ГОСУДАРСТВЕННИК И РЕФОРМАТОР

Сталин был собирателем земель СССР, а Ельцин – ликвидатором самого Советского Союза. За такие «дела» разрушили все памятники Сталину, а Ельцину поставили их. Поистине, «умом Россию не понять»? Но будем верить в Россию, которая все это переиначит со временем!
Примерно то же самое, что с Ельциным, произошло и со Столыпиным, которому были установлены памятники за «выдающуюся государственную деятельность» и «великие реформы» по «обустройству» Российской империи в полицейское государство и частичное разрушение общинного землепользования в русской деревне. Более того, сегодня функционирует так называемый «Столыпинский клуб» – площадка для дискуссий на разные темы. Вспомним, как, в отличие от нынешних апологетов, оценивали реформы Столыпина его современники, соратники и коллеги.

*** 

Крупный реформатор и бывший премьер-министр России С.Ю. Витте говорил о Столыпине как о человеке «средних умственных качеств и среднего таланта, любителе громких фраз и театральных жестов». Если Витте можно заподозрить в необъективности из-за того, что он был фактически заменен Столыпиным, то ближайший соратник и его первый заместитель по МВД С.Е. Крыжановский в своих мемуарах отмечал, что «в области идей Столыпин не был творцом… вся первоначальная законодательная программа была получена им в готовом виде в наследство от прошлого». Итак: Столыпин – «средних умственных качеств и среднего таланта» и не идееноситель как реформатор…   
Столыпин, будучи премьер-министром и одновременно министром внутренних дел России (1906–1911), выделялся среди столичной бюрократии своей решительной борьбой против революционеров. Революционеры, в свою очередь, не оставались в долгу, а объявили ему настоящую войну. На жизнь премьера было совершено 10 покушений, в одном из которых погибло 27 человек, 32 человека были ранены, в том числе он сам (легко), а его дочь лишилась обеих ног. 
К существовавшим военно-окружным судам по его инициативе прибавились военно-полевые суды. Отныне судопроизводство над «бунтовщиками» велось ускоренно – в пределах 48 часов, а приговор исполнялся в 24 часа по распоряжению командующего военным округом. Суды, состоявшие из строевых офицеров, чаще всего приговаривали подсудимых к смертной казни. В период 1906–1909 гг. военно-окружными и военно-полевыми судами были повешены или расстреляны более 7 тысяч человек и отправлены на каторгу десятки тысяч. Поэтому в повседневный обиход вошли выражения «столыпинский галстук», означавший петлю для шеи и «столыпинские качели» – виселицу… 
Перед Столыпиным как премьером ставилась задача умиротворения страны с 1900-х годов. Вместо этого он снискал славу душителя революции и всего прогрессивного. По приказу Столыпина было пролито много крови в процессе жестокого подавления восстания в морских крепостях Свеаборг и Кронштадт.
После третьеиюньского переворота (3 июня 1907 г. досрочно была распущена II Государственная Дума и изменена избирательная система в стране) была избрана III Государственная Дума с использованием дошедших до нас грязных «технологий». В результате был обеспечен перевес октябристов (аналог нынешних единороссов) и представителей дворянства, где сформировался «крепкий устойчивый центр» из 300 депутатов, подчинявшихся безоговорочно правительству. 
Третьеиюньские события 1907 г. развязали руки Столыпину. Он широко использовал полицию для подавления любых проявлений недовольства и политическое насилие против оппозиции. Военно-полевые суды получили строгое указание развернуть и усилить свою «работу» для расправы с революционерами. Губернаторы получили прямую директиву от Столыпина: «Меньше арестовывать, больше стрелять… Убеждение оставьте, действуйте огнем…» Местным властям было приказано: «Немедленно истреблять силой оружия бунтовщиков, а в случае сопротивления сжигать их жилища»… 
Была создана охранка нового типа с использованием провокаций для достижения политических целей, был образован секретный агентурный отдел, курировавшийся такими провокаторами, как Азеф (эсер) и Малиновский (член ЦК партии большевиков). С подачи Малиновского охранка арестовала Бухарина (1910 г.), Орджоникидзе (1912 г.), Свердлова и Сталина (1913 г.). Деятельность политической полиции, усиливая раскол между государственной властью и народом, способствовала созданию в России революционной ситуации. Поэтому власть была не только враждебна народу, но создавала угрозу существовавшему государственному строю Российской империи. 
Об этом писал Столыпину Л.Н. Толстой: «Всё, что вы делаете теперь, с вашими обысками, шпионствами, изгнаниями, тюрьмами, каторгами, виселицами – всё это… увеличивает раздражение и уничтожает всякую возможность успокоения народа… Не говорите, что то, что вы делаете, вы делаете для народа: это неправда. Все те гадости, которые вы делаете, вы делаете для себя, для своих корыстных… личных целей, для того, чтобы самим пожить еще немножко в том развращении, в котором вы живете и которое вам кажется благом».
Гуманисту графу Толстому вторил государственник граф Витте: «Столыпин… внес во все отправления государственной жизни полнейший произвол и полицейское усмотрение. Ни в какие времена при самодержавном правлении не было столько произвола, сколько проявлялось во всех отраслях государственной жизни, как во времена Столыпина».     
«Третьеиюньская политическая система… исчерпала себя, – писал В.И. Ленин, – исчерпала свои социальные силы. Обстоятельства сложились так, что никакая реформа в современной России невозможна». Поэтому впереди замаячила революция, которую, при всей преданности идее монархии, Столыпин ускорил – и тем самым обрек самодержавный строй на гибель.
В истории России имя Столыпина осталась бы как имя реакционера, деспота и душителя любых проявлений демократии и свободы, если бы не попытка аграрной реформы – разрушения традиционного общинного уклада русской деревни. Именно русской деревни, поскольку его реформы касались в основном русских губерний Российской империи.

