«Не стреляйте в свой народ»




Я разговаривал там вчера с массой всевозможных людей. Это парни, приехавшие по зову сердца из разных уголков нашей страны. Это обычные горожане, молодежь, старики, женщины, которые больше не могут терпеть весь этот вечный позор, ложь и унижение.

В том, что сейчас происходит в нашей стране, виновата только власть. Назарбаев и свора его приспешников. Подавляя свой собственный народ, власть упустила время для переговоров. Время переговоров прошло. Конкретно оно прошло вчера, когда народ массово вышел на МИРНЫЙ протест в поддержку наших братьев на западе Казахстана. Если бы народ не вышел как один по всей стране, они бы уже давно потопили бы жанаозеньцев в крови, как это произошло десять лет назад. Ведь у власти сидят всё те же людоеды и мясники. Для них наши жизни не стоят и ломаного гроша. Тогда тот расстрел допустили и мы с вами – своим бездействием и трусостью.

4 января вместо того, чтобы выйти на открытый диалог с народом, власти поставили кордоны и натравили на мирную демонстрацию своих цепных собак – карабетов (омоновцев).

Эти трусливые твари, способные «винтить» только безобидных старушек и детей на площадях, получили мощнейший отпор и полный разгром. И ведь не зря это случилось на улице, носящей имя казахского батыра Бауыржана Момышулы. Я сам не участвовал, слышал со слов участника на следующий день, но судить о масштабах ночной битвы можно по огромному количеству щитов, шлемов, дубинок и бронежилетов на демонстрантах, которые бросили наши «доблестные» стражи порядка. Даже не сотни, а тысячи. В том числе и отобранного оружия и светошумовых гранат.

Я не могу рассказать всё, что происходило вчера в масштабах всего города, с некоей хронологией, но могу рассказать то, что сам видел. Вчера, утром 5 января, мы с другом поехали по Саина в сторону Момышулы, чтобы увидеть всё своими глазами. Дальше Толе Би проехать было невозможно.

Улица была перекрыта машинами и демонстрантами. Везде валялись шлемы, латы, ошметки полицейской одежды и всякий мусор. Мы нашли надежное место для машины в том районе и пошли пешком по улице Толе Би. Все шли в сторону центра, улица была перекрыта в западном направлении машинами, какими-то спонтанными заграждениями и даже вывернутыми рельсами во многих местах.

 

***

Постепенно, ближе к центру, небольшие разрозненные группы демонстрантов превратились в огромный и бесчисленный и бесконечный поток, постоянно скандирующий «Шал кет!» и поющий гимн.

По дороге мы видели разгромленный офис правящей партии «Нур Отан». Мы видели пылающие пункты полиции и их машины. Мы видели разгром здания прокуратуры этого прогнившего логова псов режима, которые столько лет гнобили народ, все глубже загоняя его в рабство Назарбаева. При этом называя весь этот беспредел «соблюдением законности». Ну а чего вы ожидали, Токаев и Назарбаев? Что можно бесконечно месить людей и паковать их в автозаки, как безмолвных баранов?

Нет, казахи – это нация, которая живет на своей, завещанной отцами, земле и которая может за себя постоять.

Мы видели, как простые люди, престарелые апашки несли в авоськах воду, баурсаки и раздавали их всем проходящим со своим бата (благословение). Я помню прекрасную сцену, когда на балконе второго этажа по улице Сейфуллина стояла пожилая женщина, что-то кричала и жестикулировала людям. Лицо ее буквально сияло от счастья, и она по-настоящему рыдала. Она не понимала по-казахски, но когда люди стали ей кричать по-русски: «Бабушка, скинь воды», она сразу спохватилась и скинула несколько пятилитровых бутылок воды, и колонна разразилась аплодисментами.

Полицейских били сильно, да. Но то были лишь самые горячие демонстранты, остальные наваливались толпой и отбивали полицейских, иначе их бы там всех забили до смерти. Мне и самому за парочку полицейских пришлось заступиться. 

