Крутой характер




Отказ девушку только разозлил. Полушуточная затея сразу стала серьезной. Превратилась в вызов. Доказать себе и другим, что ничего невозможного в ее профессиональном выборе нет.

Вот уже несколько месяцев Дара работает в обычном районном ЖЭУ и ходит по заявкам калининградцев ликвидировать засоры, сорванные краны и потекшие трубы. Вызывая своим появлением неподдельное удивление у заказчиков.

Меньше всего ожидаешь увидеть на пороге квартиры такого сантехника, с чемоданом инструментов и в робе. В кармане робы удостоверение слесаря по монтажу сантехнического оборудования третьего разряда. Корочку уже не раз приходилось предъявлять тем, кто не верит, что это не розыгрыш. И хрупкая симпатичная девушка с красивыми кудрявыми волосами и пирсингом на губе действительно пришла «поковыряться» в трубах.

«С такими руками музыкой надо заниматься», – покачала головой клиентка, глядя, как Дара лихо управляется с газовым ключом своими длинными тонкими пальцами.

Дара и занималась музыкой. А еще рисованием, шитьем, языками. Ей двадцать два года. Выросла в Новосибирске. Физматкласс, красный диплом экономического колледжа, поездки на научные конференции, факультет биотехнологии университета. Хорошая речь, и даже запятые на своих местах в постах для соцсетей. Образованная девочка из приличной семьи.

Но в восемнадцать лет хорошей девочке отчаянно захотелось выбраться из надоевшей скорлупы. Учиться в университет Дара сбежала на другой конец страны. Специально, чтобы почувствовать себя самостоятельной, сепарироваться от семьи и лишить себя возможности чуть что бежать к маме. Выбирала буквально из двух самых удаленных от Новосибирска университетских городов – Владивостока и Калининграда. Западный анклав победил своей близостью к Европе.

«Тогда, еще до коронавируса, были планы попутешествовать», – смеется Дара.

Пандемия, учеба, надолго перешедшая в онлайн, отсутствие работы в лабораториях, общая политическая обстановка в стране и городе сильно ударили по мотивации и смыслам. За участие в протестных акциях Дара просидела несколько часов в полиции, оказалась в суде, получила административку. И поняла, что потерялась, что у нее явный кризис самоопределения.

Дара говорит, что по убеждениям она радикальная феминистка. И сразу были мысли выбрать какую-то профессию из списка запрещенных для женщин или традиционно неженских и пойти ломать стереотипы. Ее штормило: машинист, капитан корабля, дальнобойщик… В июне в Сети завирусилось видео с разбушевавшимся нетрезвым сантехником, напавшим на девушек-блогеров на Дворцовой площади в Питере, и Дару осенило: «Пойду в сантехники!» Узнала, что учиться всего полтора месяца. И даже быстро набросала список из нескольких пунктов в пользу новой идеи.

1. Полезный навык. Пригодится в любом случае.
2. Вода менее опасна, чем электрика.
3. Деньги.
4. Совершенно новый интересный опыт.
5. Физическая работа.
6. Логичный выбор для радикальной феминистки – пойти туда, где женщин точно не ждут.

Когда ей отказали в центре профподготовки с нелепой отговоркой, что она не сможет заменить унитаз, Дара разозлилась и раззадорилась. Тут же нагуглила, что самый тяжелый унитаз весит как ее младший брат, всего 30 килограммов. Брата она таскает на руках – значит, и с унитазом справится.

В другой учебный центр Дара шла с настроем отстаивать свое право на обучение. Но воевать не пришлось. Преподаватель решительную барышню поддержал и на курсы принял. До Дары женщины учиться к ним еще не приходили.

«В Калининграде, кажется, я первая сантехница. Не нашла пока здесь коллег-женщин. Хотя знаю, что сантехницы есть в других городах. Но пока ни с кем из них не знакома».

Группа разновозрастных мужчин «кудрявую сантехницу» встретила не без скепсиса, но в целом добродушно, признает Дара.

— Ты ради парня сюда пошла? – предположил кто-то.
— Ну вот еще, – фыркнула она.

После месяца лекций и двухнедельной практики преподаватель порекомендовал ее на работу в ЖЭУ. Пояснил, что это лучший способ набраться опыта за короткое время.

«Вы хотите работать в подвалах? – с сомнением спросила директриса. На офисных должностях в ЖЭУ много женщин. – Там грязно. Там крысы. Мужчины матерятся».

Дара ответила, что все это ее не пугает. А про себя подумала, что крысы были бы и в биолаборатории в универе, только здесь их не надо расчленять ради опытов. После двухнедельного испытательного срока у Дары появилась первая трудовая книжка. Оклад 13 тысяч. Премия 2,6 тысячи. Планерка каждое утро ровно в девять. Рабочий день до пяти, и надо быть в мастерской, даже если нет заявок.

