Надо думать о том, как накормить Россию




В. МЕЛЬНИЧЕНКО: В этот год уже поздно говорить о своих семенах, невзирая на то, что мы даже обсуждали этот вопрос. В 2009 году Министерством сельского хозяйства было выделено 330 миллиардов рублей, когда доллар стоил 33 рубля, на семеноводство. Напомню россиянам, что на эти деньги мы сделали 4 программы и 6 дорожных карт. К сожалению, семеноводство не развилось, но более-менее мы наладили зерновое. Овощеводство, сахарная свекла, соя, подсолнечник – практически ничего у нас не получилось для импортозамещения. Надо признать, что сегодня Министерство сельского хозяйства могло бы сказать откровенно: к санкциям мы не готовы.

Мы зависим не только от семян, есть еще проблема импортной техники, которой мы набрали огромное количество. Естественно, у нас будет проблема с запчастями, но какое-то время поработаем. Также и с животноводством. Есть и еще одна проблема с наращенным производством зерна: мы даже рапортовали, что худо-бедно производим уже 120 миллионов тонн. Возможно, с приписками, но важно, что уже так сказали. А теперь куда мы денем зерно? Если под санкциями не будет куда продать, то у нас будет 40 миллионов лишнего.

 

СП. У нас есть данные, что один из плюсов импортозамещения – это отрасль животноводства. То есть мясо птицы мы обеспечиваем сто процентов. Но покупаем мы 98% инкубационных яиц… Получается, что импортозамещение неполное…

В. МЕЛЬНИЧЕНКО: Липовое… Я заявлял, что для любых решений, любой экономики, любой страны должен быть пятилетний цикл. За пять лет мы все можем поправить, и животноводство, и птицеводство. Что-то раньше, что-то позже. Я всегда говорил, что это природный цикл, он закономерный, и это нормально. Мы могли бы три раза Россию перестроить. У нас была возможность действительно сделать все, но многое было верно сделано, но неправильно.

 

СП. Когда у нас появилась санкционная продукция, то все равно, несмотря на это, Россия продолжала покупать, но не через страны, которые ввели санкции. Например, импортировать из Беларуси, с Фарерских островов, из Уругвая, Парагвая. Сегодня тоже можно наладить этот импорт? Например, из Норвегии красную рыбу и лосось перестали покупать, но начали закупать на Фарерских островах, а Норвегия начала в 7 раз больше поставлять по Фарерским островам. Может, через такие схемы налаживать торговлю?

В. МЕЛЬНИЧЕНКО: Наверное, правительство будет искать выход, но это не тот выход, который нужен. Нужно делать. А это опять имитация, это опять значительно дороже. Мы удивляемся, почему у нас продукты питания дороже, чем в Европе, чем в Америке, чем в других странах. Наши туристы, которые выезжают, например, в Таиланд, удивляются, что на наши деньги там жить можно. Все дешево.

Как получается, что у нас все дороже, если мы все сами производим? Но это неверно. У нас все очень дорого, у нас себестоимость высокая. Зачем бы нам такие дорогие удобрения делать? Тех, кто производит удобрения, я считаю жуликами, потому что они выкопали обычную калийную соль, на мельнице размололи и загрузили в мешки. Здесь себестоимость как у мешка песка должна быть, не дороже. Но тонна соли стоит под 60 тысяч. Так поступают бессовестные, жадные люди.

В нынешних условиях все надо менять, весь подход к аграрно-промышленной политике надо менять. Надо сделать так, чтобы крестьянин почувствовал себя востребованным прямо сейчас. Чтобы он стал героем времени, основой России, он производит самый востребованный энергоресурс – еду, без которой никто не проживет.

Невзирая на все рапорты, у нас не получилось создать продовольственную безопасность. О ней писали, о ней говорили, но я не до конца осознавал и до сих пор не до конца осознаю, почему мы не могли избрать порядочных людей в правительство?. Чтобы мы действительно почувствовали, что о нас заботятся люди, получающие жалованье, чтобы все было нормально и порядочно.

Сейчас не время говорить, что будет через 5–10 лет. Надо думать, что будет в 2022 году. Как отсеяться? Как заполучить масло для американских тракторов? Как все эти запчасти достать?.

Что же необходимо делать в трудный, напряженный период? Очень просто: государство должно объявить о беспроцентном кредите для всех сельхозпроизводителей. Иначе ничего не будет. Неизвестно, поможет ли нам кто-нибудь мешком сахара, может, нет. Поэтому надо свое иметь. Это первое.

Второе – проблема горюче-смазочных материалов… Кто мешает сегодня объявить получение необходимого по лимиту, но с оплатой позже? Ведь у фермеров сейчас нет денег. А в прошлом году еще и засуха была на большинстве территорий России, мы не заполучили никаких рублей. У нас нет запасов, но есть опасность, что мы не посеем. В банках уже кредиты объявляют под 35–40%.

Надо думать о людях России, что они будут кушать. Мы, конечно, почувствуем, когда крестьяне увидят, что действительно настало их время показать, что они могут накормить Россию, могут организовать ту самую продовольственную безопасность. Надо отменить постановления о том, что крестьянин, вырастивший у себя тонну картошки, не может ее продать из личного подсобного хозяйства. Что это такое?! Давайте организовывать правильную кооперацию. Мы обязаны стать, как минимум, если не 1-й, то 2-й или 3-й позицией. Именно сельское хозяйство должно произвести хотя бы для себя на 70 миллиардов долларов продукции для внутреннего потребления. И хотя бы для начала на 100 миллиардов на продажу, на экспорт.

