Личный шаг к Программе Победы
Читатели ставят вопрос о действенности нынешней борьбы с коррупцией
В редакцию газеты «Советская Россия» не раз поступали обращения от читателей из Краснодарского края – люди пишут о царящей в регионе несправедливости, возмущаются, что мошенники и коррупционеры зачастую отделываются условными сроками или вовсе избегают наказания. Жители края делятся историями, в которых влиятельные нарушители закона уходят от ответственности, а система будто бы работает не против коррупции, а даже в её пользу.
Эти сигналы с мест лишь подтверждают масштаб проблемы, не раз поднимаемый различными СМИ: в Краснодарском крае с годами разрастается огромный пласт мошенничества и коррупции. Причины этого очевидны: масштабные инфраструктурные проекты, щедрое финансирование курортной зоны, дорогие земельные участки и ослабленный контроль за расходованием госсредств создают идеальную почву для распила бюджетов. Через схемы с госзакупками, выделением земли и распределением субсидий прокачиваются миллиарды, а коррупционные цепочки охватывают самые разные уровни власти и бизнеса.
Время от времени мошенников и взяточников ловят и отдают под суд – но финал зачастую народ разочаровывает. Громкие задержания нередко заканчиваются неожиданно мягкими приговорами. Так, бывший вице-губернатор Краснодарского края Анна Минькова в мае 2026 года была признана виновной в мошенничестве в особо крупном размере и легализации преступных доходов, но получила всего 5 лет 6 месяцев условно, штраф 700 тысяч рублей и запрет занимать госдолжности на 3 года – несмотря на серьёзность обвинений.
Есть и те, кто успевает скрыться ещё до приговора. Например, бизнесмены, осуждённые за покушение на мошенничество в особо крупном размере, после обжалования получили сниженные сроки – но к тому моменту уже находились за границей, скрывшись от правосудия. Не менее показательна история организатора сети телефонных мошенников: он успел бежать, был объявлен в международный розыск, задержан на Филиппинах и депортирован – и только тогда началось полноценное расследование.
Отдельный пласт проблем связан с размытостью границ между легальным бизнесом и коррупционными схемами. Вокруг масштабных проектов в Краснодаре, в том числе строительства стадиона и парка, неоднократно возникали вопросы о льготных условиях выделения земли и преференциях для отдельных инвесторов в частности, в контексте деятельности Сергея Галицкого. Критики указывали, что такие «особые отношения» бизнеса и власти создают питательную среду для неформальных договорённостей, которые трудно отличить от коррупционных схем.
Громким резонансом сопровождалось дело судьи Елены Хахалевой, бывшей заместительницы председателя Краснодарского краевого суда, известной как «золотая судья». Скандал разгорелся вокруг роскошной свадьбы её дочери, финансировавшейся, по данным СМИ, из сомнительных источников. Ситуация усугубилась заявлениями Генпрокуратуры о возможной связи Хахалевой с криминальным миром, в частности, с грузинским криминальным авторитетом по прозвищу Пецо. Несмотря на масштаб обсуждения и проверки, реального наказания фактически не последовало, что укрепило представление о существовании круга «неприкасаемых» в региональной элите.
Ещё одним знаковым делом стало преследование бывшего председателя Краснодарского краевого суда Александра Чернова. В ноябре 2025 года ВККС РФ лишила его статуса судьи в отставке, открыв путь для уголовного преследования. По версии следствия, Чернов, занимая высокий пост, тайно владел и управлял компаниями, получая незадекларированные доходы и используя для маскировки схем своих родственников. В августе 2025-го суд обратил в доход государства 87 объектов недвижимости общей стоимостью более 13 млрд рублей, а в апреле 2026-го – ещё около 900 млн рублей имущества семьи Чернова, включая 36 кг золота. При этом к ноябрю 2025 года сам Чернов уже находился на Кипре и не планировал возвращаться в Россию.