***

Суть аграрной реформы Столыпина была изложена в Высочайшем указе от 9 ноября 1906 г. «О дополнении некоторых постановлений действующего закона, касающихся крестьянского землевладения и землепользования», принятом по его инициативе. Указ разрешал крестьянам выходить из общины и закреплять свои наделы в личную собственность в формах отрубов и хуторов. При этом в неприкосновенности сохранялись помещичьи земли. Поэтому малоземельным крестьянам предлагалось переселяться на «свободные земли» в Сибирь и казахстанские степи. Аграрная реформа Столыпина была встречена в штыки практически всеми слоями общества.
Крестьянские депутаты III Государственной Думы называли Указ от 9 ноября 1906 г. законом «о грабеже общественной земли», от которого «пахнет кровью». Другие говорили, что Столыпин отдал деревню на разграбление кулакам-мироедам, а представители историко-патриотического объединения «Русское знамя» утверждали: «В сознании народа царь не может быть царем кулаков». Иеромонах Илиодор, один из «деловых людей» шовинистической черной сотни, называл царских министров «жидомасонами» и говорил, что их надо еженедельно драть розгами на конюшне, а Столыпина следует пороть сугубо по средам и пятницам, дабы помнил постные дни.
Даже либералы – поборники модернизации России по западному образцу – полагали, что столыпинские преобразования несут разрушительное начало. Князь Е.Н. Трубецкой (философ, правовед, публицист, общественный деятель) еще в 1906 году писал, что Столыпин, «содействуя образованию мелкой частной собственности, вкрапленной в общинные владения, ставит крестьянское хозяйство в совершенно невозможные условия». Он был убежден, что раскол общины и приватизация земель усугубят «раздор и междоусобье в крестьянской среде», создадут потенциальный очаг социальной войны на селе.
Американский ученый Р. Пайпс вынужден был признать весьма скудные результаты столыпинских «свершений», свидетельствующие о том, что «аграрной революции» не получилось и «новый класс независимых землевладельцев не народился». Другой его соотечественник – Дж. Эйни – пришел к выводу, что массовое насаждение хуторов и отрубов принесло немало негативного в русскую деревню. 
Блестящий экономист и глубокий знаток крестьянской жизни, социал-демократ В.П. Воронцов тоже резко выступал против аграрных затей Столыпина. Справедливо полагая, что исторические условия России принципиально отличаются от стран Запада, он заявлял, что «прогресс придет с победой общества и введением народовластия… государственных хозяйственных предприятий и рациональной государственной деятельностью».
Не остался в стороне и граф Л.Н. Толстой, который написал относительно миролюбивое письмо Столыпину: «Нужно уничтожить вековую, древнюю несправедливость… Несправедливость эта, так называемое право земельной собственности, чувствуется теперь всеми людьми христианского мира, но особенно живо русскими людьми… Несправедливость состоит в том, что как не может существовать права одного человека владеть другим (рабство), так не может существовать права одного, какого бы то ни было человека, богатого или бедного, царя или крестьянина, владеть землею, как собственностью. Земля есть достояние всех, и все люди имеют одинаковое право пользоваться ею»… На замечание дочери Татьяны Львовны, что «Столыпин влюблен в Закон 9 ноября», Лев Николаевич раздраженно отвечал: «Столыпин влюблен в виселицу, этот сукин сын».
Крестьянская община в России и без столыпинских реформ была способна к саморазвитию и трансформации. Об этом свидетельствовал размах кооперативного движения в российской деревне начала ХХ века. На 1 января 1918 года в России имелось 51 417 кооперативов (прообразы товариществ, артелей и  колхозов), охвативших 22 млн человек. Чрезвычайно быстрое распространение кооперативных форм было защитной реакцией общинно организованной деревни на усиление рыночных отношений.
Таким образом, властям не удалось ни разрушить общину, ни создать устойчивый и достаточно массовый слой крестьян-собственников. Аграрная реформа лишь углубила социальную дифференциацию в деревне, способствовала обезземелению крестьян и противостоянию их с помещиками и кулаками.  

