ПЕРВЫЕ ЖЕРТВЫ ПРОРЫВА

Впервые политические силы, которые ныне правят Россией, громко заявили о себе в начале 1990-х годов, когда они, позиционируя себя как либералов и реформаторов, под обещание за 6–9 месяцев построить рыночный рай для всех, получили от народа власть и согласие на реформы, но использовали власть для создания модели общества, в которой все богатства и ресурсы 1/8 суши Земли утилизируются в интересах этой группы лиц, ныне оформившейся в виде двух сословий – высшей бюрократии и крупных предпринимателей. Вот уже почти три десятка лет мы живем под властью либерал-реформаторов в ожидании обещанного рая, и все яснее, что при этой власти такое в принципе невозможно.
Чтобы не выглядеть предвзятым (как являющийся одним из миллионов пострадавших от действий правящих либерал-реформаторов), обращусь к свидетельству беспристрастного лица – иностранца. Президент Центра национальных интересов (США) Дмитрий Саймс поведал россиянам интереснейшие воспоминания на телевизионном политическом ток-шоу (ТВ «Россия-1», 16.05.2018): «Я очень хорошо помню мой разговор с Егором Гайдаром много лет назад, я думаю, что это был год 92-й… Когда Егор вошел, я его встретил, и он мне сказал: «Дмитрий, вот я вижу, что у вас плохое настроение, что у вас чуть ли не слезы в глазах. В чем дело, кто вас обидел?» Я ему сказал: «Вы понимаете, никто меня не обидел, вообще у меня все хорошо. Но вот я шел от гостиницы «Националь» до «Савой» и проходил через подземный переход через Тверскую, и вот я там видел этих старичков, старушек, которые стояли там, продавали свои какие-то бутылочки, какую-то старую одежду, и я видел тот уровень человеческой беды и человеческого отчаяния, который мне было трудно принять». И Гайдар мне сказал так, слегка покровительственно: «Дмитрий, а вам пришло в голову, что эти люди, может быть, впервые делают что-то общественно полезное?» И вот я вдруг понял, что с этим человеком я не смогу договориться, потому что это вопрос не интеллектуальный, это даже не вопрос моральный, это вопрос эмоциональный. Ты вот либо испытываешь боль и страдания своего народа, или ты их не испытываешь, и чего человеку не дано – ну чего с ним спорить». Далее Д. Саймс выразил удивление тем, что если российские либералы до такой степени не уважают свой народ и видят в нем просто быдло, то зачем они вообще принимают участие в политической борьбе. Даже постороннего иностранца поразила специфичность менталитета российских либерал-реформаторов и уровень их презрения к народу.
Эти высказывания навевают воспоминания о некоторых диких для русского менталитета публичных высказываниях лидеров либерал-реформаторов 1990-х годов о том, что 30 млн человеческих жизней есть нормальная цена за «реформы», что кто хочет выжить, должен крутиться на нескольких работах, что у кого нет работы, пусть собирает грибы, что государству строить жилье не нужно, потому что по мере вымирания населения оно высвобождается, что вымирание советских пенсионеров полезно для окончательной победы идей либерализма и демократии и пр., которые формируют вполне определенную и мрачную картину идеологических принципов, жизненных установок, морально-этических норм правящих страной либерал-реформаторов. 
Результаты почти тридцатилетнего правления Россией либерал-реформаторами плачевны. 
Выше показано, что сотворили они с Россией в демографической сфере и сфере доходов населения, а теперь обратим внимание на результаты их деятельности в экономике.
