«Хакерская атака…» «Шутите?»




Первая: в стране, где создано министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций, а министр Максут Шадаев почему-то лезет в организацию школьного и вузовского образования, совершенно отсутствует нормальная, повсеместная и качественная связь. Министр цифровизации на слушаниях в Госдуме заявил, что денег на сельских учителей в бюджете нет. Вместо этого будут выделены гигантские суммы на дистанционку, но прежде чем сделать, вопреки Конституции, цифровизацию школы тотальной, правительство должно вслушаться, как проходила пышно анонсированная прямая линия: «Алло, связь плохая, к сожалению?..», «Такой вопрос, Владимир Владимирович, если я справлюсь с техникой…», «Мы Вас слышим, а что-то уточним по телефону – координаты есть?..» и т.д. Просто голова заболела от этой какофонии, от повторов, помех и алеканий. Неужели так собираются учить наших детей, особенно сельских школьников, в стране, где в Подмосковье и то отсутствует стабильная связь?

По горячим следам Евгений Попов в «60 минутах» начал намекать на зарубежные атаки на центр связи, некоторые эксперты выдвинули теорию козней со стороны местных властей, «которые не хотели, чтобы вопросы из конкретных регионов были заданы, поэтому искусственным образом вводили такие помехи в сетях». Ведущая Наиля Аскер-заде даже посоветовала «убрать телевизор» спасателям из одного российского региона, которые жаловались на ситуацию с зарплатами. Ведущие дамы (ни одного мужика с аналитическим складом ума не нашлось?) заявили Путину, что причиной сбоев может быть хакерская атака. «Шутите? Оказывается, есть и кузбасские хакеры», – раздраженно отшутился президент. Стало заметно, что его это утомляет, и количество включений уменьшили. Получается, что министр, который лезет не в свое дело, рассуждая о нехватке средств на учителей (он что – премьер, министр финансов или просвещения?), не может справиться с прямыми обязанностями и плюет на требования родительской общественности – не справляется с прямыми обязанностями!

Вторая важная вещь подтвердилась особенно наглядно: в стране отсутствует эффективная власть на местах и на важных вверенных участках государственной работы. Отсюда все хаотичные вопросы про грязную воду, безумные платежки, низкие зарплаты на прожиточном уровне, которые не позволяют оплатить газификацю и т.д. Но журналисты прежде хоть что-то пытались обобщить, направить в стратегическое русло, а этот мозаичный формат создал ощущение сумасшедшего дома, где все решает главный врач… Кстати, а все ли решает? Например, на вопрос жительницы Липецка о том, любит ли президент петь во время отдыха и какие песни предпочитает, Владимир Путин ответил: «Я же русский человек, поэтому я мало чем отличаюсь от подавляющего большинства наших граждан в этом смысле. А поем мы русские песни, советские – они мелодичные, красивые и содержательные». А часто ли мы слышим такие песни в эфире? Первый канал вообще навязывает стране немелодичную и дурацкую песню Манижи, с которой она едет позорить Россию на Евровидение.

Тот, кто придумал все эти переключения, прыжки и женские гримасы на экране, совершил просто диверсию: всё перемешалось – серьезный вопрос про натовские учения и Украину, потом – о странностях омской власти, которая лишает человека звания ветерана труда, потом важнейшая тема безумного роста цен (вопрос из магазина, где морковь стоит 110 руб., а бананы – 70), потом что-то про пособие детям от 3 до 7 лет, когда президент не мог врубиться, почему не платят деньги в Астрахани, затем вдруг встрял Александр Иванович с вопросом про мечту и президентский ответ, достойный праздного вопроса: «Надо настраивать себя на позитивный лад». Трудно с такой социальной и культурно-информационной политикой настраивать!

Прямая линия – пособие, как НЕ НАДО вести серьезный разговор, доносить важные мысли, дидактически обобщать. Мы, преподаватели, особо остро чувствуем, как нынешнее подрастающее поколение поражено так называемым клиповым сознанием, когда отсутствует аналитическое и логическое мышление, когда студенты не могут определить причину и следствие, выстраивать ответ, выделять главное и второстепенное, делать выводы и обобщения: в голове обрывки, нарезки, разрозненные факты. Телевизионщики с администрацией и пресс-службой президента именно так и построили прямую линию – бессистемно, обрывочно, по принципу вроде бы наглядного экрана с цветными темами, а на самом деле хаотично и утомительно. Конечно, потом эксперты на ток-шоу выковыряли выигрышные мысли и посылы, как изюм из булки, но общее впечатление – бессвязный (в прямо смысле) сумбур.

Отец, помню, нашел где-то возрожденную игру в «блошки» – пластмассовые цветные кружочки вместо костяных, которыми надо стрелять с помощью пуговицы в коробочку на точность. Я ее освоил и всех обыгрывал. Теперь ее почему-то не делают, но вдруг я вернулся в детство с этими разноцветными экранами и прыгающими вопросами. Не всегда в точку…

 

Другие материалы номера