Автор расследования о диверсии США на «Северных потоках» лауреат Пулитцеровской премии Сеймур Херш дал большое интервью программе Democracy Now.
Когда в сентябре прошлого года произошли взрывы на «Северном потоке», американские чиновники поспешили обвинить в этом Россию – дескать, она сама уничтожила собственный газопровод. Однако, как пишет легендарный журналист-расследователь Сеймур Херш со ссылкой на источник, «непосредственно знакомый с планированием операции», диверсию осуществили ВМС США с помощью Норвегии. Белый дом и правительство Норвегии эти обвинения опровергли, однако Херш утверждает, что подрывом трубопровода США рассчитывали заставить заколебавшихся было союзников поддержать Украину. В 1970 году Херш получил Пулитцеровскую премию за репортаж о резне в Сонгми. Его репортажи о шпионаже ЦРУ за лидерами пацифистского движения во время войны во Вьетнаме помогли сформировать Комитет Черча, который привел к серьезным реформам американской разведки, а в 2004 году он разоблачил скандал с пытками заключенных в иракском Абу-Грейбе.
Democracy Now: Сегодня мы будем обсуждать его новую статью «Как Америка уничтожила «Северный поток». Белый дом назвал репортаж Херша, цитирую, «выдумкой от начала до конца», но призывы к независимому расследованию звучат все чаще. Сеймур, не могли бы вы вкратце объяснить, что именно вы установили в ходе расследования и что первым натолкнуло вас на мысли об этом? С другой стороны, была же масса громких комментариев. В частности, сразу после взрывов польское правительство сказало: «Спасибо, Америка». В общем, введите нас в курс дела, Сеймур.
Сеймур Херш: Ну, во-первых, мне кажется, что хорошее описание статье дал один мой приятель: я всего лишь проанализировал все очевидное. Вы же слышали, что сказал наш президент. Конечно, были тайные планы, и о них я и написал: был создан некий комитет. Непосредственное участие в нем принимал Джейк Салливан. Он тогда был советником по национальной безопасности и занимает этот пост и поныне. Они создали группу, чтобы рассмотреть разные варианты, как надавить на российское правительство и вынудить его отступить.
Как бы то ни было, я не пишу ни о чем таком секретном. Это самые рядовые события. Они создали комитет, чтобы рассмотреть разные сценарии. Россия же явно готовилась к СВО. Угроза, которую президент озвучит впоследствии, на тот момент еще не прозвучала, на дворе декабрь позапрошлого, 2021 года. Комитет заседает и обсуждает. В него вошли все привычные лица – ЦРУ, АНБ, Минфин, Госдепартамент и так далее. Они встречаются в секретном ведомственном здании через дорогу от Белого дома, его еще называют эйзенхауэровским. Варианты такие: вы хотите кинетических действий или нет? В одном случае дело ограничится санкциями, а при кинетическом сценарии… ну вы понимаете, придется «убрать» трубопровод, как и планировалось.
И ответ нашелся довольно быстро. По-моему, заявление Виктории Нуланд, что вы упомянули, прозвучало даже раньше президентского. Это было в конце января прошлого года. На тот момент комитет уже задействовал массу опытных людей из разведки и прочих оперативников. Они заключили, что диверсия возможна, и Белому дому так и доложили: да, это возможно. От таких заявлений некоторые, должно быть, основательно занервничали – это же вроде как строжайшая тайна. А там, как я уже писал, это назвали просто секретной операцией. Но об оповещении Конгресса речь даже не шла.
