К 805-летию со дня рождения Александра Невского
У каждого народа есть заветные имена, которым не суждено исчезнуть из народной памяти. Наоборот, чем дальше развивается историческая жизнь народа, тем светлее воспринимается в памяти последующих потомков нравственный облик этих деятелей, отдавших без остатка все силы во имя блага народа и государства. Для русского народа имя Александра Невского – одно из самых славных в истории нашего Отечества. Он немало потрудился для Русской земли как воин, дипломат и святой. Вклад его в строительство Российского государства воистину бесценен.
Александр Невский родился 13 мая 1221 года и был вторым сыном переяславского князя Ярослава Всеволодовича от торопецкой княжны Ростиславы. Отец пользовался большим авторитетом у жителей в Великом Новгороде. Свободолюбивые новгородцы не раз приглашали Ярослава Всеволодовича на княжение за его дар военачальника. По современным меркам продолжительности жизни Александр Невский умер довольно молодым человеком – в 42 года. Однако нельзя забывать, что в те времена вступление во взрослую жизнь начиналось очень рано.
В четыре года на территории Спасо-Преображенского монастыря в Переславле-Залесском он принял княжеский постриг, т.е. стал полноправным членом княжеской дружины, поскольку умел держать меч и сидеть верхом на коне. В 9 лет отец Ярослав Всеволодович посадил Александра вместе со старшим братом Федором на княжеский престол в Новгороде. В 18 лет князь Александр женился. В 19 лет прославился на века в бою со шведами, разгромив наголову 15 июля 1240 года их войско во главе с князем Биргером, будущим правителем Швеции. Шведский предводитель, высадившись в устье Ижоры, прислал Александру надменное предупреждение: «Если можешь, сопротивляйся. Знай, что я уже здесь и пленю землю твою». Сам Биргер был более опытным командиром, чем юный Александр, а его рыцари были закалены в многочисленных сражениях в Прибалтике и в крестовых походах. Александр не стал терять времени: со своей дружиной и несколькими отрядами новгородцев и ладожан неожиданно атаковал шведский лагерь и разгромил его. За талантливое руководство русским войском и разгром шведов князь получил в русской истории почетное наименование Невский.
В 21 год под его руководством дружина и народное ополчение наголову разбили немецких рыцарей на льду Чудского озера (5 апреля 1242 года). Ливонский орден был вынужден отправить в Новгород «с поклоном» посольство во главе с Андреасом фон Стирландом для заключения мира, отказавшись от всех прежде завоеванных новгородских и псковских территорий. Д. Володихин, д.и.н., отметил: «Нравственное значение Ледового побоища чрезвычайно велико. Оно даже более значительно, чем политические последствия. Русь истекала кровью. Русь ослабела под ударами монголо-татар. Издалека она казалась легкой добычей. Но Ледовое побоище показало: здесь сохранилась сила, готовая похоронить торопливых завоевателей».
Активная жизнь, но уже не столько князя-воина, а дипломата, защищающего православную веру и землю русскую от ордынского гнета и посягательств Ватикана, продолжалась вплоть до самой его смерти. Князю пришлось несколько раз выезжать в Золотую Орду и Монголию. Каждая поездка по продолжительности была не менее полутора лет и всегда сопровождалась угрозой смерти. Без «ордынской дипломатии» в те годы никакое большое дело нельзя было решить на Руси. Многие русские князья, среди них был и отец Александра Невского князь Ярослав, сложили там голову либо от меча, либо от яда.
В научной и публицистической литературе нет однозначной оценки вклада Александра Невского в строительство Русского государства. Считаем, это связано с тем, какие идеологические настроения преобладают на данный момент в российском обществе.
После Великой Отечественной войны Сталин официально признает ведущую роль русского народа в победе над фашизмом. На торжественном приеме по случаю окончания Великой Отечественной войны 24 мая 1945 года он однозначно заявил о его выдающейся роли в создании государства и победе над фашизмом. Тогда немало в послевоенной агитационно-пропагандистской работе говорилось о роли русских государственных деятелей (Владимир Красное Солнышко, Ярослав Мудрый, Александр Невский, Дмитрий Донской, Иван Грозный, Петр I), значении русской культуры и русского языка как цементирующих основ Советского государства.