***

Очевидно, что благодаря преобразованиям Столыпина великой России, о которой он вроде бы мечтал, не получилось. Напротив, случилась Февральская революция и страна оказалась на грани распада. По признаниям видного философа-эмигранта Н.А. Бердяева, уважаемого иерарха РПЦ Вениамина (Федченкова), великого князя А.М. Романова и других просвещенных и умных людей, у которых не было никакой симпатии к советской власти, державу от распада спасли В.И. Ленин и большевики образованием СССР в 1922 году. 
Философ-эмигрант Г.П. Федотов, анализируя истоки революции, видел ее причины в реакционности правящего класса и русской монархии, проводником которых      являлся Столыпин. Даже монархист В.В. Шульгин, принимавший отречение Николая II, признавал: «Столыпин – предтеча Муссолини». А профессор И.В. Можайскова пришла к выводу, что «столыпинские реформы… оказались пагубными для старой России, обострив до крайнего предела противоречия в русской деревне и подготовив, таким образом, Октябрьскую революцию».    

***

Практически все задуманные Столыпиным реформы были заблокированы, причем наиболее радикальные отвергались консерваторами, наиболее консервативные – либералами… 
Наступило серьезное охлаждение в отношениях царя и премьера. В придворных кругах открыто говорили, что дни Столыпина на посту главы правительства сочтены. Планировалось отправить его либо во Францию в качестве посла Российской империи, либо на Кавказ наместником, только подальше от государственных дел. Но Столыпину не суждено было отправиться в почетную ссылку ни во Францию, ни на Кавказ. Он пополнил список государственных деятелей, павших от рук террористов. 11-е покушение в 1911 году оказалось для него роковым. Пуля сотрудника охранки эсера Д.Г. Богрова лишила его жизни. Лидер октябристов А.И. Гучков справедливо отмечал, что «в сущности, Столыпин умер политически задолго до своей физической смерти». 

