Без возрождения страну не спасти

Невозможно и дальше жить, видя, как не без помощи Запада разрушается наша страна, наносится огромный урон селу и промышленному потенциалу, науке, образованию, здравоохранению и культуре.

Все эти годы «Советская Россия» показывала потери и вела счет разрушению советского наследия, стойко и отважно борясь против этого. Вот и недавно на ее страницах, в «Отечественных записках», мы увидели свидетельства руин гигантских заводов сельхозмашиностроения: Алтайского, Челябинского, Волгоградского, создававших основу нашего земледелия. В этом ряду стоит и такой флагман, как Люберецкий завод сельхозмашин им. Ухтомского, удостоенный за свои достижения многими наградами, а ныне властно варварски уничтоженный. Это прославленное предприятие после революции и разрухи Гражданской войны В.И. Ленин лично берег, спасал и сделал всё, чтобы год от года оно возрастало в своей мощи и техническом оснащении, давая колхозным полям не только новую технику, но и растило рабочую смену – специалистов и конструкторов ее.

Их опыт, как и продукция завода, были востребованы во всем мире – и особенно в странах социалистического лагеря.

С этим заводом связана и моя личная биография, как и множества других людей. Потому и боль его разрушения отпечаталась в сердце каждого из нас.

После получения диплома я работала в многотиражке «Заводская правда» – голосе и трибуне рабочего коллектива. Газета писала о том, как шло техническое перевооружение, пополнялись ряды новаторов и рационализаторов, как растили молодую смену. Со школьной скамьи ребят знакомили с продукцией завода. Они были частыми гостями в его цехах и нередко связывали с ним свое будущее.

Пятнадцатилетним подростком пришел в один из цехов Александр Вождаев, нынешний автор газеты. Здесь он вырос до мастера производства и ведущего инженера предприятия.

Наш прославленный первый космонавт Юрий Гагарин свое трудовое взросление получил в его литейном цехе. Он без отрыва от производства еще учился в школе и техникуме. Об этом много сказано и написано.

Непроходящая горечь в душе и сердце осталась оттого, что завода сегодня нет.

Для чего мы вляпались в дикий рыночный капитализм и глобализм? Чтобы рушить и банкротить подобные флагманы сельхозмашиностроения, как и многие другие предприятия тяжелой индустрии, убивать колхозы и совхозы?

* * *

Советская власть, опыт которой пока умышленно игнорируется, хотя многие в стране хотели бы его вернуть в наши отрасли экономики, науки и образования, здравоохранения и культуры, потому что она умела работать на созидание и опережение.

Вспомним, как возрождалась страна из пепла после Великой Отечественной войны. Восстанавливалась и поднималась в рост, отстраивалась. А еще ранее, в 20-е годы, после разрухи Гражданской войны через преодоление гигантских трудностей воссоздавала свою социалистическую Родину.

Мы были первопроходцами. И многое «рождалось» вновь.

Нынешние поклонники царей, воспевающие их «розовый» век, не расскажут вам, что в дореволюционной России не умели делать тракторы. Никакие! Ни колесные, ни гусеничные.

Вплоть до революции 1917 года орудиями на полях оставались соха и стальной плуг. Ими и растили хлебное зерно, которым якобы и заваливали Европу.

При Советской власти так продолжаться не могло. Ленин это понимал и мечтал о ста тысячах тракторов для страны.

Первый советский трактор завода «Красный путиловец» рабочие собрали без всяких чертежей – по образцу американской машины «Фордзон», купленной за золото. На чертежи денег не хватило.

Каждую деталь тогда обмерили, некоторые из них для более точного измерения даже пришлось разрезать. В лаборатории исследовали материал, из которого они были сделаны,  определили его твердость и способы обработки. По снятым размерам делали эскизы, потом – формы для литья. Полученные отливки шли в обработку.

Все цеха готовили детали для трактора, которому дали название «Фёдор Петрович» – «Фордзон»­путиловец.

Освоение шло трудно – не хватало нужных станков, крошился инструмент. Но ценой огромных усилий свой «Фордзон» все­таки родился. Победили упорство и напряг всех сил.

Однажды после очередного пыхтения один из трудяг-рабочих – Костя Яковлев – крутанул пусковую ручку. И трактор забился. «А ну-ка поднатужься, Федор Петрович!» – кричали, радуясь, рабочие…

Прошли еще недели изнурительной работы, прежде чем «детище» решительно завелось и заговорило.