Маршал К.К. Рокоссовский в мемуарах вспоминал: «Сталин после войны горячо поддержал мою идею о том, чтобы командиры Советской Армии обязательно посещали Московский художественный академический театр СССР им. М. Горького, чтобы учиться правильной русской речи и обогащать словарный запас».
Линия на возвеличивание роли русских государственных деятелей и военачальников в становлении и развитии России как великой державы нашла отражение в исторической науке того времени. В частности, в изданной в 1953 году монографии «Очерки истории СССР: Период феодализма. IX–XV вв.» более утвердительно прослеживалась официальная точка зрения, связанная с возвеличением роли Александра Невского в становлении Российского государства. В монографии доказывалось, что своими ратными, дипломатическими подвигами, а также подвижничеством на ниве утверждения православной веры он прославил Древнюю Русь. Именно Александр совершил судьбоносный для России выбор между Западом и Востоком в пользу последнего: именно он в 1240 году предотвратил «потерю Русью берегов Финского залива и полную экономическую блокаду Руси». Под его командованием «все объединенные силы, которыми тогда располагала Русь», в 1242 году в «решительной битве» на льду Чудского озера, о которой «с тревогой и надеждой думал народ и в Новгороде, и во Пскове, и в Ладоге, и в Москве, и в Твери, и во Владимире», остановили продвижение Ливонского ордена на Восток. «Он сохранил православие как нравственно-политическую силу русского народа», что определило дальнейшую судьбу Русской земли.
В ходе горбачевской перестройки восторжествовала идеология либерализма, причем исключительно прозападного, а отсюда антипатриотического характера, доходящего до русофобии. Гласность в те годы фактически превратилась в информационную вседозволенность довольно эрудированных, поднаторевших в вопросах истории, религиоведении и философии людей, которые стали действовать по принципу «что в голову взбредет»: тут же изложить свои мысли в СМИ, перекраивая направо-налево тысячелетнюю историю Российского государства, навязывая обществу самые фантастические, сумасбродные идеи.
Ярославский политолог из Рыбинска А. Новиков опубликовал в газете «День литературы» статью «Дым от Отечества». Он пишет: «Католичество вернуло бы Россию на «путь истинный», т.е. на дорогу Европы, с которой она сошла в середине XIV столетия, когда князь Василий II разорвал Флорентийскую унию о воссоединении церквей. Россия, таким образом, – недоразумение европейской цивилизации, следствие ее внутренней болезни, ее, так сказать, шизофренический синдром, «раздвоение» изначально целого. Наша цель – возвращение в Средневековье, т.е. в тот момент, когда Россия «выпала» из Европы. Наша цель – начало новой русской истории без царей, холопов, но с герцогами и королями, прекрасными дамами и странствующими рыцарями. Если для этой цели понадобится еще одна мировая война, то мы готовы к войне».
Поскольку Александр Невский был одной из ключевых исторических фигур средневековой Руси, выступавших против ориентации страны на Запад, он оказался в центре внимания либеральных дискредитаров его деятельности. В 90-е годы прошлого века часто звучала критика его внешней и внутренней политики. Причем она переходила в судебное разбирательство, в результате которого выносился ему «приговор» за его «недомыслие», «незнание», «чрезмерную жестокость» и «политическую близорукость».
Главные аргументы критиков следующие.
Во-первых, князя обвиняют в «активном сотрудничестве с ордынцами», что «способствовало распространению гнета» на другие территории, в частности на Новгород и Псков. Он лично со своей дружиной помог татаро-монголам занять эти города (1257 год) и осуществить перепись местного населения для успешного взимания дани.
Во-вторых, Александр Невский способствовал установлению деспотической власти Золотой Орды, которая стала основной формой функционирования возродившегося Русского государства. Именно он, топя в крови первые попытки сопротивления Орде городских «низов», закрепил деспотическую систему государственного управления на Руси, тем самым затормозил ее развитие на несколько столетий вперед. «Позор русского исторического сознания, русской исторической памяти в том, что Александр Невский стал непререкаемым понятием национальной гордости, стал фетишем, стал знаменем не секты или партии, а того самого народа, чью историческую судьбу он жестоко исковеркал. …Александр Невский, вне всякого сомнения, был национальным изменником».