Производство, по данным ООН, в 2016 году составило в России 85,1% от уровня 1990 года (это уровень 1984 года), в странах «семерки» – 126,0%, а в Китае оно выросло в 9,6 раза относительно уровня 1990 года. Нижняя точка обрушения производства России пришлась на конец ельцинского правления (1999 год) и составила 49,7% уровня 1990 года (это уровень 1972 года). За рассматриваемый период в России разрушены многие отрасли по производству сложной продукции (станков, тракторов, авиации и др.) и в значительной мере – сельское хозяйство (зарастает лесом треть посевных площадей, поголовье скота сократилось до 1/3). Разрушение производства особенно сильно ударило по образу жизни средних и малых поселений, в которых советские предприятия были закрыты без создания новых производств, а советские социальные объекты были «оптимизированы».
В советской России действовало 26 900 промышленных и 25 800 сельскохозяйственных предприятий, которые обеспечивали работой жителей 1112 городов, 1192 поселков и 153 124 сельских поселений. Либерал-реформаторы объявили советские предприятия неэффективными, оценивая их с циничной и примитивной позиции алчного индивидуума-собственника, отбрасывая как неважные факторы общественного и национального значения. Предприятие – это прежде всего ядро, вокруг которого создается человеческое поселение, возникает инфраструктура, обживается и осваивается природа, от которого отходят линии сообщения в другие пункты страны и пр. Вот только один пример: граждане, работающие на этих «неэффективных» предприятиях, выращивают и безвозмездно передают государству человеческий капитал, своих детей, которые становятся строителями и защитниками страны; а по оценкам экспертов правительства США, выращивание каждого ребенка до возраста 17 лет обходится семье в 242 тысячи долларов США. С закрытием предприятия все связанное с ним хиреет и территории рано или поздно становятся безжизненными и брошенными. Вернув к жизни и модернизировав остановленные и погибающие советские производства, особенно в средних и малых поселениях, мы можем оживить провинцию и восстановить процесс освоения и заселения страны.
Результаты деятельности государства либерал-реформаторов в экономической, социальной, демографической сферах демонстрируют их явную неконкурентоспособность и непрофессионализм по сравнению с государствами как капиталистического, так и социалистического уклада (Китай по конституции является «социалистическим государством демократической диктатуры народа»). Но правящую элиту России это совершенно не удручает, она чувствует себя прекрасно и выглядит весьма довольной и не собирается менять устраивающую ее модель экономики. В чем тут дело?
«А весь мир нам завидует, весь мир, – а они нам завидуют, я вам точно говорю…» 
Чтобы определить приоритеты государства, не нужно проводить тщательного анализа всех его актов за почти три десятка лет; есть одна характерная черта России, которая отличает ее от цивилизованного мира и которая как лакмусовая бумажка раскрывает специфичные приоритеты и суть государства.
На прямой линии с Владимиром Путиным 7.05.2018 президент РФ, призывая страну к решительному прорыву, в частности, заявил: «Мы должны собрать все наши ресурсы – и интеллектуальные, и моральные, и финансовые». И мы наблюдаем, как государство начало мобилизовывать эти ресурсы: повышен НДС, взмывает ввысь пенсионный возраст, обсуждается предложение придать подсобным хозяйствам, садовым и огородным участкам стремящихся к самостоятельному выживанию граждан статус объектов малого предпринимательства и подчинить их государственным интересам со всеми вытекающими тяжелыми последствиями. Удивительно, что власть почему-то постоянно привлекают тощие кошельки бедняков, но не богатые кубышки «жирных котов».
В 2000 году президент РФ В.В. Путин одним из первых законов, подписанных после первой инаугурации, отменил прогрессивную систему налогообложения персональных доходов, которая применяется во всем мире, что было воспринято гражданами как циничная и корыстная акция правящего клана в составе высшей бюрократии и крупного бизнеса, не желающих отдавать значительную часть своих доходов на нужды общества и развитие страны.