И вот они сели за планирование. Отправились в Норвегию, к нашим большим союзникам. Норвегия же одной из первых подписала договор НАТО от 1949 года. Если я не путаю, тогда в альянс входило 19 стран. Норвегия – первоклассный союзник. Мы потратили на модернизацию их объектов – об этом подробнее в статье – сотни миллионов, если не больше. Может, даже ближе к миллиарду. Норвежская граница вдоль атлантического побережья простирается почти на 2 300 километров. Она идет от Осло, еще в Европе, на самый север – до границы с Россией в Заполярье. И вот у нас там на севере масса объектов: в том числе РЛС с синтезированием апертуры, которая стоит целое состояние и предназначена для слежки за российскими ядерными объектами в округе и за военной деятельностью русских по ту сторону границы, на Кольском полуострове. Так что это совершенно наши ребята. И еще они мастера всяких подводных операций. Так что вот как все было. Мы с ними разработали план. Оставалось лишь согласовать его со Швецией и Данией. «Съели» ли они наше объяснение, что нам ни с того, ни с сего понадобились учения на Балтике или нет, я не знаю – это им решать. Но пока что я что-то ничего от них не слышал.
Знаете, меня эти игрища утомляют. Вот как дело было. Я пишу статью для Substack и не заикаюсь о ней в The New York Times. Я провел в газете столько чудесных лет, и мне неловко об этом говорить. Я и не надеялся опубликовать там такое. Они решили, что конфликт должна выиграть Украина и внушают эту мысль читателям – ну и ладно. Это их дело. А я просто сел и написал свой репортаж.
А минеры прибыли с одного объекта в маленьком городке во Флориде. Вообще-то на флоте минеры не больно-то светятся – просто делают свои дела и всё. Рта они особо не раскрывают. Идеальные люди – то, что надо. Вот они-то это и провернули. Как вы сказали, каждое лето 6-й флот США проводит крупные учения. Вообще, 6-й флот базируется в Италии, но имеет право действовать и на Балтике. Это огромное пространство.
Трубопроводы, о которых идет речь, – это «Северный поток – 1», который заработал еще в 2011 году, и «Северный поток – 2», который построили, но не запустили. Это 1 200 километров труб. Идут они из России, которая буквально набита всеми видами газа (у них в Сибири огромные запасы), прямиком в Германию. Должен вам сказать, что «Северный поток – 1» стал находкой для экономики Германии и Западной Европы вообще. Они получали от русских так много газа, да еще так задешево, что немецкое правительство даже перепродавало его часть с прибылью, а Россия не возражала.
У Германии огромная экономика. Она процветала. Все знают немецкие автомобили. Крупнейшая в мире химическая компания BASF тоже немецкая. А теперь… теперь они все крупно влипли. У них там холодно. Люди злятся. И вообще, целью…
Democracy Now: В общем, версия, что Россия устроила диверсию на собственном трубопроводе, мне всегда казалась нелепой. Представляете: вложить столько денег в газопроводы, а потом самому взять и их взорвать! Сеймур Херш: Вы же слышали свежий выпуск новостей в начале передачи: одно ужасное событие за другим. Мне вообще кажется, мир свернул куда-то не туда. Хотя, знаете, неважно, что я там себе считаю. Но нет никаких сомнений, что с тех пор, как к власти пришел Трамп, пресса раскололась на два лагеря. Теперь мы все оказались по разные стороны баррикад – ну, знаете, правые-левые, демократы-республиканцы, как ни назови. Если ты смотришь Fox News, то точно не смотришь MSNBC и так далее. А если читаешь The New York Times, но тебе без разницы, чтó о ней думают правые – ну, вы знаете, что консерваторы костерят The New York Times и The Washington Post за «либеральные», в кавычках, взгляды. В общем, у нас идет поляризация.
Сегодня у нас президент-демократ. Внутри страны он добился неплохих результатов, но я вам скажу, что не понимаю такого внимания к Украине и таких перед ней обязательств. И я не понимаю, чтó они вообще такое пишут. Я же по работе общаюсь с людьми, которые в курсе и многое подмечают. Я пишу о всяких тайных операциях уже лет, наверное, триста – вот насколько я стар, Эми, да? И то, что я слышу о ходе боевых действий, особенно начиная с осени, когда началось самое интересное, – это полный мрак. Русские… мне кажется, что конец, развязка – это всего лишь вопрос времени… Прямо сейчас вопрос в том, сколько еще своих людей Зеленский захочет убить. Все это кончится.