 

СП. Василий Александрович, прокомментируйте, пожалуйста, новость от Минсельхоза, что Россия с 15 марта по 30 июня может запретить экспорт пшеницы, ржи, ячменя и кукурузы.

В. МЕЛЬНИЧЕНКО: Думаю, что у них есть опасения, что мы не отсеемся, и они хотят оставить прошлый урожай на всякий случай. То есть вместо того, чтобы сейчас принять решающие меры, которые обеспечат нам и урожайность, и выпуск лишнего, и продажи, они ограничивают и останавливают производство. Как к этому относиться, я не знаю.

 

СП. Вы заговорили о свободном предпринимательстве…

В. МЕЛЬНИЧЕНКО: Необходима свобода предпринимательства, хотя бы в сельском хозяйстве. Если мы сейчас запустим сельское хозяйство, то будем основными заказчиками нашей промышленности, и они тоже будут развиваться. Если мы не будем ничего делать, то и они останутся без зарплаты.

 

СП. Что касается цен на продукты в магазине. Они уже очень существенно подросли, да и до спецоперации цены постоянно росли на этот пресловутый борщевой набор. Ждать ли сейчас роста цены на основные товары и на сколько?

В. МЕЛЬНИЧЕНКО: На много. Все будет зависеть от ситуации, от обстоятельств, от дальнейшего развития всех событий. Правительство мечтает, что инфляция больше, чем на 22%, не вырастет, но это неправда. В прошлом году мы уже увидели рост на 100%. В этом году можем увидеть и 200, и 400 процентов. Смотря что мы соберем, посеем и сделаем. Если будет большой дефицит овощей, например. Хлеб будет дорожать. Мы уже видим, что он начинает серьезно дорожать. Бывает рост цен и без причин, потому что люди решили заработать, не более того.

Наше государство всегда стремилось выкачать из людей последние деньги, чтобы не было лишних денег в карманах. Бедные люди более удобные, они всегда зависят от 10 тысяч царских денег. Это наша проблема. Поэтому цены росли и растут.

 

СП. Вы недавно говорили, что сыра импортного у нас нет, но все закваски и ингредиенты мы покупали за рубежом.

В. МЕЛЬНИЧЕНКО: Конечно, у нас их нет. Не умеем производить.

 

СП. Наверняка есть специалисты среди ваших коллег?

В. МЕЛЬНИЧЕНКО: Это иллюзии. Иллюзионистов нас полно, Чумаки и Кашпировские все умеют делать, но это серьезные технологии. В первую очередь это чистота производства всех заквасок, это серьезный технологический процесс.

Конечно, научимся, я уверен, что русские люди, россияне не ленивые. Мы не пьяницы, хотя это в обиходе есть, и многие не верят, а я не только верю, я знаю. Наш поселок в течение 4 лет создавал новые производства, все очень креативные, как ныне говорят, и мы можем это все делать, но для этого нужен стимул и интерес. Стимул может создавать только государство. Те самые чиновники, которые получают жалованье, чтобы я хотел делать и не из-под палки, а чтобы действительно было свободное предпринимательство.

Мы не хуже других наций, других людей, у нас тоже две руки и две ноги, и по одной голове. Надо еще сделать так, чтобы в этой голове размножались полезные нейроны, и все у нас будет хорошо.

 

СП. Некоторые товары с полок пропадают сейчас, и люди боятся дефицита, возможен дефицит на продовольственные товары?

В. МЕЛЬНИЧЕНКО: В прошлом году был дефицит овощей. В России все возможно. Россия все может, но не хочет.

 

СП. Тем не менее чтобы самим все производить, начиная с технологий, должно быть соответствующее образование, с чего начать, дадите несколько советов? Более заинтересованные наши зрители пойдут на ваш сайт, посмотрят, зададут вопросы. Мы ссылки все оставим.

В. МЕЛЬНИЧЕНКО: В сельском хозяйстве у нас серьезный кадровый провал. Во всяком случае, он более усугублен, чем в промышленности. Во-первых, надо понимать, что и зарплаты, и доходы меньше, условия другие. Желающих работать мало, тем более учиться.

Мы все столкнулись с тем, что у нас не хватает механизаторов, специалистов, агрономов, зоотехников. Даже из тех, кто закончил Тимирязевскую академию, только 2–3% едут в село. Нам нужно показать, сделать так, чтобы в селе эта семья специалиста, которая переехала работать, имеет годовой доход от семи до десяти миллионов рублей чистой прибыли. Если это по телевизору увидят, многие туда поедут.

Теперь что касается быстрого обучения. Во многих районах, во многих регионах есть одно-два-три сохранивших темп нормальных хозяйств, и на базе этих хозяйств нужно сделать быстрые учебные центры. Месяц-два-три, чтобы на тракторе и на сеялке, на всем хорошие специалисты-практики обучали. Считаю, что не надо делать уже какие-то отдельные учебные заведения, потому что некому учить, кадры постарели.

Напомню, что во время войны заводы строили под открытым небом и начинали выпускать продукцию. Мы можем это все сделать, но для этого нам нужна разумная аграрно-промышленная политика. Необходимо немедленно создавать курсы и в каждом селе надо делать ферму. Мы будем богатой и разумной страной.

 

Telegram

Другие материалы номера

Приложение к номеру