рукописей для издания за счет бюджета. 

— В 2008 году государство перестало финансировать творческие союзы, – отметил писатель. – И это вызвало громадные проблемы во всех сферах культуры, особенно у писателей. Потому что на какие средства издавать книги? Государственных издательств нет как таковых. При иркутском Доме литераторов мы создали издательский совет, в который входят филологи, преподаватели, редакторы журналов, библиотекари. На конкурсной основе к нам поступают рукописи. На последнем издательском совете, к примеру, мы из четырех рукописей приняли одну, и то с большими оговорками – эта рукопись еще будет редактироваться. Конечно, сейчас автору достаточно прийти в любую типографию, заплатить деньги, и книга будет издана. Но будет ли это качественная литература? Из примерно 500 книг, которые издаются в Иркутской области за год, те книги, что печатаются по решению издательского совета – это капля в море, от 6 до 9 книг в год. Но эти книги не просто проходят конкурс – они издаются качественно. Сейчас все типографии зарегистрировались как издательства, хотя их сложно так назвать – там нет ни редакторов, ни корректоров, все отдается на откуп автору. Наши же книги обязательно редактируются. 

Юрий Баранов рассказал также о существующем при Доме литераторов молодежном творческом объединении «Аз-Арт»:

— Мы старались не мешать молодым людям создавать свой журнал, потому что он показывает определенный срез, уровень молодежной литературы, их мировосприятие. 

Среди иркутских писателей молодого поколения выделяется Андрей Антипин. Ю. Баранов зачитал отрывок из его произведения, подчеркнув, что важно не только содержание, но и стилистика, владение речью. У Антипина есть это чувство языка. Но многие страдают одним – «лексикой интернета». У них короткие рубленые фразы, они не чувствуют музыкальных переливов русского языка. 

Поэт и в прошлом главный редактор журнала «Сибирь» Василий Козлов коснулся темы иноязычного вторжения в русский язык, навязывания латиницы. Как он отметил, это вторжение началось в 90-е годы, когда рухнул железный занавес и в страну стали массово поступать иностранные вещи, бытовая техника и т.д. с надписями на иностранном языке. Даже странно, что в этот период силы, пришедшие к власти, не ставили напрямую задачу перевода русского языка на латиницу, потому что эти силы были явно ориентированы на Запад, на англосаксонскую культуру.

Сегодня, по словам писателя, чуждый язык стал доминировать, заполняя все поры жизни, особенно в интернете. Латиницу можно увидеть в салонах автобусов и троллейбусов, на вывесках магазинов, в оформлении витрин и торговых залов, на консервных банках, коробках конфет, на лекарствах, на одежде, школьных тетрадях, рюкзаках, в названиях фирм и так далее. Мы к этому привыкли, это почти не раздражает.

Как утверждал в свое время Валентин Распутин, реформа, упрощающая правописание, в 90-е годы готовилась всерьез – видимо, «для удобства иностранцев и наших родных митрофанушек». «Культурная элита» потащила на телевидение, в кино и литературу «ненормативную лексику», проще говоря, мат. Сказывается, завершил свое выступление В.В. Козлов, родство этой «элиты» со Смердяковым, считавшим, что ничего хорошего в России быть не может.

Присутствующие на круглом столе депутаты из партии власти и чиновники «от образования» выступали с успокоительными речами, защищая и существующие образовательные тенденции, и юридический новояз. В качестве некой панацеи от всех проблем чиновниками предлагаются президентские гранты в сфере образования и культуры, которые, разумеется, не могут решить никакие важные вопросы и носят по большей части показушный характер.

Их выступления прозвучали явным диссонансом с общим настроением участников круглого стола, которые знают тему не по отчетам и видят жизнь не через розовые очки. Да и странно было слышать от участников подобного мероприятия, что «по указу президента мы должны войти по уровню образования в Топ-10» и так далее. Если уж на собрании в защиту русского языка звучит американизированный бюрократический новояз, чего же мы можем требовать от общества?

По итогам круглого стола была принята резолюция, которую направили в органы законодательной и исполнительной власти Иркутской области и города Иркутска. В ней, в частности, предлагается принять меры по повышению статуса учителя, снижению его нагрузки, поддержать конкурсы чтецов и конкурсы на знание русского языка и классической литературы, а также «вернуть в школу культуру русской песни через школьные самодеятельные хоры и ансамбли». Органам власти предложено ограничить использование иностранной лексики и латиницы без острой на то необходимости, бороться против ненормативной лексики, а также шире пропагандировать наследие классиков и писателей-сибиряков.

Рекомендации эти, несомненно, можно только приветствовать. Но в то же время нельзя не заметить, что большинство присутствующих отнеслось к проблеме «порчи» русского языка как к чему-то стихийному, происходящему само собой. К сожалению, деятели культуры, даже принадлежащие к патриотическому направлению, в большинстве своем не видят, что уничтожение русского языка осуществляется правящей «элитой» абсолютно целенаправленно. Язык – это самосознание народа, и тем, кто правит в «глобальном мире», наш язык не только не нужен, но и опасен: ведь это язык той цивилизации, которой в XX веке удалось бросить вызов глобалистам и задержать на 70 лет их победу в мировом масштабе.