Александр Власов – бывший заместитель губернатора Краснодарского края и атаман Кубанского казачьего войска. Накануне своего задержания 29 сентября 2025 года объявил, что уходит в отставку и намерен отправиться добровольцем в зону СВО. 30 сентября Октябрьский районный суд Краснодара отправил его под стражу на два месяца. По версии следствия, Власов причастен к хищению средств целевой субсидии, предназначенной для обеспечения участников СВО (гуманитарная помощь: обмундирование, снаряжение, аптечки). Ему инкриминируют злоупотребление полномочиями, повлёкшее тяжкие последствия (ч. 2 ст. 201 УК РФ), и мошенничество, совершённое организованной группой либо в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ) в роли организатора (ч. 3 ст. 33 УК РФ). В декабре 2025 года Власова исключили из состава совета при Президенте РФ по делам казачества.
Бывший заместитель главы Краснодара Всеволод Нетреба получил четыре года лишения свободы за обещание продать депутатский мандат. Его действия были квалифицированы как мошенничество в особо крупном размере: он вводил в заблуждение граждан, гарантируя им избрание в органы власти за денежное вознаграждение. Дело получило широкий резонанс и стало примером борьбы с коррупцией на муниципальном уровне.
Бывший глава Крымского района Краснодарского края был задержан при попытке скрыться с крупной суммой денег – 100 млн рублей наличными – и золотом. По данным следствия, эти миллионы были получены в результате хищений бюджетных средств, выделенных на развитие района, а также от незаконных схем с землёй и недвижимостью. Задержание произошло на границе региона, когда чиновник готовился покинуть страну. Против него возбуждено уголовное дело по статьям о мошенничестве и легализации преступных доходов.
Экс-заместитель министра природных ресурсов Кубани арестован по обвинению в покушении на мошенничество. По материалам дела, он обещал за 4 млн рублей повлиять на судебное решение по земельному спору, хотя не имел для этого реальных возможностей и полномочий. Схема была раскрыта в ходе оперативно-разыскных мероприятий: передача денег фиксировалась сотрудниками правоохранительных органов. Суд избрал меру пресечения в виде заключения под стражу, расследование продолжается.
Всё это складывается в тревожную картину: коррупция и мошенничество в крае не просто существуют – они адаптировались, научились маскироваться и зачастую остаются безнаказанными. Условные сроки вместо реальных, бегство за границу до приговора, сделки со следствием и мягкие приговоры для высокопоставленных фигурантов укрепляют ощущение вседозволенности и подрывают веру в справедливость правосудия.
Ситуация усугубляется тем, что затяжные расследования и долгие судебные процессы дают нарушителям время вывести активы, оказать давление на свидетелей или затянуть рассмотрение дела через апелляции и ходатайства. В результате в обществе крепнет убеждение: закон работает избирательно. Для одних он строг и неумолим, для других – снисходителен и лоялен. Это не просто подрывает доверие к закону – это создаёт среду, где коррупция перестаёт быть исключением и становится частью системы, своеобразным «налогом» за решение любого вопроса: от выделения земли до получения госзаказа.
Многие резонансные дела завершаются не наказанием виновных, а в лучшем случае гражданской конфискацией активов – то есть человек возвращает незаконно нажитое и остаётся на свободе. Такая практика фактически легализует схему «откупа»: коррупционер не несёт уголовной ответственности, не получает реального срока, а лишь расстаётся с частью имущества. Это не останавливает, а поощряет новых нарушителей – ведь риск минимален, а выгода по-прежнему огромна.
В итоге в Краснодарском крае сложилась парадоксальная картина: с одной стороны, регулярно возбуждаются сенсационные уголовные дела, проводятся обыски, изымаются миллиарды рублей и роскошная недвижимость. С другой – реальные сроки получают единицы, а большинство дел либо затягиваются на годы, либо заканчиваются условными приговорами или административными мерами. Это создаёт эффект «двух скоростей» правосудия: для одних – строгие меры и публичное порицание, для других – мягкие санкции и возможность сохранить влияние и связи.