Позднее В.В. Путин так обосновал полезность и необходимость этого решения: «Когда мы ввели плоскую шкалу, поступления по этому налогу за восемь лет возросли – прошу внимания – в 12 раз. В 12 раз! Эффект абсолютно очевидный… А весь мир нам завидует, весь мир, – а они нам завидуют, я вам точно говорю, я знаю, что я говорю! – И одновременно пояснил: – К сожалению, стыдно, может быть, об этом говорить, мы с вами не можем администрировать должным образом» (из речи в Государственной думе, 6.04.2009). Так и остается непонятным, почему в стране введена плоская шкала налогов: потому, что она выгодна стране, или потому, что «мы с вами» (?!) не в состоянии выполнять свои фискальные функции, которые запросто выполняются всеми государствами мира.
На графике показаны размеры фонда зарплаты и сбора подоходных налогов в процентах от ВВП за 22-летний период 1995–2016 годов в России и в странах «семерки».
Из графика видно, что, во-первых, введение плоской шкалы подоходных налогов в России с 2001 года не внесло изменений в объемы сбора налогов, а лишь легализовало существовавший уровень преступного увода доходов от налогов и, во-вторых, в странах «семерки» уровень сбора налога с персональных доходов втрое выше, чем в России, вследствие прогрессивных систем налогообложения.

[img=-7277]

В 2017 году количество ставок налогов по странам «семерки» варьировалось от 3 (Великобритания) до 7 (США и Япония), а в Германии ставка вообще гибкая, вычисляемая по формуле. С учетом страхового социального взноса с заработка (работник платит около трети его) в странах «семерки» обязательные максимальные вычеты из заработка составляют от 47,0% (Великобритания) до 56,1% (Япония), и взимаются они с частей заработка, превышающих средний по стране от 2,7 раза (Италия) до 14,6 раза (Франция). Россияне удивятся еще больше, узнав, что, согласно сообщениям зарубежных СМИ, крупный бизнес Германии и США обращается к правительствам своих стран с предложением повысить налоги для богатых, если это необходимо для разрешения социальных и экономических проблем страны; как это непохоже на поведение алчного российского крупного бизнеса, который не связывает свою судьбу с судьбой страны и народа, а видит в последних только объекты грабежа. 
Подоходный налог на заработок семейных работников во всех странах «семерки» снижается в зависимости от состава семьи и размера семейных доходов до половины, а во Франции и Германии работники с заработками, равными среднему по России, вообще считаются низкооплачиваемыми и подоходных налогов не платят. 
Система налогообложения персональных доходов в развивающейся стране Китае также прогрессивная с семью ставками в пределах от 0 до 45%. Средний заработок в Китае в 2016 году составил 5169 юаней, а ставки налогов применяются к части заработка, остающейся после уплаты работником страхового социального взноса по тарифу 8%. Эти ставки таковы: 
до 3500 юаней    0%

3500–5000 юаней……………………3%
5000–8000 юаней……………………10%
8000–12 500 юаней…………………20%
12 500–38 500 юаней………………25%
38 500–58 500 юаней………………30%
58 500–83 500 юаней………………35%
выше 83 500 юаней…………………45% 
(Pension at a glance 2017 OECD. Country profiles. China).

Отказ от общепринятой в мире прогрессивной шкалы налогообложения персональных доходов в России не соответствует статье 7 Конституции РФ, декларирующей социальный характер государства, и аморален ввиду общеизвестного преступного характера происхождения богатств нынешних «прихватизаторов» национального достояния; это они признают публично сами, об этом неоднократно заявлял также и президент РФ, каждый раз добавляя, что передела неправедно нажитой собственности не допустит.
Благодаря плоской шкале налогообложения вот уже 18 лет десятая часть доходов бюджета до него не доходит и не превращается в больницы, школы, дороги, зарплаты бюджетников, как это происходит в цивилизованных странах, а оседает в основном на банковских счетах кучки самых богатых людей страны. По данным журнала Forbes, если в начале первого срока президентства В.В. Путина (2000) в России не было ни одного долларового миллиардера, то ныне их 106 с совокупным состоянием 485 млрд долларов США, причем десятка самых успешных из них в 2017 году имела доход в пределах от 0,6 до 2,3 млрд долларов США на каждого. Более того, «крупные предприниматели» систематически получают еще и солидную финансовую помощь из бюджета, внебюджетных пенсионных средств и резервных фондов государства по случаю кризисов, санкций, опасности банкротства. 