Историк И. Данилевский отмечает: «Не боролся он с крестоносной агрессией, а боролся с Дорпатским епископом за сферы влияния в Восточной Прибалтике и вел переговоры с Папой Римским (разрешив, судя по имеющимся источникам, – уже после Ледового побоища – строительство кафедрального католического храма во Пскове). И сражения, которые он выиграл, вовсе не были «крупнейшими битвами раннего средневековья».
Эти, на первый взгляд, неудобные факты из биографии Александра Невского не вписываются в его светлый образ. Однако, если подходить к ним не поверхностно, а вдумчиво, они не будут восприняты как негативные или избыточно его возвеличивающие.
Научное понимание исторической значимости любого выдающегося человека, в том числе и личности Александра Невского, базируется на осмыслении общественных закономерностей того времени, в пределах которого эта личность действует. В соответствии с данным постулатом представления и поступки людей, живших за десятилетия, а то и за столетия до нас, нельзя объяснять с позиций сегодняшнего дня. Например, Александр Невский понимал, что если позволить новгородской вольности не платить дань, то карательная рать ордынцев прибудет к стенам города незамедлительно и от города останутся одни развалины. Новгородское население, не знакомое с кошмаром ордынских набегов, не допускало мысли кому-то подчиняться, возмутилось и подняло восстание против попыток ордынских баскаков осуществить перепись населения в целях взимания дани. Тогда к Новгороду двинулся Александр Ярославич с дружиной вместе с «послами татарскими», несмотря на то, что до этого он не раз спасал новгородскую землю от чужеземной власти. «Так Новгород превратился в данника Орды… Горько, грустно. Но головешки Новгорода – куда более печальный вариант развития событий, нежели Новгород, согласившийся платить татарские налоги».
Далее, перед великим князем, как и другими русскими князьями в XIII веке, стояла сложнейшая задача сохранения национально-культурной и духовной идентичности в условиях надвинувшейся на русские княжества огромной опасности с Запада, со стороны католической церкви и с Востока, от Золотой Орды.
Основная масса русских князей обе эти угрозы воспринимала как равнозначные. С той только разницей, что европейские захватчики внешне, если оценивать их по облику, образу жизни и вере, были ближе к русским, чем татаро-монголы. Поэтому большинство русских князей было склонно пойти на союз с западным врагом в лице католической церкви в борьбе против более сильного и коварного врага – Золотой Орды.
Родной брат А. Невского, Андрей, не раз утверждал: «Доколе нам между собой ссориться и наводить татар; лучше бежать в чужую землю, чем дружиться с татарами и служить им!» Переговоры с римским папой вели князь Михаил Черниговский, князь Даниил Галицкий, князь Андрей Ярославич, родной брат Александра Невского, и другие. Их позиция тактически не была лишена логики. И поэтому действия Александра Невского воспринимались ими как ошибочные. Он, едва ли не единственный из русских князей, имел тогда другое понимание сложившейся вокруг русских княжеств внешнеполитической ситуации. Он не мог не видеть, что карательные набеги татаро-монгольских отрядов на территорию Руси в целях усмирения населения и сбора дани наносили огромный ущерб хозяйству Руси.
Вместе с тем захватчики не посягали на духовную жизнь населения, на их православную веру. Они, как правило, не разрушали церкви, считая для себя более выгодным, чтобы русские священники молились за процветание Золотой Орды. В тех условиях православная церковь оказалась единственным сильным в материально-организационном отношении общественным институтом, благодаря которому сохранялись духовная культура, язык и образ жизни, характерные для русского народа.
Александр Невский полагал, что русские, сохранив свою веру и культурную идентичность, в будущем не только возродят хозяйство, но и по возможности обратят в свою веру самих угнетателей. В перспективе это позволит не только ослабить гнет, но и освободиться от него. И действительно, в те времена имел место процесс христианизации татар. В ходе одной из своих поездок в Золотую Орду Александр Невский в столице Золотой Орды Сарай при поддержке митрополита Кирилла добился открытия православного храма и учреждения православной епархии (1261 год). Сын Батыя Сартак, принявший христианство и заведовавший русскими делами, стал не только другом, но и побратимом Александра Невского.