Чего я точно не видел, так это агрессии к жителям. Многие спокойно выходили на улицы и разговаривали с протестующими. Кто-то выносил воду и раздавал. Никто гражданские объекты не трогал. Если не считать разбитые фонари и скамейки, из которых пытались строить баррикады. Ах да, еще разбили очень много камер «Сергек», я думаю, с особым удовольствием.

При подходе к площади напряжение стало нарастать. Люди ждали, что ее будут защищать, и готовились к новому замесу. Но небольшие отряды полицейских, которые стояли там, при подходе колонны быстро оттуда ретировались по улице Сатпаева. Ну еще бы, при одном виде этой стучащей по щитам лавине людей можно легко наложить в штаны, а остановить эту массу уже совершенно нереально, люди были действительно уже разозлены. И протестующие с ходу заняли брошенный акимат, и он запылал.

Народ постепенно заполнял площадь. Мы с другом фотографировали здание павшего акимата, все-таки не каждый день увидишь такое, и пошли смотреть, что так сильно горит с восточной стороны. Оказалось, это машина. Там за сквером собирались люди с твердым намерением штурмовать резиденцию президента, которую защищал отряд военных. Оттуда шел непрерывный грохот от гранат и густой туман. В сквере бегал парень и кричал: «Есть еще солдаты, я заберу?» И мы увидели там таких двоих солдат. Это было самое сильное впечатление за вчерашний день, несмотря на то, что я расскажу дальше.

Солдаты оказались самыми настоящими детьми. Срочники они или курсанты, не знаю. Но на вид им было лет по 17–18. Эти сволочи отправили защищать режим практически подростков и бросили их на произвол судьбы. Раздетые, босоногие на снегу, жестоко избитые, растерянные, в абсолютной прострации. Это было совершенно душераздирающее зрелище. Те протестующие, кто их отбил и вытащил, накрывали их куртками. Мы с другом подошли и тоже стали отгонять желающих поквитаться до конца. Потом их эвакуировал тот самый парень. Откуда были эти солдаты, я не знаю. Возможно, из армейского грузовика, который захватили по Фурманова ранее.

Я видел колонну из 4 таких грузовиков, которые пытались прорваться по Фурманова под градом камней и палок. Когда я говорю «град камней», я имею в виду настоящий град камней. «Спасибо» протестующие должны сказать Байбеку за такое количество качественного оружия пролетариата. Этой машиной, которую протестующие смогли захватить, они позже таранили забор резиденции.

После этого мы услышали неподалеку какие-то отчаянные крики, в том числе женские. Толком ничего не было видно, всё в тумане от гранат, но видели, что происходит какая-то борьба. Взрывы не прекращались, как в новогоднюю ночь. Мы бежали и вдруг увидели казахского оппозиционного деятеля Жанболата Мамая, которого отчаянно пыталась защитить Инга Иманбай, его супруга, от пары-тройки нападающих, которые кричали ему: «Умри, предатель». Один парень с саперной лопаткой отбивал Жанболата как мог, но Жанболат все равно получил сильный удар щитом по голове. Мы подбежали и помогли его отбить. Так, Жанболат, которого, как я слышал, до этого сильно били полицейские, получил еще от своих. Он был наполовину в отключке, а выглядел он так, что его трудно было узнать. Лицо опухшее и в крови. Если бы не тот парень с лопаткой, его бы, скорее всего, там и убили. Потому что это происходило в скверике, и людей вокруг не было. Нападающие отступили и ушли вверх по Фурманова. Жанболат с Ингой в сопровождении того парня пошли вверх по Фурманова. Мы хотели их сопроводить, потому что идти мимо штурмовавших резиденцию им было опасно, но в суматохе и тумане быстро их потеряли. Позже, когда мы увидели того парня с лопаткой, он сказал, что он отвел их на безопасное расстояние. Надеюсь, Жанболат жив, в безопасности и получает медицинскую помощь.

 

***

Так мы оказались на Фурманова-Жолдасбекова, кстати, она теперь опять Фурманова, потому что там не осталось ни одной таблички с именем Назарбаева.