***

А что стало с его аграрными реформами? К 1917 г. на хутора и отруба ушли и закрепились порядка 10–12% хозяев, владевших около 9% крестьянских земель. Крайне плохо было организовано и переселенческое дело в Сибири, которое относительно подробно описано Р. Вахитовым («СР» за 21.02.19). Уже первый год реализации проекта обернулся вспышкой эпидемии тифа и цинги для тех, кто из европейской части России переехал за Урал. Десятки тысяч крестьян были расселены в наспех построенных бараках. Смертность среди переселенцев местами доходила до 25–30%. К 1917 г. вернулись обратно более 60% переселенцев. 
В 1917 г. реформа была заморожена Временным правительством. А при советской власти государство вернулось к традиционному для России общинному земледелию в формах колхозов и совхозов, которые являлись и являются самыми эффективными из всех существовавших и существующих в нашем Отечестве форм землепользования. Их не заменят ни «респектабельные» предприниматели, ни помещики, ни кулаки, ни прочие фермеры. Поэтому частная собственность на землю, как требовал Л.Н. Толстой, была отменена, и в колхозно-совхозные были включены помещичьи и прочие земли. Это случилось в конце 1920-х – начале 1930-х годов в СССР под руководством ВКП(б) во главе с И.В. Сталиным.
Следует остановиться на одном высказывании В.И. Ленина: «Рабочие зовут вас (крестьян. – А.Ш.) теперь к социальной революции пролетариата, ибо после «решения» аграрного вопроса в столыпинском духе никакой иной революции, способной изменить серьезно экономические условия жизни крестьянских масс, быть не может» (В.И. Ленин. ПСС. Том 17. С. 32). Эту выдержку некий М. Назаров в работе «Вождю Третьего Рима» интерпретирует так: «Ленин признавал, что при успехе Столыпинских реформ революция будет невозможна». Однако Ленин пишет, что «при успехе  столыпинских реформ» решение аграрного вопроса в России возможно лишь в результате социальной революции пролетариата. Просто Назаров умышленно исказил Ленина. Более того, от наших «демократов» и «либералов» можно услышать, что обещанное Лениным «Земля – крестьянам!» было обманом, поскольку, дескать, земля не была роздана им в собственность с возможностью купли-продажи. Да, земля была отдана крестьянам без права купли-продажи и распределялась по числу едоков местными земельными комитетами, что имело историческую преемственность с существовавшей веками крестьянской общиной.
И еще. Здесь стоит хотя бы вскользь остановиться на доказательстве эффективности коллективных форм организации труда в сельском хозяйстве, не прибегая к политике, идеологии и т.п., а основываясь на чистом опыте, практике. 
В «классических фермерских» США 90% товаров в сельском хозяйстве производят 10% фермеров, у которых средний размер наделов земли – 178,5 га. То есть речь о средних и крупных фермах с наемными рабочими. И только 10% продукции идет от малых ферм с размерами земли 10 и менее га. 
В результате воссоединения ФРГ и ГДР в Германии сохранены и успешно функционируют 12 тысяч сельскохозяйственных кооперативов. Здесь урожайность зерновых – 71,8 ц/га, надои молока – 8,0 т/год. 
В КНР, где земля принадлежит государству и функционируют крупные и мелкие земельные хозяйства, урожайность зерновых – 60,2 ц/га, надои молока – 11,2 т/год (2-е место в мире после Израиля). 
В Израиле также земля принадлежит государству. Здесь функционируют кооперативы двух типов: кибуцы (наподобие колхозов, но с несоизмеримо бо¢льшими обобществлениями имущества) и мошавы (кооперация сельскохозяйственных фермеров). Здесь урожайность зерновых – 49,6 ц/га, но зато по надою молока Израиль рекордсмен мира – 11,7 т/год. 
В сельском хозяйстве Беларуси доминируют крупные коллективные хозяйства (бывшие колхозы и совхозы), которые занимают более 85% пахотных земель. Республика более чем на 100% покрывает собственные потребности в сельхозпродукции, в отличие от РФ, ее экспорт значительно превышает импорт. Урожайность зерновых здесь – 33,2 ц/га, надои молока – 5,0 т/год. 
Эти показатели из перечисленных стран самые низкие у РФ: средняя урожайность зерновых – 26,8 ц/га, средние надои молока на одну корову – 4,3 т/год. Между тем СПК (совхоз) «Звениговский», расположенный в поселке Шелангер (Республика Марий Эл) с красным флагом на административном здании и памятниками Ленину и Сталину, а также Совхоз им. Ленина в Московской области являются недосягаемыми по экономическим и социальным показателям сельхозпредприятиями в РФ. В современном Татарстане львиную долю сельхозпродукции получают от сохраненных колхозов и совхозов. В Ставропольском крае наилучшие показатели имеют СПК «Колхоз-племзавод им. Ленина» Арзгирского района, СПК «Колхоз им. Ленина» Советского района, колхоз «Терновский» Труновского района, в Кабардино-Балкарии – КСХП (фактический колхоз) «Ленинцы» Майского района и др. 
Исходя из этого надо придерживаться традиционных форм организации труда в сельском хозяйстве России, а не заниматься копированием чужого, ибо чужое редко когда приживается. А традиционное и эффективное у нас – это средние и крупные коллективные хозяйства в формах общинного землепользования, трансформировавшиеся в кооперативы, колхозы и совхозы. И лишь как «дань моде» – единоличники (семейные фермы), если они смогут эффективно функционировать и конкурировать с коллективными хозяйствами при современных индустриализации и технологиях в сельскохозяйственном производстве. 