Нет и неотвратимости наказания: подозреваемые готовы к борьбе с правосудием, и наши законы порой невольно помогают им в этом. Длительные сроки следствия и судебных разбирательств дают фигурантам дел шанс вывести активы за рубеж, скрыться или оказать давление на свидетелей, а мягкие меры пресечения вроде домашнего ареста или подписки о невыезде позволяют продолжать противоправную деятельность. Пробелы в законодательстве о конфискации помогают сохранить часть незаконно нажитого даже после приговора, а сложности с экстрадицией и отсутствие эффективных международных соглашений делают бегство за границу почти безотказной стратегией ухода от ответственности. К тому же хитроумные процессуальные приёмы – бесконечные апелляции, многочисленные ходатайства и намеренное затягивание экспертиз – годами блокируют движение дела, превращая правосудие в затяжную бюрократическую игру.
Чтобы переломить ситуацию, недостаточно точечных арестов и громких заявлений – нужны по-настоящему системные изменения, которые соответствуют духу и букве программы КПРФ «Программа Победы: От выживания – к развитию и справедливости». Как отмечается в документе, «необходимо создать условия, при которых честный труд и служение Отечеству станут главными ценностями общества, а не обогащение любой ценой».
Не случайно именно на Кубани банда Цапков десятилетиями держала в страхе станицу Кущёвскую – фактически превратила её в зону беззакония, где Уголовный кодекс подменили «понятиями», а фактически власть принадлежала вооружённым бандитам. «Советская Россия» не раз публиковала материалы об этом. С 1990-х годов группировка терроризировала местных жителей: вымогала деньги у фермеров, запугивала предпринимателей, устраняла несогласных и контролировала ключевые сферы жизни района. Люди годами жили в атмосфере страха и вседозволенности: жалобы в правоохранительные органы оставались без ответа, а преступники чувствовали себя неуязвимыми, словно действовали под чьим-то покровительством.
Кульминацией многолетнего террора стало шокирующее массовое убийство 12 человек в доме фермера Сервера Аметова в 2010 году – среди жертв оказались женщины и дети. Это преступление всколыхнуло всю страну и вынудило следствие всерьёз взяться за ОПГ. Следствие доказало причастность банды к 19 убийствам и множеству других тяжких преступлений: рэкету, угрозам, поджогам, захвату собственности. По сути, банда создала параллельную систему власти – со своими «судами», «наказаниями» и «обложениями», подмяв под себя экономику и общественную жизнь станицы.
Как прямо говорится в программе КПРФ «Программа Победы: От выживания – к развитию и справедливости»: «Без комплексного подхода, который сочетает ужесточение наказаний, профилактику коррупции и реальное повышение прозрачности системы, любые отдельные успехи останутся лишь временными вспышками на фоне общей картины».
Сам факт того, что откровенно преступная группировка могла десятилетиями безнаказанно хозяйничать в регионе, обнажает системные проблемы: слабость контроля, коррупционные связи, пробелы в правоприменении и отсутствие реальной неотвратимости наказания. Это не просто история некоей банды – это симптом глубокого кризиса правопорядка, когда механизмы защиты граждан дают сбой, а преступники пользуются лазейками в законе и покровительством влиятельных лиц.
Необходимо усилить надзор за деятельностью правоохранительных органов: обеспечить прозрачность их работы, внедрить механизмы общественного контроля и ротации кадров в регионах с высоким уровнем преступности. Крайне важно обеспечить реальную независимость судов – чтобы приговоры выносились исключительно на основе закона, а не под влиянием связей, денег или угроз.
Только системный подход, прописанный в Программе Победы КПРФ, способен разорвать порочный круг: когда слабость контроля порождает безнаказанность, безнаказанность ведёт к росту преступности, а рост преступности ещё больше подрывает доверие к власти. Пока мы ограничиваемся точечными мерами, проблема будет возвращаться в новых формах коррупции и мошенничества.