Коллеги-мужчины отнеслись к ее появлению «иронично, но спокойно». Только один сразу заявил, что с девочками работать не будет, когда Дару хотели приставить к нему напарницей. Но через два месяца гнев на милость сменил и он. На сложные заявки ее отправляли в паре с опытным мастером. А на задачи вроде замены и пломбировки счетчиков или перекрытия стояков – одну. Темных подвалов первый месяц она все-таки побаивалась. И еще долго вздрагивала, натыкаясь на погибших животных.

«Пойду сейчас ставить гигантский общедомовой счетчик. Пожелайте мне не встретить мертвых котяток», – писала Дара в Твиттере. Рассеять детский страх подземелья получается, если там запеть.

Коллеги Дару проверяли на прочность: хватит ли ей силенок нарезать тупыми ножницами полипропиленовые трубы или попросит помощи? А нарезать самой резьбу? Дара пыхтела, но делала.

На второй месяц работы Дара самостоятельно установила в квартире по заявке новый унитаз. Сфотографировала и выставила его в своем Инстаграме как ответ усатому начальнику первого учебного центра.

 «Ой, мы ожидали мужчину увидеть, – удивленно восклицают заказчики, открыв дверь мастеру. – А пришла хрупкая девушка». Хрупкая девушка, мило улыбаясь, берется за перфоратор и принимается за дело.

«Люблю свою работу за то, что меня кормят бабули, – смеется Дара. – Большинство возрастных клиентов относится ко мне по-отечески. Кто обедать усаживает, кто конфет с собой на дорожку дает».

С жильцами на участке у нее пока все отлично. Но отношения с дамами из ЖЭУ к четвертому месяцу работы обострились. Дара бунтует против ранней явки и обязательного просиживания в мастерской в ожидании заявок. Считает, что много времени тратится впустую при такой маленькой зарплате.С коллегами-мужчинами за несколько месяцев отношения потеплели, но остаются «иронично-шутливыми», хмыкает Дара. Мужикам всегда можно позвонить, и они не отказывают в совете или помощи. Но не всегда их «шутки» ей по душе. «Устроим тройничок», – шутканул один, когда Дара осталась в мастерской с двумя коллегами. Другой как бы безобидно пошутил про «отсутствие сисек». А замдиректора обещал выпороть за опоздания.

Дара, поскрипывая зубами, в ответ тоже отшучивается. Говорит, что, несмотря на свои феминистские взгляды, с самого начала решила не тратить силы на борьбу и дискуссии. Люди в ЖЭУ все старой закалки, с определенным складом ума и мировоззрением – воевать с ними бесполезно. Лучше набраться опыта и идти дальше.

«Я стараюсь на работе одеваться сдержанно и закрыто. С одной стороны, потому что грязь. С другой – ловлю себя на том, что стесняюсь заявлять о своем феминизме, чтобы не потерять уважения. А это мизогиния».

В семье к радикальным карьерным траекториям Дары отношение неоднозначное. Мама реагирует с иронией. Отчим прямо сказал, что тетенька-сантехник – это смешно. Сначала внучку безоговорочно поддержала только бабушка. Но теперь даже она сокрушается, что сантехническое дело не профессия, а ремесло. А внучка с «такими мозгами и способностями могла бы делать больше».

После Нового года Дара хочет попробовать работать на себя. Несколько заказов она уже получила от знакомых и от людей, насмотревшихся сториз в ее Инстаграме. Если не получится, пойдет работать в большую компанию, где можно будет освоить еще и сварку. Такое предложение у нее уже есть.

То, что начиналось как протест и желание кому-то что-то доказать, стало просто работой. Дара говорит, что не видит, в чем на самом деле ей надо отстаивать свои права, кроме как делом показать, что она может работать нормально, как все.

«Зарплата у меня с мужчинами одинаковая. Даже те задачи, в которых нужна физическая сила, зависят исключительно от того, в какой я форме. С другой стороны, в моей слабости есть и свой плюс: я не могу сорвать кран», – смеется сантехница. Но «косяки» и у нее тоже пока случаются. «Чуть не затопила дом, потому что выкрутила болт из крана Маевского – и его выбило напором».

Дариным примером вдохновились знакомые девушки. Поддерживают и следят за успехами. Одна приятельница уже собралась идти учиться на электрика. Плюс любой прикладной профессии в том, что эти навыки будут востребованы везде, считает Дара. Даже если придется уехать из России, или если политическая ситуация здесь еще ухудшится. Профессия сантехника никуда не исчезнет в ближайшие десятилетия.

«Вот освою еще сварку и электрику – и стану бригадиршей, – смеется Дара. – А может, через три-четыре года захочу заниматься чем-то другим. Главное – не навязывать себе один путь развития как единственно правильный».

 

Другие материалы номера