В редакцию «Советской России» поступило письмо от читателя Александра Гудкова из Смоленска. Его возмутила табличка «Единой России» рядом с установленным в городе бюстом великого авиатора-коммуниста. Публикуем его с сохранением пунктуации автора:
«Добрый день! Очень хочется высказать свои очень сильные эмоции от одновременной радости и раздражения! Я уважаю историю России. Я патриот и коммунист. В городе Смоленске открыли бюст первому летчику России Михаилу Ефимову. Дело достойное и важное. Это радует! Но я в первый раз вижу, чтобы рядом с памятником великому человеку нашей истории установили рекламу партии «Единая Россия» – это маркетинговый и политический ужас! Михаил Ефимов был большевиком, воевал за революцию, из крестьянской семьи, а белогвардейцы его арестовали и расстреляли – нашу гордость России! В то время многие авиаторы поддерживали революционное движение. Они были против капитализма и воевали за социализм, коммунизм! А теперь демократы, забывшие подвиги революции, ставят рекламу партии «единороссов» рядом с Великим Красным Человеком революции! У них что, совесть улетела в день авиации?! Памятники устанавливаются на деньги налогоплательщиков и добровольцев! Но партия продолжит рядом с памятниками-бюстами (на большие размеры экономит деньги, одни «головешки» теперь будут по городу Смоленску) устанавливать рекламные щиты «Единой России»!
Мы решили вспомнить и напомнить и вам, уважаемые читатели, биографию этого незаурядного человека. Который, как правильно заметил автор письма, был преданным большевиком и погиб от рук белогвардейцев.
МИХАИЛ был выходцем из самой обычной крестьянской семьи Смоленской губернии. Его отец – Никифор Ефимов – принимал участие в русско-турецкой войне. А после демобилизации все семейство перебралось в Одессу. Никифору повезло, он сумел устроиться слесарем в мастерские «Русского общества пароходства и торговли». Поэтому семья с финансовой точки зрения была относительно обеспеченной. Благодаря этому Михаил смог реализовать свои мечты в спорте. Он, как и большинство тогдашних одесских мальчишек, увлекался велосипедами. И все свободное время проводил на циклодроме.
Став совершеннолетним, Михаил смог поступить в Одесское железнодорожное техническое училище. Причем на престижную в то время специальность – электромеханик телеграфной связи. Окончив училище, он без проблем смог найти работу. А зарплата позволила вскоре приобрести мотоцикл «Пежо». По тем временам – техника крайне редкая и очень дорогая.
Но просто кататься по улицам Одессы, вызывая восторженные и завистливые взгляды у горожан, было не в характере Ефимова. Он начал участвовать в гонках. И в 1908 году стал чемпионом Российской империи. Но все же Михаил Никифорович понимал, что не это являлось главной мечтой. Его манило небо.
В конце марта 1908 года в Одессе появился первый аэроклуб. Конечно, Михаил стал его завсегдатаем. И когда было принято решение о проведении первого для клуба полета на планере, его пилотом стал Ефимов.
Полет, занявший лишь несколько секунд, состоялся над одесским ипподромом. А планер буксировал автомобиль. Эксперимент прошел удачно. Ефимов тут же стал героем не только города, но и всей России. Благодаря этому в 1909 году Михаил отправился во Францию на, если так можно выразиться, повышение квалификации. Его учителем стал легендарный авиатор Анри Фарман. В заграничной командировке Михаил Никифорович сумел освоить передовые технологии, поскольку Франция на тот момент считалась главной страной в воздухоплавании. К несчастью, в это время скончался его отец.
«Нужда с детства мучила меня. Приехал во Францию. Мне было тяжело и больно: у меня не было ни единого франка. Я терпел: думал – полечу – оценят. Прошу Ксидиаса дать больному отцу 50 рублей, дает 25. Оборвался, прошу аванс 200 рублей, дает 200 франков. Без денег умер отец, и без денег я поставил мировой рекорд с пассажиром. Кто оценит у нас искусство? Здесь за меня милые ученики заплатили, спасибо им… Больно и стыдно мне, первому русскому авиатору. Получил предложение ехать в Аргентину. Если контракт не будет уничтожен, не скоро увижу Россию. Заработаю – все уплачу Ксидиасу. Прошу извинить меня».
(Е.В. Королёва. «Первые среди первых». Воспоминания племянницы М.Н. Ефимова из книги С.В. Грибанова «Пилоты Его Величества»)
Ефимов вернулся на родину в конце декабря 1909 года и первым в Российской империи получил диплом летчика. А в марте он совершил показательный полет над Одесским ипподромом. Посмотреть на это собралось свыше ста тысяч человек! Причем толпа не отпускала своего героя. И Михаилу Никифоровичу пришлось пять раз подниматься в воздух и даже брать с собой пассажиров.