И вот в 1924 году первый советский трактор вывели на Майскую демонстрацию. Шли и пели про солидарность со всеми рабочими земли. Про «наш паровоз», летящий вперед. Про Конную Буденного…

И вдруг на площади Урицкого застучали, затарахтели непонятные моторы. Подумали, что это аэроплан. Но это был не он – по булыжной мостовой двигались два чудо-трактора. Первый вел Костя Яковлев, второй – Петр Солакин – Герои Труда. И люди завода шли рядом – правда, озабоченные тем, как бы их детище не заглохло посреди людского моря. Но два «путиловца» не подвели – двигались уверенно.

А впереди них люди несли кумачовый плакат: «Берегись, соха, трактор идет!»

Дружное «ура!» залило площадь. Еще бы, все увидели чудо – первые советские тракторы!

В те дни, когда рождался первенец, на завод шли письма от крестьян с просьбой собрать хотя бы деньги по копейке с каждого на приобретение лошади – страна переживала тогда нелегкие времена.

Но подарки пошли на село более весомые: первые тракторы – и даже заводские инструкторы, обучающие работе на них.…Через 40 лет после пуска в производство первого «Красного путиловца» рабочие Кировского завода сделали самый сильный в Европе трактор – «Богатырь на колесах». И самое главное, что было в нем, это мощный двигатель.

Ветераны завода вспоминали тогда, как когда-то восхищались мускулистостью «Фёдора Петровича» – всего-то в несколько лошадиных сил.

А в новой модели «Кировца» – «К-700» – их было уже одиннадцать и больше.

И дальше строить по мощности трактор ленинградцам помогали многие города. Ярославль, например, создавал двигатель и огромные шины, Владимир – приборы, Херсон – карданный вал, Москва, Куйбышев, Минск, Челябинск, Кременчуг, Полтава, Одесса – все выполняли заказы для него. Такая была крепкая спайка – кооперация всех городов республик.

Но основную работу выполнял всё же сам Кировский завод.

Что значит наладить выпуск новых деталей, из которых самая большая рама весит несколько тонн, а самая маленькая, какой-нибудь винтик, – всего-то десять граммов!

Для этого нужно было перестроить, перепланировать цеха, создать станки-автоматы, поточные линии, испытательные стенды и многое другое.

И всё это делалось умом и руками людей, которые, бывало, трудились на своих рабочих местах круглыми сутками. И в этих буднях выковался их опыт, их характер.

Все ценили фрезеровщика Федора Ильина – ему была подвластна любая, даже самого сложного контура, деталь. На руках таких, как он, или бригадира Василия Корехова, многих-многих других словно отпечаталась вся история советского тракторостроения и их трудовой многолетний вклад в него.

А биография «Красного путиловца» – Кировского завода – стала их биографией, их судьбой.

Спустя 38 лет после рождения первого трактора – 7 ноября 1962 года, когда на праздничную демонстрацию вывели два «Кировца» нового образца, мощностью уже в двести двадцать лошадиных сил, в кабине одного из них сидел всё тот же первый его создатель Константин Яковлевич Яковлев.

И позднее, когда проходили торжества в честь Великого Октября, он же вместе с Героем Социалистического Труда Юрием Антоновым управлял машинами в триста лошадиных сил.

С тех пор где только не работали «богатыри на колесах»! На целине, на любых полях Советского Союза. И там, где их широко использовали, можно было изучать биографию советской страны.

И за рубежом тракторы «К-700» пользовались огромным спросом, выдержав конкуренцию с машинами многих заграничных фирм.

На международной выставке в ГДР наши машины были признаны тракторами высшего класса.

Ныне, когда произведен разгром десятков  тысяч предприятий – в том числе и тракторостроения, выпуск продукции в натуральном исчислении тоже сократился в десятки раз.

Например, в 1990 году в стране производились 214 тысяч тракторов, а к 2018 году их было изготовлено всего 7,8 тысячи, что составляло 9,6% от уровня 1936 года. Сегодня – и того меньше.

Чтобы в ближайшее время заново освоить десятки миллионов га брошенных земель, а при государственном подходе – и 30, о чем давно трубят власти, по оценке экспертов, надо иметь в парке 850 тысяч тракторов мощностью не менее 200 лошадиных сил. Мы же имеем вдвое меньше.

Президент часто говорит об уважении к нашей истории. Принят даже закон об этом. Но почему же не берется на вооружение опыт Советской страны по строительству ею и возрождению?!

В условиях объявленных нам санкций и настоящей войны против нас Америкой и Западом нельзя отделаться только словесами и благими пожеланиями.

Тем более сейчас, когда на Украине идет сражение с черной силой нацизма, когда проливается кровь наших сынов и братьев Донбасса за наше будущее.

Однако без возрождения того, что было утеряно, уничтожено и порушено, нам страну не спасти.

А что надо сделать для ее возрождения, об этом ясно сказано в Программе КПРФ.

 

Telegram