После Бреста будет Сталинград

Уважаемая редакция любимой газеты «Советская Россия»!

Благодарю за то, что вы так мужественно защищаете новую «Брестскую крепость» – Совхоз имени  В.И. Ленина  и  его  многострадального руководителя П.Н.Грудинина. 
От меня очень неохотно, с нажимом приняли перевод. Оператор в Сбербанке сказала: 
«Зачем это вам нужно? У вас, что, лишние деньги?» 
Я газету свернула так, чтобы видны были только реквизиты. Она же полностью развернула газету, прочла название, дату выпуска этого номера. 
Подошла другая женщина – видимо, чином повыше – и тоже просмотрела газету. Наверное, они и не знают о ее существовании. 
Потом обе взглянули на меня, о чем-то с оператором поговорили – я не разобрала, так как уже плохо слышу, мне в сентябре исполнится уже 97 лет. Затем оператор опять свернула газету, взяла мои деньги и стала оформлять перевод. Выдала мне чек-бумажку, который я вам пересылаю. Как-то я не уверена, что мой перевод дойдет по назначению… 
А в прошлый раз, когда я посылала помощь газете, было еще хуже. Пришла в отделение Сбербанка, где я получаю пенсию. Подала сберкнижку и говорю: 
«Выдайте мне столько-то… и 5 тысяч переведите вот на этот счет». 
Показала ваши реквизиты в газете. 
«Я переводить не буду! – заявила мне оператор. – Обращайтесь в другое окно». 
Пошла к другому окну – меня отфутболили обратно туда, откуда пришла. Подхожу – оператор уже резким голосом, почти криком: 
«Я же вам сказала, что переводить не буду!» 
Подошла еще женщина в форме – видимо, начальница. Они о чем-то поговорили. После того как она отошла, оператор сказала: 
«Нам запретили брать у вас переводы. Это мошенники. Они вас обманывают, а вы им верите и посылаете свои денежки». 
Ответила оператору: 
«Я посылаю деньги не мошенникам, а газете, которую много лет выписываю и читаю ее с самого первого выпуска номера в июле 1956 года». 
Меня уже тоже взорвало, и я на повышенных тонах тоже почти крикнула: 
«Там работают очень порядочные, умные, талантливые и честные люди, а мошенники сидят, скорее всего, у вас в Сбербанке». 
И ушла. На следующий день пошла на почту, думая, что смогу оттуда отправить вам перевод. По пути встретила еще одно отделение Сбербанка и зашла на всякий случай туда. Сберегательной книжки у меня с собой не было. Подошла, положила деньги и газету с вашими реквизитами и попросила отправить перевод. Ни слова не говоря, оператор выполнила операцию по переводу денег. Это отделение Сбербанка тогда только что открылось – и им, видимо, еще не успели запретить принимать у нас, стариков, переводы. 
Вы тогда публиковали списки читателей, приславших переводы, и я через несколько дней увидела в них свою фамилию. Значит, дошла моя помощь. А теперь вот даже не знаю, как будет. 
Пишу всё это, чтобы вы знали, с какими неприятностями приходится встречаться. 

Е.И. МОИСЕЕВА 

P.S. Письмо долго у меня пролежало – не могла его отправить, так как не было у меня для него конверта. Раньше конверт можно было купить в любом газетном киоске. Теперь же они продаются только в почтовых отделениях. 
Почтовые ящики тоже с улиц убрали. И теперь с письмом тоже надо идти на почту. 
«Оптимизация!» Модернизация? Реформы!.. 

г. Екатеринбург

 

Уважаемый главный редактор!

Как это принято, начинаю с представления. Пенсионер, участник войны. Общий стаж работы и службы около 70 лет. Коммунист с 1954 г. – непрерывно 66 лет. 
С «Советской Россией» знаком с шестидесятых: сначала пользовался служебной подпиской, а с 1989 г. и по сей день выписываю газету. 
Не раз сам посылал в редакцию материалы, но напечататься довелось только один раз. Зато на первой полосе! Это были стихи «Я так люблю мою Москву». 
Решился послать вам еще на тему, которая уже давно многих не оставляет равнодушными.
Не скрою, что был бы очень рад, если оказалось возможным поместить стихи в газете или в ее приложении.
С уважением и добрыми пожеланиями

Юрий Маркович КОССОЙ 

г. Нижний Новгород

Давным-давно понять должны…

Скажем прямо: может быть опасно
Сглаживать оттенки у цветов.
В жизни: если красный – 
значит, красный.
Розовый для дела не готов.

В жизни, только двигаясь несмело,
Можно до конца и не дойти.
В жизни: если белый – значит, белый.
Розовый сойдет на полпути.

Впрочем, флаг порою и окрашен
Непонятным цветом у таких –
Тех, кто ни за «наших», ни за «ваших»,
Тех, кто ни за «нас» и ни за «них».

При любой погоде на дворе
Тот, кто хочет сесть на оба стула,
Может оказаться
на ковре. 

Не стоит ждать, что кто-то
вам укажет,
Какому цвету стоит присягать.
Конечно, время многое
докажет,
А многое – не сможет доказать.

Но я скажу без всяких экивоков,
Без оговорок, справок и намеков,
Что все политиканы-правоведы
Давным-давно понять уже должны,
Что НЕТ для нас
без Сталина Победы.
Как НЕТ для нас
без Ленина страны.