Михаил Никифорович совершил пять полетов, выполняя «восьмерки», закладывая виражи и спирали, входя в «пике» под бурные аплодисменты публики. Два полета он выполнил с пассажирами на борту. Одним из пассажиров стал владелец самолета – банкир Ксидиас.
Отвечая на вопрос о своих впечатлениях после полета, банкир пошутил: «Когда я взлетел и увидел такое огромное количество публики, я испытал ощущение больших барышей, которые получу. Потом я испугался, что если вдруг Ефимов меня разобьет, кому достанутся мои деньги… и решил скорее спуститься на землю».
(Г.В. Залуцкий. «Выдающиеся русские летчики»)
В конце праздника Ефимову подарили лавровый венок с лентой «Первому русскому авиатору». Спустя несколько недель он отправился в Ниццу, чтобы принять участие в международном соревновании летчиков. И, конечно, стал лучшим. На полученные призовые деньги он купил себе аэроплан и расплатился с долгами, которые Ефимов брал для обучения во Франции.
Вообще, Михаил Никифорович старался не пропустить ни одного международного соревнования. Поэтому флаг Российской империи поднимался и в Руане, и в Реймсе, и в Вероне, и в Будапеште, и во многих других европейских городах.
Ефимов одним из первых не только в России, но и в мире научился исполнять в воздухе сложные трюки, виражи и планирование с выключенным мотором. Мастерство пилота не осталось незамеченным. На него обратило внимание Военное министерство. И вскоре Ефимов стал главным инструктором авиационной школы. Эту должность Михаил Никифорович занимал вплоть до начала Первой мировой войны.
«Государь Император во внимание к особым трудам и заслугам, оказанным императорскому Всероссийскому аэроклубу, состоящему под высочайшим Его Императорского Величества покровительством, всемилостивейше соизволил 10 апреля 1911 года пожаловать звание почетного гражданина действительному члену Всероссийского аэроклуба крестьянину Смоленской губернии и уезда, Владимирской волости, деревни Дуброва Михаилу Ефимову».
(Е.В. Королёва. «Первые среди первых». Воспоминания племянницы М.Н. Ефимова из книги С.В. Грибанова «Пилоты Его Величества»)
Когда же начались боевые действия, он подал рапорт с просьбой отправить его на фронт. Но только в апреле 1915 года Ефимов был зачислен в 32-й авиационный отряд. В его задачи входило совершение рейдов в тыл противника для фотографирования объектов и бомбометания. Но вскоре Михаила Никифоровича вновь вернули в авиационную школу. Руководство посчитало, что такой опытный человек должен обучать новобранцев. В ноябре Ефимов получил звание прапорщика. А за боевые вылеты он стал полным георгиевским кавалером.
В начале 1916 года Михаил Никифорович взялся за создание собственной крылатой машины. Но завершить начатое у него, к сожалению, не получилось. Учитывая сложную обстановку, его вновь вернули на фронт.
ЕЩЕ в начале войны Ефимов примкнул к партии социал-демократов. В то время, кстати, многие авиаторы поддерживали революционное движение. Так что Михаил Никифорович не являлся белой вороной. В армии, конечно, знали о его «красном увлечении», но смотрели на это сквозь пальцы. Все-таки Ефимов являлся одним из лучших авиаторов во всей стране. А такими ценными кадрами в то сложное время не разбрасывались. «…Ефимов еще раньше примкнул к большевикам. Он оказался отличным агитатором, вел большую агитационную работу среди летчиков и матросов. Все его любили и уважали. Мы летали тогда в операциях против разных белых банд. Ефимов также принимал участие в этих боевых действиях», – это строки из письма бывшего морского летчика Евгения Ивановича Погосского.
После Февральской революции авиатор получил место в комитете гидроавиации. Весной 1918 года, когда белым удалось захватить Крым, его арестовали. В тюрьме Ефимов провел почти год – до тех пор, пока полуостров не освободили большевики. Но ситуация была слишком шаткой, к Крыму стягивались армии белогвардейцев, и большевикам пришлось оставить занятые позиции.
В Красной армии бывший авиатор служил водителем автоколонны. Во время отступления, в районе Херсона, машины застряли. И чтобы они не достались врагу, их сожгли. Ефимов пешком добрался до родной Одессы. Но вскоре в город нагрянули белые. Михаила арестовали. Последовало разбирательство и суд. На заседании первый авиатор Российской империи был приговорен к высшей мере наказания. Белогвардейцы не стали учитывать заслуги летчика, для них он являлся «предателем», который сражался за народное дело. И вскоре Ефимов был казнен. По одной из версий, его в лодке вывезли на середину водоема, а потом приказали прыгнуть в воду. Как только Михаил Никифорович оказался за бортом, солдаты открыли по нему огонь.
Елена ЛАКРИЦ