***

В конце ХХ века началась реанимация мифа о Столыпине как о «великом реформаторе» России, «преобразователе русской деревни». Столыпин становится кумиром новой лживой антинародной российской буржуазии и обслуживающих властные структуры пропагандистов и СМИ. Миф о Столыпине был призван обосновать необходимость приватизации и купли-продажи земли, по существу – начала и проведения очередного цикла разрушительных либеральных реформ, за которыми скрывается отказ от традиций русской деревни. Здесь превращаются в товар и государственные слуги продажного чиновничества, желающего быть похожим на американцев, англичан, французов, немцев…
Русские должны оставаться похожими на русских, татары – на татар, кабардинцы – на кабардинцев, гибридизация и селекционная работа – для растений и животных. Это вовсе не означает, что мы не должны перенимать позитивный опыт у других. Мы обязаны использовать в своей жизнедеятельности достижения всех народов, но не всё подряд, а лишь те, что подходят нам, оставаясь при этом самими собой и опираясь на свои собственные традиции.   
В результате преобразования социализма в капитализм основные отрасли промышленности РСФСР, за исключением добычи сырья (газ, нефть, уголь), практически разрушены, порядка 46,5 млн га пахотных земель (около 35%) отведены под застройки или заброшены (присвоены собственниками и не используются). Около 40% продовольствия, чем мы питаемся сегодня, – зарубежное барахло (при продовольственной безопасности 10–15% импорта), примерно столько же фальсификата наших собственных мошенников, ничего не имеющих общего с тружениками села. 
Сегодня РФ продолжает переживать третий, но не последний системный кризис за 27 лет ее существования. В результате этих кризисов численность населения страны уменьшается, а социальное положение большинства россиян систематически ухудшается. Дело дошло до того, что бюджет страны пополняется за счет пенсионеров, а не топ-менеджеров, банкиров, олигархов, крупных предпринимателей, чиновников. Последних в РФ значительно больше, чем в СССР (не говоря уже о РСФСР). 
И на таком фоне В. Путин в очередном Обращении к ФС продолжает обещать что-то косметическое, не затрагивающее главного: природные ресурсы в стране должны принадлежать народу, а не «элите». Вот тогда фундаментальное русское понятие СПРАВЕДЛИВОСТЬ, которое любит произносить Путин, восторжествует.
Суждение таких «аграриев», как Никита Михалков, о том, что столыпинская аграрная реформа вывела Россию в разряд крупнейших экспортеров хлеба в мире, является профессиональным невежеством. Хотя бы потому, что сам Столыпин на такой «бум» отводил не 5 лет, а целых 20. Дело в том, что засуха и голод были регулярным и массовым явлением в Российской империи, о чем хорошо знал Столыпин, в отличие от Михалкова. К примеру, в начале ХХ века голодными были: 1901–1902, 1905–1908 и 1911–1912 годы, когда целые губернии голодали. Несмотря на это, из России в Европу мощным потоком шло зерно: и до Столыпина, и при нем, и после, вплоть до 1914 года. 