В начале 1990-х годов либерал-реформаторы совершили уникальную и невиданную доселе в мире акцию – государственную конфискацию сбережений всей жизни 124,9 млн россиян. Эти сбережения на конец 1990 года в 42 600 отделениях Сбербанка, находящихся на территории России, составляли 216,4 млрд рублей (82% годового фонда зарплаты россиян). По состоянию на конец 2017 года, с учетом дохода на вклад 2% годовых, внутренний долг государства перед вкладчиками Сбербанка достиг 53,174 трлн рублей РФ 2017 года (2 годовых фонда действительной зарплаты россиян). Но государство в нарушение принятых им же более 20 лет назад законов (от 10.05.1995 №73-ФЗ и др.) отказывается погашать этот долг, считая себя вправе манкировать как соблюдением гражданских прав людей, так и репутацией порядочного дебитора. Государство, именующее себя социальным, отказалось вводить цивилизованные налоги на толстосумов, чтобы ими погасить долг и загладить вину перед ограбленными гражданами, ныне глубокими и бедными старцами; интересы «жирных котов» для него священны и неприкасаемы.
Власть вынуждена подчас сама признавать неадекватность своих действий в сфере налогов. На Петербургском международном экономическом форуме 24–26.05.2018 первый вице-премьер А.Г. Силуанов предложил изъять часть доходов Москвы, которые она отбирает у провинции, в соответствии с Гражданским и Налоговым кодексами, устанавливающими, что предприятия отчитываются и платят налоги по месту регистрации исполнительного органа. Граждане будут удивлены, узнав, что, согласно данным Росстата, в 2016 году в Москве добыто и отгружено полезных ископаемых собственного производства на 966,5 млрд рублей, т.е. в городе Москве сосредоточена почти 1/10 часть всех полезных подземных ископаемых и всей добывающей мощи страны (Регионы России. Социально-экономические показатели. 2017, табл. 1.1). С учетом изложенного региональные московские социальные расходы, и особенно программа реновации жилья, предусматривающая переселение 1,5 млн москвичей из крепких и пригодных домов в более комфортное жилье, выглядят не вполне этичными по отношению к ущемленной в правах и доходах провинции.

Заработная плата в России

Но представленный выше график интересен не столько тем, что он демонстрирует динамику фонда зарплаты и сбора подоходных налогов в России и зарубежных странах, сколько тем, что он вскрывает главный принцип, главную идею, на которой основано и стоит государство либерал-реформаторов, созданная ими модель общества и экономики, а также процветание правящей элиты.
Из графика следует, что доля зарплат в ВВП социального государства России составляет 25,7%, а средневзвешенная доля в капиталистических странах «семерки» – 41,5% ВВП, или в 1,62 раза выше. Иначе говоря, исходя из мировых стандартов оплаты труда российские работники получают только 61,7 заработанного.
На низкую цену труда как на уродливую черту «пореформенной» модели экономики, порождающую массу социальных и экономических проблем, много лет тщетно обращал внимание руководства государства академик РАН, руководитель лаборатории стратегии экономического развития ЦЭМИ РАН Д.С. Львов (1930–2007). Об этой особенности российской экономики прекрасно осведомлен президент РФ В.В. Путин, который, приглашая в Россию иностранных инвесторов, непременно обращает их внимание на низкую стоимость квалифицированного труда как на конкурентное преимущество российской экономики. Вопрос о необоснованно низкой цене труда в России неоднократно поднимала и газета «Советская Россия» (статья «Как победить бедность» в номере от 14.12.2017 и др.) 