Поездки в ставку золотоордынцев убедили великого князя, что в военном отношении восточный сосед настолько силен, что противостоять ему даже при поддержке католического Запада бессмысленно. Папа римский Иннокентий IV дважды обращался к Александру Ярославичу с предложением подчиниться папскому престолу: 22 января и 15 сентября 1248 года. Тогда тот находился в ставке Батыя. Папскую грамоту доставили ему по месту пребывания в Золотой Орде, отправив гонца. Ознакомившись с ее содержанием, князь решился на дипломатическую уловку. В Рим была отправлена ответная грамота, содержавшая обещания в положительном ключе, создавая у римского первосвященника иллюзию успеха в приобщении к католичеству населения Северной Руси. Александр Ярославич надеялся подобным способом хоть на время, пока он находится в ставке Батыя, ослабить натиск западных соседей на Северную Русь. Когда Александр Невский вернулся из Золотой Орды на родную землю, Рим получил от него твердое «нет» духовному окормлению русской паствы со стороны Ватикана. Католичество не продвинулось ни на пядь на территории Северо-Восточной Руси.
К тому же он был свидетелем «истинности» поддержки католического Запада в борьбе южнороссийских князей с татаро-монгольскими войсками. В притязаниях папской курии он увидел, выражаясь современным языком, цивилизационную опасность для русских земель. Запад рассматривал южнороссийские княжества только в качестве живого щита от набегов Золотой Орды на территорию европейских стран. Коварство католической церкви проявлялось и в том, что жители русских земель, чьи князья заключали унию с папской курией, лишались возможности соблюдать обряды православной веры.
Александр Невский имел хорошее представление о таком историческом факте, как захват крестоносцами Константинополя, столицы Византийской империи, в 1204 году. Вместо того чтобы проследовать на Ближний Восток с целью освобождения гроба Господня, они в городе устроили бесчинства, массовые грабежи и убийства горожан, нанеся колоссальный урон православной церкви. В последующие столетия на Руси с огромной тревогой следили за взаимоотношениями Византии с Западом. Византия ради самосохранения все больше шла на уступки ему – вплоть до заключения Флорентийской унии в 1439 году, в которой признавался приоритет католической веры над греческим православием. Византии как государству осталось существовать 14 лет, когда в 1453 году под натиском турецких войск пала ее столица – Константинополь. Европейские государства того времени во главе с Ватиканом на словах были готовы отстоять Константинополь, но на деле не оказали серьезной военной помощи. В этом и других вопросах Александр Невский оказался прозорливее многих своих современников из числа русских князей.
Благодаря дипломатическим усилиям Александра Невского положительно решались для Руси и другие, не менее важные задачи. Во время последней поездки в Золотую Орду (1262 год) князю удалось отговорить татарского хана Берке от посылки во многие города Северо-Восточной Руси карательных отрядов в целях жестокого наказания восставших горожан. Он договорился об отмене набора Золотой Ордой войск на Руси для участия вместе с ордынцами в войне на Кавказе. До этого несколько русских полков штурмовали Пекин в составе армии Хубилай-хана. Из воинов никто не вернулся домой – все погибли в сражениях. По мнению историков, исследователей той эпохи, если бы Золотая Орда ещё полвека осуществляла набор молодых мужчин на военную службу (своеобразный «налог кровью»), то Русь могла бы просто демографически выродиться.
Итак, Александр Невский был непримиримым противником католической церкви и одним из немногих российских князей, кто не пошел ни на какой компромисс, тем более – на союз с ней. В то же время он выступал за сотрудничество с Золотой Ордой. С точки зрения текущего момента это выглядело как предательство интересов русских людей, но стратегически его политико-религиозная линия оказалась исключительно верной.
Благодаря союзу с Золотой Ордой в конечном итоге возникли предпосылки для возрождения государства под началом Москвы, чьи князья четко придерживались внешнеполитического вектора, определенного Александром Невским. Несмотря на все издержки материального, социально-экономического и демографического характера, русский народ выстоял и создал одно из могущественных государств в истории человечества.
С другой стороны, если бы татаро-монгольские завоеватели постоянно осуществляли геноцид русского народа и тотальное уничтожение его экономики, то вряд ли он достиг бы такого величия.