В среднем 10–15% хлеба ежегодно вывозилось на экспорт, т.е. торговля хлебом велась вовсе не из-за избытка его, а чтобы пополнять дырявый бюджет страны и набивать карманы российских набобов. Выдающийся русский математик и ученый-техник (один из основоположников теории автоматического регулирования в России) и министр финансов (1887–1892) И.А. Вышнеградский, отвечая на обвинения в продаже хлеба за границу даже во времена голода, говорил: «Мы вывозим все: хлеб, мясо, яйца, а вместе с тем вывозим частицы нашей почвы, вывозим даже свои собственные волосы, сами недоедим, а вывезем». 
Этого принципа «сами не доедим, а вывезем» придерживалось правительство царской России всегда, как, между прочим, и сегодня правительство РФ. Газ, нефть, лес вывозятся за границу, хотя далеко не вся РФ газифицирована (лишь на 68%), не все регионы богаты промышленным лесом… Вывозим даже зерно – в связи с уменьшением его потребления животноводческой отраслью, которая находится сегодня ниже уровня 1923 года. Дофермеровались с федеральными министрами, не могущими отличить пшеницу от ячменя и кормящими нас хлебом из фуражного зерна…
И последнее. В 1909 г. Столыпин говорил: «Дайте государству 20 лет покоя внутреннего и внешнего, и вы не узнаете Россию!» Эту фразу любят повторять нынешние его апологеты. Между тем она говорит лишь о том, что «государственный муж» Столыпин мало считался с реалиями России и мира… К тому времени Россия уже стала членом антигерманской Антанты. В мире пахло I Мировой войной. А премьер рассуждает о каких-то 20 годах покоя. Мечтать, конечно, не вредно, но «государственной голове» надо быть реалистом, а не витать в облаках…     
Сравните столыпинские мечтания со сталинской позицией за 8 лет до начала II Мировой войны, в 1931 г.: «Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут». И сделали ведь!
 Советский народ под руководством Сталина решил задачу комплексного реформирования СССР за 13 лет (1924–1937), «смял» фашистскую Германию за 4 года в Великой Отечественной войне. Правда, по «сегодняшней новейшей истории», это сделали англо-американцы, открывшие Второй фронт менее чем за год до окончания войны… 
Столыпин ускорил гибель Российской империи своими недомыслием и вредными для народа реформами, ибо через 5 лет она ввязалась в войну, а через 10 ее не стало. Вот уж про кого сказано спустя 100 лет его реалистичным коллегой В.С. Черномырдиным: «Хотел как лучше, а получилось как всегда». 
Итак, подведем итоги. Был П.А. Столыпин «выдающимся государственным деятелем», «великим реформатором» и «преобразователем русской деревни»? Да, конечно, в направлениях:
а) превращения России в полицейское государство – тем самым он ускорил Февральскую буржуазно-демократическую, а затем и Великую Октябрьскую социалистическую революцию;
б) частичного разрушения традиционного для России и эффективного общинного землепользования и значительного ухудшения положения крестьян и в целом народа.
Что касается современной России, окруженной враждебными силами и имеющей внутренних врагов, можно утверждать на все 100 процентов, что есть запрос на нового Сталина, чтобы осуществить реальный прорыв к прогрессу…

г. Нальчик

Другие материалы номера