Если предположить, что правящие либерал-реформаторы вдруг отринули свои жизненные принципы, прониклись сочувствием к народу и в рамках «настоящего рывка в повышении качества жизни людей» перешли от туманных обещаний улучшения дел к реальному внедрению цивилизованных норм цены труда и распределения заработков (включая снижение доли менеджмента в фонде зарплаты с 42 до 30%), то в применении к 2016 году это привело бы к росту фонда зарплаты страны с 24,224 до 35,117 трлн рублей, средней зарплаты по стране – с 28 011 до 45 378 рублей, в том числе зарплаты ординарных работников вдвое – с 19 328 до 37 813 рублей, а зарплаты менеджмента – на 16%. Разница в уровнях средних заработков менеджеров и ординарных работников снизилась бы с 3,8 до 2,3 раза.
При переходе к цивилизованному порядку оплаты труда рост фонда зарплаты наемных работников в размере 10,9 трлн рублей приводит издержки производства на оплату труда к мировым стандартам и принуждает собственников бизнеса отныне направлять прибыль не на собственное потребление, а на спасение бизнеса посредством модернизаций и новаций.
Последствия перехода к цивилизованному порядку оплаты труда для решения социальных и экономических проблем страны трудно переоценить: повышается качество жизни (доступность жилья, семьи, лечения, образования и т.д.), снижается уровень бедности, растут налоговые доходы и снижаются социальные расходы бюджета, восстанавливается воспроизводство населения, растет пенсионное обеспечение, в обществе возникает чувство социальной справедливости и доверие к государству…
В майских указах 2012 года были поручения правительству по повышению зарплат, но все они были глубоко провалены. Так, было поручение к 2018 году увеличить размер реальной заработной платы в 1,4–1,5 раза, но, по данным Росстата, за период 2012–2017 годов реальная заработная плата в стране выросла на 109,1%. Очень показательна добродушная реакция президента РФ на невыполнение поручений, изложенных в майских указах 2012 года, продемонстрированная в последнем Послании Федеральному собранию. Если добавить к этому, что исполнение поручений указов не было обеспечено ни финансами, ни планами мероприятий, ни поэтапным контролем исполнения, то становится очевидным, что выполнения амбициозных поручений майских указов 2012 года и не предполагалось, что указы были необходимы как прекрасно действующее анальгетическое средство со сроком действия 6 лет, выписанное для страдающего хронической бедностью населения.
В майском указе 2018 года тема роста доходов населения подана вообще в весьма оригинальной форме: она вскользь и дежурно, как надоевшая государству проблема, упомянута в начальной, общей, части указа («обеспечение устойчивого роста реальных доходов граждан») и вовсе отсутствует в детально расписанной основной части. Отсутствие указания на размеры задания по росту доходов практически обнуляет это поручение, делает его формальным и не требующим исполнения. Тема огромного раскола по доходам в указе вообще обойдена молчанием, поскольку правящий клан поднимать экономику не желает и не умеет, а в стагнирующей экономике что-то дать бедным можно, только отбирая это у богатой правящей элиты. 

Общественно-экономическая формация в России

А теперь пришла пора ответить на поставленный выше вопрос: почему правящую элиту России совершенно не удручает все увеличивающийся разрыв в экономической, социальной и демографической областях от ведущих зарубежных стран? Дело в том, что она оценивает ситуацию в стране не по общепринятым в мире критериям, а по своим собственным критериям, вытекающим из ее специфических идеологии, морально-этических принципов и жизненных установок, по критериям, которые принимают в качестве главного приоритета степень удовлетворения личных потребностей элиты в доходах и развлечениях. А курс на реальное развитие страны правящих либерал-реформаторов не только не привлекает, но пугает, поскольку он начинается со строгого учета и мобилизации всех ресурсов страны и перенаправления их из частных кубышек на решение национальных задач.