Татаро-монгольские завоеватели заложили такие важнейшие черты будущей российской государственности, как единовластие, централизм. На самом деле будущее устройство Российского государства сложилось не только в результате усилий русских князей под эгидой Московского княжества, но и вследствие действий ханов Золотой Орды. Поддержка Ордой усилий московских князей в деле объединения русских земель была предпринята, конечно, не для блага русского народа, а в целях удобства управления обширной территорией. Большое число князей, владеющих отдельно взятыми территориями, нескончаемые распри между ними мешали эффективному управлению захваченной страной.
Н. Трубецкой, выдающийся русский ученый, основоположник «евразийской теории» в 20-х годах ХХ века, отмечал: «Московское государство возникло благодаря татарскому игу. Русский царь явился наследником монгольского хана: свержение татарского ига свелось к замене татарского православным царем и к перенесению ханской ставки в Москву. Произошло обрусение и оправославливание татарщины, и московский царь оказался носителем этой новой формы татарской государственности».
Отражение этого исторического периода в истории Русского государства сохранилось и в русском языке. Много монгольских слов вошло в лексикон русских людей: казна, алтын, таможня, ямщик, калач, кочерга, кабак, казак, кутерьма, клеть, курган, кабала, кабан, казна, карандаш, карга, курган, корабль, кувшин, казан, караул, кушак, колпак, куртка, каторга и другие.
Московское царство, сбросившее ярмо ига, включило в свой состав многие территории, входившие в свое время в состав Золотой Орды вплоть до Тихого океана. Благодаря соединению русских и татарских земель окончательно сложилось многонациональное Российское государство.
Внешнеполитический курс Александра Невского на столетия вперед предопределил ход развития русской истории. Правда, некоторые современные российские историки данное умозаключение ставят под сомнение. Российский историк Д. Володихин пишет: «Выработал ли Александр Ярославич какую-то особенную, совершенно новую политику? Нет, нет. Он был превосходным учеником своего отца, который нащупал все магистральные политические решения задолго до того, как Александр Ярославич стал полновластным государем Владимирским».
Историк И. Данилевский вообще лишает Александра Невского субъектности в его поступках, считая его действия объектом обстоятельств. По его мнению, Александр Невский «не совершал… никакого судьбоносного выбора – его самого выбирали ордынские ханы, а он лишь исполнял их волю и использовал их силу для решения своих сиюминутных проблем». Конечно, Ярослав Всеволодович (отец Александра Невского) сыграл немалую роль в формировании отношений Руси с Золотой Ордой в период монгольского нашествия и после него. Он был первым русским князем, который посетил ставку хана Батыя после окончания монгольского нашествия в 1243 году. В том же году Батый признал Ярослава Великим князем Владимирским и выдал ему ярлык на княжение. Александр Невский, в свою очередь, не только продолжил линию отца, но и приумножил ее. Он проявил себя как дипломат в большей степени в отношениях с Ордой, стремясь предотвратить конфликты и сохранить стабильность для Руси. Его политика сопровождалась неоднократными поездками в Орду, чтобы в изматывающих тяжбах с Ордой договориться во избежание новых карательных экспедиций со стороны Золотой Орды.
Он стал одним из первых государственных деятелей не только на Руси, но и в Европе, кто в тот период положил начало диалогу Запада с Востоком, христианства с исламом. По этому поводу историк А. Горский писал: «Согласно точке зрения русских ученых Г. Вернадского и Л. Гумилева, А. Невский, пойдя на союз с Золотой Ордой, предотвратил поглощение Северной Руси католической Европой и тем самым спас православие – основу самобытности русских людей и русской государственности. Свой судьбоносный выбор между Востоком и Западом в пользу Востока он сделал после двухгодичной поездки в Орду. С одной стороны, он убедился в силе Монгольской империи, а с другой – увидел, что монголо-татары не претендуют на непосредственный захват русских земель, ограничившись вассалитетом и данью. Они не собирались посягать на православие, поскольку считали: пусть священники молятся за процветание Золотой Орды».