Что произошло: план состоял в том, чтобы заложить бомбу – и я не могу ответить на ваш философский вопрос о том, почему Конгресс больше ничего не делает. Конгресс точно так же поляризован. Кроме того, в этой стране продолжается огромная ненависть ко всему путинскому – да, есть разногласия во внешней политике, но здесь она личная. И в этом нет никакой пользы. Но в любом случае, я не думаю, что есть хоть какой-то шанс, что Путин хочет захватить Европу. Он хочет приручить Украину, но не заинтересован в чем-то большем. Возможно, в этом вопросе я представляю меньшинство.
Так или иначе, произошло следующее: в июне проводились учения, и бомбы были заложены под прикрытием учений НАТО. Там было много водолазов из разных стран, которые бегали туда-сюда и все взрывали. Это были учения по разминированию и обнаружению мин, раньше таких не проводилось. На самом деле, тому, кто в ЦРУ или других структурах придумал такой план, нужно отдать должное, потому что вышло очень изобретательно. Итак, в ходе этих учений водолазы спустились под воду и сделали то, чему их учили и что они отлично умеют. С-4, пара сотен бомб – неважно, какого веса – способных взорвать большинство зданий в Вашингтоне и, возможно, несколько в Нью-Йорке. Короче говоря, они сделали свою работу.
Но президент в последнюю минуту засомневался, так как боялся, что взрыв сразу после учений наведет на нас подозрения. А потом он захотел получить возможность сделать это в любое время, чем доставил команде очень много хлопот. Вы знаете, в спецслужбах люди очень опытные… Про них есть стереотипы, мы все смотрели фильмы о них. Конечно, они понимали, зачем взрывать трубопровод. На 51% он принадлежит российским олигархам из «Газпрома». А остальными 49% «Северного потока – 1» владеют четыре бизнес-группы в Западной Европе, которые занимаются добычей нефти. В любом случае, они сочли угрозу обоснованной. И если делать это во время учений – что ж, хорошо. Но уже в конце сентября, когда они получили приказ… да, у них все было готово, но они подумали, что… не знаю, что они подумали, но видимо посчитали, что в конце сентября он уже не станет взывать главную трубу, «Северный поток – 2». Ее же только что построили, плюс она еще и была под санкциями. И в ней был газ, поэтому и произошла такая большая утечка. 1 200-километровая труба, заполненная метаном. Но она была под санкциями немецкого правительства.
И вот что сделал Байден. И именно в этом, как мне кажется, заключается конечная суть этой истории, и почему так много людей, даже разведсообщество, очень ей обеспокоены. Он сказал: «Я с Украиной в большой войне, выглядит это все не очень хорошо. Я хочу быть уверен, что получу поддержку Германии и Западной Европы. Cкоро зима, и, если она будет холодной, я не хочу, чтобы немцы сказали: «Мы умываем руки, потому что слишком сильно пострадаем. Без дешевого топлива нас порвут в клочья, а нашей экономике кранты. Мы больше не участвуем в этом, мы открываем газопровод». И они могли. Поэтому Байден лишил их этой возможности.
И, как вы знаете, Америка говорит об этом сильно задолго до того, как в 2011 году первый трубопровод, «Северный поток – 1», был запущен. Это тянется еще со времен правления Буша – Чейни. И я много писал для The New Yorker об этих людях, об этой конкретной шайке. В то время они начали говорить об угрозе – угрозе от поставок газа, угрозе от дешевой энергии для Европы, которую всегда считали способом заставить Европу быть более сговорчивой или более охотно торговать с Россией. Мы всегда хотели изолировать Россию. Это была тема последних десятилетий.
Был страх, что Европа отойдет от конфликта. Теперь он, в сущности, дал Европе понять: «Вы – второй сорт». Последствия диверсии для европейцев будут ужасными. Все свелось к пониманию того, что они могут впасть в полную зависимость от Америки, даже в кризисной ситуации. И я думаю, что эта ситуация подорвет НАТО, которую я всегда считал в высшей степени бесполезным альянсом. Но европейцам – вне всяких сомнений… Я знаю