За забором резиденции стояли военные, выглядели они круто, как американские командос, экипированные по полной программе, с автоматами наперевес. Мы с другом подошли к забору и стали кричать: «Не стреляйте в народ!» – но они в ответ кидали в нас гранаты. Одна взорвалась у меня под ногами, я на минуту потерял слух, слышен был только свист. Мы отбегали, но возвращались, чтобы сказать то, что хотели сказать, потому что они однозначно нас слышали и слушали. Во всяком случае, в какой-то момент нас перестали закидывать гранатами. Я не снимал на камеру происходящее, потому что демонстранты просили не снимать. Но речь моего друга я снять должен был, но не смог, о чем очень жалею. Это была сильная речь  на красивом казахском он кричал военным:

«Братья! Вас тоже родили и воспитали казахские матери. Если завтра война, мы те, кто будет стоять с вами плечом к плечу до конца. Не стреляйте в свой народ! Не будьте рабами Назарбаева! Он продаст вас, как только вы перестанете ему быть нужны! Посмотрите на тех пацанов, которые попали в плен. Они же ровесники наших детей! Одумайтесь, служите только народу! Не подчиняйтесь приказам тех, кто стравливает нас друг с другом. Бросайте оружие, переходите на сторону народа! Не стреляйте в свой народ, подумайте, как вы потом будете жить среди него. Как вы будете смотреть в глаза своим детям!»

У меня подступил ком к горлу, но, увы, эти слова не были услышаны.

В самом штурме мы участвовать не собирались, потому что считали это бессмысленным и неправильным, потому что акимата как символа было более чем достаточно. Мы решили вернуться на площадь, чтобы посмотреть, что происходит там. Момент был относительно спокойным, и мы побежали вниз по Фурманова. Но оказалось, это было настоящим затишьем перед бурей, и в этот момент начался штурм, и мы попали в самый эпицентр событий.

Протестующие пригнали армейский грузовик, развернули его и с разгона снесли несколько сегментов забора. Образовалась брешь, стали разрываться гранаты и началась адская стрельба. В этот момент я оказался прямо под огнем и только успел присесть. Тут из густого тумана выбегает парень, возможно, это был тот парень, который таранил забор, сидя за рулем. Я уже было подумал, что водитель погиб, потому что видел, как пули попадали в кабину. Стрельба была шквальная, и я запомнил это, как в замедленной съемке. Пуля попала ему в ногу, он упал и пытался дальше ползти. Я было кинулся к нему, но тут передо мной упала шашка, я перестал что-либо видеть и присел. Через несколько секунд, когда дым стал рассеиваться, я увидел силуэты пацанов, которые выносили его, подхватив под руки. Это при продолжающейся стрельбе. Стреляли наугад. Прицельно вести огонь было невозможно, потому что стояла плотная дымовая завеса. В таких условиях можно было получить пулю, поэтому я быстро спрятался за полицейской будкой.

Когда атака спала, и мы отошли в сквер, но, судя по всему, штурм только начинался, потому что туда стало стягиваться всё больше и больше решительно настроенных людей. Позже резиденция пала, и солдат как-то эвакуировали. Само здание подожгли. Сразу скажу, что если вы считаете этих ребят специально подготовленными боевиками, то вы глубоко ошибаетесь. Они – простые парни, настоящие джигиты с яйцами, а не диванные эксперты. Они пришли туда сказать нет режиму Назарбаева, но власть сама разозлила людей, начав по ним стрельбу. Было ощущение, что стоять они будут там до конца. Они не титушки, потому что титушки НИКОГДА не лезут под пули. Никто там не знал друг друга, людей объединяла лишь воля к свободе и ненависть к режиму. Если кто-то из этих ребят прочитает эти строки, знайте – мы братья. Я точно знал, если со мной что-то случилось бы, они бы вытащили меня любой ценой. И знаете что, как бы их ни называли, как бы ни очерняли, я клянусь, с этого дня я буду гордиться своим народом до конца дней. И все мои слова и обиды в отношении казахов как нации, все мои сомнения насчет будущего нашего народа я беру обратно. Мы – нация, и мы нация с характером.