Для сравнения: радикальный поворот Петра I к западным ценностям (несмотря на почитание им Александра Невского как воина и святого), принижение, а зачастую и попрание православной церкви, русских традиций и культуры народа привели к мощному духовному и политическому кризису в российском обществе. Кризис принял перманентный характер и завершился распадом государства после Февральской революции 1917 года.
Петр I, на английский манер ликвидировав патриаршество, стал во главе православной церкви, превратив ее в институт государственной власти. В «Духовном регламенте» от 1721 года, принятом при Петре I, провозглашалось, что император является «верховным защитником и хранителем догматов господствующей церкви и блюстителем правоверия и всякого в церкви благочиния». Император допустил открытие британских масонских орденов в стране. Священник из духовного лица превратился в государственного служащего, в задачу которого входило информирование представителей царской власти обо всех противоправных мыслях и поступках мирянина, высказанных о них на исповеди. Выражаясь современным языком, священник стал осведомителем. Была нарушена тайна вероисповедания.
В романе Д. Мережковского, выдающегося русского писателя, «Петр и Алексей», отмечается, что в народе тогда сложилось мнение: «Церковь служит государю-антихристу». Обвиненный в государственной измене, царевич Алексей, умирая от пыток, кричал священнику: «Хамы, хамы все до единого! Церковь антихристу продали». «Православие сделалось лишь главной конфессией. Теперь не Церковь пребывала в империи и не империя была в Церкви. Церковь становилась как бы ведомством, обязанным обслуживать «государственный интерес». Петровские преобразования церкви положили начало падению ее авторитета у верующих. Этот процесс стал необратимым и продолжался в последующие исторические периоды, несмотря на подвижническую деятельность многих служителей церкви. Например, после отмены в 1916 году в армии обязательной ежегодной исповеди на Пасху через год, в 1917 году, по велению души пришло исповедоваться лишь 10% солдат.
Восточное направление развития Русского государства получило дополнительный импульс во времена Ивана Грозного, когда Сибирь была включена в состав России в результате военного похода отряда казаков под началом Ермака. Гениальный русский ученый М.В. Ломоносов в XVIII веке предсказал, что будущее России будет прирастать Сибирью. О приоритете восточного вектора государственной политики России в начале ХХ века говорили и богатейшие предприниматели, например братья Рябушинские. Их жизненное кредо состояло не столько в накоплении капитала, сколько в превращении страны в могучую державу. Они предлагали отгородиться от Запада «железным занавесом» (термин впервые был употреблен П.П. Рябушинским в 1916 году. – В.К.) и создать антизападную коалицию с Китаем и Японией.
К.Н. Леонтьев, выдающийся русский философ, живший в конце ХIХ века, в работе «Византизм и славянство» подверг критике панславизм (чисто славянский подход к собиранию и развитию империи). Он писал, что греки и часть мусульманских народов гораздо ближе русским, чем даже болгары, сербы, а тем более чехи, словаки и поляки. Понимая несовершенство панславизма, К.Н. Леонтьев приходит к идее о евразийском характере функционирования России. В этом ракурсе Россия является своеобразным мостом между Европой и Азией и в то же время носителем переплетения европейской и азиатской культур. Позднее эта идея была развита «евразийцами»: Н. Трубецким, П. Савицким, Г. Вернадским и Л. Гумилевым. Интересно следующее суждение писателя Ф.М. Достоевского. В своих дневниках он записал: «В Европе мы приживальщики и рабы, а в Азии явимся господами. В Европе мы были татарами, а в Азии и мы европейцы».
Заслуживает внимания и научного осмысления тезис нашего современника, д.э.н., профессора М. Винокурова о необходимости более масштабного разворота всей экономики и политики страны в восточном направлении. Он считает, что «западный разворот России, начиная с Петра I, привел к тому, что были обескровлены восточные регионы страны, которые в течение всего этого времени выступали донорами такой политики. Мы нажили бесчисленное количество врагов в Европе. На полях сражений лежат кости миллионов русских солдат. В последнее десятилетие ХХ века мы потеряли все, что неимоверными усилиями приобрели на западном направлении… Не Европа, а Азия должна стать главным вектором во внешнеполитической и внешнеэкономической ориентации России». Исходя из вышесказанного, внешнеполитический разворот России в путинский период в восточном направлении соответствует истории и логике развития государства на протяжении нескольких веков допетровского периода. Но при условии: не превратить Россию в придаток могущественных восточных соседей.
