Сгорела «Невская мануфактура»




По крайней мере, такие мысли возникают, когда сгоревшее здание – объект культурного наследия регионального значения, долгое время мешавший застройке. Речь идёт о «Невской мануфактуре» в Санкт-Петербурге, которая полыхала пожаром пятого класса опасности, унесшим, минимум, одну жизнь молодого командира огнеборцев. Но несмотря на то, что МЧС неоднократно указывало на многочисленные нарушения при плановых проверках пожарной безопасности, странности с пожаром исторического здания всё-таки есть…

«Невская мануфактура» основана в 1841 году английским купцом Джеймсом Торнтоном. На фабрике были налажены прядильное, ткацкое, отделочное производства, выпускались ткани, одеяла, пледы, платки. После национализации и нескольких переименований в 1938 году предприятие получило название «Комбинат тонких и технических сукон имени Тельмана», став одним из ведущих ткацких производств в СССР. Как и многие другие флагманы отечественной промышленности, в 1991 г. комбинат приватизируется и становится «Акционерным обществом закрытого типа «Невская Мануфактура» с частной формой собственности, а в 1996 году создаётся открытое акционерное общество «Невская Мануфактура». В конечном счёте производство текстильных товаров на предприятии было полностью прекращено, и до последнего времени оно занималось только сдачей в аренду свободных производственных и офисных помещений.

Но аренда арендой, а вот застройка многоэтажками с минимальной инфраструктурой принесла бы явно больше столь желанной для собственников прибыли. Именно в этом направлении они и продвигались. Так, по данным «Делового Петербурга», проект застройки территории на берегу Невы, охватывающей комбинат «Невская мануфактура» и НПО «Бумага», был создан еще пять лет назад архитектурным бюро «Студия 44» Никиты Явейна по заказу застройщика, строительной компании «Невское наследие». Всего было запланировано построить 330 тысяч квадратных метров жилья, и, к величайшему удивлению, часть его в виде квартир-лофтов должна была расположиться в здании фабрики, которая неожиданно сгорела. 

Надо сказать, что застройщики медленно, но верно продвигались к воплощению проекта. Было уничтожено все, что подлежало сносу, а в Смольном радушно согласовали увеличение до 65 метров высотности будущего квартала. И уж точно не случайно на карте Росреестра месяц назад категория земельного участка в зоне будущего строительства была изменена и обозначена как «многоэтажная жилая застройка». Однако на последнем этапе согласования забуксовали: госстройнадзор медлил с выдачей разрешения на строительство. Одна незадача была: главный производственный корпус с водонапорной башней, дом владельца и дымовая труба – был внесен КГИОП в качестве объектов культурного наследия регионального значения. Но теперь проблема решилась сама собой. Очевидно, что после такого пожара будет проще само здание воссоздать с новыми функциями, чем реконструировать.

В огне погиб спасатель – 31-летний командир отделения 64-й пожарной части Илья Белецкий, отработавший пожарным 10 лет. Ещё двое находятся на грани жизни и смерти в больнице. Уничтожено историческое здание, которое пережило революцию, войну и перестройку. Что это? Роковая случайность, полное игнорирование норм пожарной безопасности или хитрый план тех, кому позарез нужен был кусок земли под застройку – об этом мы предложим подумать читателю. Думаем, у него ещё свежи в памяти истории со сносом СКК в Ленинграде и пожаром в московском манеже. Но неистовая жажда прибыли современных олигархов так или иначе перечёркивает как историческую память, так и миллионы человеческих жизней. 
 

Другие материалы номера