Но если реализовать комплексный план – с жёстким наказанием за преступления, профилактикой коррупции на всех уровнях и прозрачностью системы власти, – мы сможем выстроить принципиально иную реальность. Реальность, где закон един для всех, где безопасность граждан – безусловный приоритет, а правосудие – быстрое, справедливое и неотвратимое. Именно к такому будущему призывает Программа Победы: от выживания – к развитию и справедливости, от эпохи дельцов – к эпохе патриотов, работающих на благо России и её народа.
Присмотримся к опыту борьбы с коррупцией нашего великого соседа – Китая. Там даже есть Государственный контрольный комитет (ГКК) КНР – надправоохранительная структура, созданная в 2018 году и закреплённая в Конституции страны как высший контрольный орган. Её статус приравнен к статусу прокуратуры, что подчёркивает ключевую роль в системе государственной власти и позволяет действовать независимо от традиционных правоохранительных органов. Полномочия ГКК, прописанные в законе КНР «О контроле» от 20 марта 2018 года, дают ему право возбуждать уголовные дела по коррупционным статьям, проводить дознание и следствие, допрашивать подозреваемых, ограничивать их свободу (в т. ч. арестовывать или временно ограничивать свободу до 6 месяцев), блокировать счета и имущество, проводить обыски и собирать доказательства, которые затем могут быть использованы в уголовном процессе.
Под контроль ГКК подпадают не только члены правительства, министры и политики, но и все лица, исполняющие публичные обязанности: госслужащие, работники образовательных, медицинских, научных и иных организаций. Особенность работы комитета в том, что подозреваемые в коррупции фактически «исчезают» на несколько месяцев: в этот период ГКК проводит всестороннее расследование – выявляет всю преступную сеть, собирает доказательства, минимизирует риски давления на следствие и предотвращает уничтожение улик. Только после завершения этой работы дело передаётся в правоохранительное поле. Такой подход позволяет бороться не с отдельными фигурантами, а с целыми коррупционными схемами, отсекая их влияние и противодействие расследованию.
Си Цзиньпин не раз подчёркивал принципиальную позицию государства в этом вопросе: «Коррупция является камнем преткновения и препятствием на пути развития Китая, а борьба с коррупцией – это серьёзная борьба, которую мы не можем позволить себе проиграть».
Тем самым был обозначен приоритет защиты прав общества над правами коррупционеров: жёсткие меры оправданы необходимостью оградить страну от разрушительного воздействия коррупции и сохранить стабильность государственных институтов. Чем не пример для преследования наших, российских коррупционеров, которые уже давно «попутали берега» и живут в собственном мини-государстве? В ближайшее время мы обязательно поделимся с нашими читателями опытом решительного наступления на коррупцию.
Как подчёркивается в программе КПРФ, «настоящий прорыв возможен только тогда, когда власть служит народу, а не обслуживает интересы узкой группы лиц». Это не лозунг, а насущная необходимость: пока система позволяет преступным группировкам десятилетиями контролировать целые территории, пока остаются лазейки для ухода от ответственности, угроза рецидива сохраняется.
Только так мы сможем перейти от выживания к развитию и справедливости – именно так, как это задумано в Программе Победы: когда на смену дельцам, думающим лишь о собственной выгоде, придут истинные патриоты, готовые трудиться ради процветания России и её народа. Когда закон будет един для всех, безопасность граждан – безусловным приоритетом власти, а правосудие – быстрым, справедливым и неотвратимым. Тогда общество сможет окончательно изжить наследие бандитско-капиталистической эпохи и построить будущее, основанное на принципах справедливости, уважения к праву и подлинного служения интересам народа.
Евгений ФЕДОРИНОВ
КПРФ предлагает другой путь:
В Программе Победы КПРФ говорится:«Без комплексного подхода, который сочетает ужесточение наказаний, профилактику
коррупции и реальное повышение прозрачности системы, любые отдельные успехи останутся лишь временными вспышками на фоне общей картины»