Имя Александра Невского в любую историческую эпоху одинаково дорого всем людям, живущим на территории России. Это самый узнаваемый древнерусский князь. После смерти великого князя митрополит Кирилл обратился к народу со словами: «Чада моя милая, разумейте, яко заиде солнце Русской земли». По инициативе митрополита Макария, при всемерной поддержке царя Ивана Грозного Александр Невский был канонизирован православной церковью. В 1724 году Петр I основал монастырь в Петербурге в честь Александра Невского, куда были торжественно, с воинскими почестями перевезены останки князя. Александр Невский стал небесным покровителем города Петра, поскольку град был заложен на месте победы Александра Ярославича над шведами. После перенесения мощей князя в Санкт-Петербург по требованию Петра I последовал Указ Синода изображать на иконах святого Александра Невского не в монашеских, а в великокняжеских одеждах. С этого времени он изображался не как прежде – в коричневой ризе и мантии с куколем, закрывающим голову, а в красных сафьяновых сапогах и горностаевой мантии, в полный рост. Его грудь прикрывает кольчуга, а правая рука прижата к нательному кресту, что говорит о принадлежности к христианству. Позднее добавился меч в левой руке. Невский стал небесным покровителем города Петра.
В 1725 году императрица Екатерина I учредила орден Александра Невского как одну из высших воинских наград, просуществовавшую до Октября 1917 года. Во время Великой Отечественной войны по инициативе Сталина эта награда была восстановлена, но в советском варианте. Ею награждались командиры от взводов до дивизий включительно за личную отвагу и умелое руководство воинскими частями. В годы войны на денежные средства Русской православной церкви была создана воздушная эскадрилья имени Александра Невского.
Выдающиеся русские и советские художники Виктор Васнецов, Николай Рерих, Павел Корин изображали Александра Невского на своих картинах. Композитор Сергей Прокофьев одну из шести своих кантат посвятил этому великому государственному деятелю и святому. Советский кинорежиссёр Сергей Эйзенштейн по заданию Сталина снял в 1938 году художественный фильм «Александр Невский», ставший классикой советского кинематографа, а главного героя в нем сыграл выдающийся советский актер Николай Черкасов.
Память о великом князе сохраняется сегодня в памятниках, названиях улиц и площадей, в освящённых в его честь православных храмах.
В телевизионном проекте «Имя России» (2008 год) участвовали рядовые телезрители, видные ученые, государственные деятели и политики, а также представители разных религиозных конфессий. В ходе обсуждения были рассмотрены 100 претендентов на звание «Имя России». Большинством голосов символом России был признан Александр Невский.
Историк С. Панкин написал на сайте «Евразия»: «Выбрав своим именем Александра Невского, Россия показала, что Запад со своими сомнительными ценностями больше не имеет над ней власти», «Слава Богу, Русский Народ избавился, наконец, от дьявольского наваждения навеянного дурманящим пением сладкоголосых сирен либерализма». Согласно Указу Президента Российской Федерации В.В. Путина, Россия широко отметила в 2021 году 800-летие со дня рождения Александра Невского. Тогда Патриарх Кирилл напомнил, что великий князь гениально верно осознал, что лучше заключить союз с теми, кто претендовал на кошельки (ордынцы), чем с теми, кто претендовал на души (тевтонские рыцари). Это позволило Древней Руси сохранить свою идентичность.
P.S. В начале февраля 2024 года так называемая Православная церковь Украины (ПЦУ), выполняя политический заказ своих кукловодов, не имеющих никакого отношения к православию, исключила князя Александра Невского из списка святых на Украине. Преследовалась явная цель: возвести стену недоверия, религиозной ненависти, посеять рознь на пространстве исторической Руси. В заявлении ПЦУ сказано: «Удалить из церковного календаря ПЦУ день памяти кн. Александра Новгородского (Невского), в схиме (в монашестве) Алексея, 23 ноября».
В.И. КОРНИЛОВ,
к.э.н., доцент, лауреат премии «Слово к народу»,
председатель Ярославского отделения РУСО