Почти тридцатилетний срок проживания под властью либерал-реформаторов позволяет нам не по научным источникам, а на основе собственного горького опыта дать либералам четкое и простое определение: это лица, которые свою свободу жить за счет окружающего их мира (они это именуют свободным предпринимательством) считают высшей ценностью, которая высоко парит над такими второстепенными ценностями, как Родина, народ, мораль, совесть, милосердие. Либералы считают труд не на себя, а на другого (включая нацию) неестественным и уделом слабоумных; они ненавидят истинно национальное государство за то, что оно, защищая интересы нации, ограничивает их свободу обращать простого человека из субъекта права в объект права, источник доходов и трудовой ресурс.
Внешне правящие либерал-реформаторы соблюдают все правила игры в цивилизованное общество. Они имитируют создание полного набора демократических аксессуаров, постоянно заявляют, что пекутся исключительно об интересах народа, и даже временами демонстрируют это на примере небольших послаблений и льгот для бедствующего населения. А опущенный в глубокую бедность народ им невольно подыгрывает, когда, в соответствии со своим национальным менталитетом (верой в справедливость, честность, милосердие, патриотизм посылаемой свыше власти) и вследствие мощной обработки его сознания со стороны сервильной команды обласканных властью журналистов, политиков, творческой и научной интеллигенции, несмотря на реалии, упорно и безосновательно верит в эти заверения и воображает, что является для государства целью, а не средством ее достижения.
Это противоречие российского государственного устройства особенно заметно со стороны, иностранцам, один из которых на телевизионном ток-шоу («Россия-1», 27.02.2018) сказал, обращаясь, по-видимому, в адрес правящих либерал-реформаторов: «Вопрос философский: мы считаем, что государство и международные союзы существуют для того, чтобы мы жили хорошо; вы считаете, что люди, ваши граждане, существуют для того, чтобы государство жило хорошо. Вот мы с вашей логикой, с вашей философией не согласны. Мы считаем, что русские люди должны жить так же хорошо, как все остальные европейцы».
Вышеизложенного достаточно, чтобы перейти к определению типа общественно-экономической формации, установившейся в России. Если по целям, принципам, методам, результатам деятельности в экономической, социальной и демографической областях государство либерал-реформаторов не относится ни к капиталистическому типу западного образца, ни к социалистическому типу китайского образца, то остается только третье – оно является государством феодального типа.
Государство либерал-реформаторов, по сути, рассматривает человека как свою собственность, как объект (а не субъект) права, как трудовой ресурс, потребляемый в процессе производства благ и утех для правящего клана. Оно, как рачительный помещик, использует человека с максимальной эффективностью, отбирая у него все возможное из создаваемого посредством регулирования размеров оброков (налогов) и барщины (уровня заработка), держа его постоянно на грани выживания. Государство отказалось от патернализма в отношении граждан (но не отказалось от сбора с граждан налогов, которые предназначены в первую очередь именно для помощи людям) и проводит курс на достижение высочайшей эффективности использования человека и максимальной экономии издержек на его содержание. Причем этот курс проводится под благими и модными лозунгами «раскрепостить потенциал человека, сделать его ответственным за себя, за благополучие своих близких… сократить избыточные социальные обязательства» (Путин В.В., 08.07.2000), коммерциализировать социальные услуги, «оптимизировать» созданные при советской власти социальные объекты и пр. 
Государство либерал-реформаторов скрупулезно подсчитывает и устанавливает оптимальные расходы на содержание трудового ресурса – чтобы еле выживал и ни в коем случае не жировал за счет и в ущерб государству. Прожиточный минимум в пореформенной России был установлен письмом Минтруда 11.11.1992 №60-8 в размере 0,35 минимального потребительского бюджета, определенного Госкомтрудом СССР в 1989 году и признанного советскими специалистами как уровень нищеты, обеспечивающий «удовлетворение физиологических потребностей на крайне низком уровне, не оставляющем возможностей для развития личности». Охватившие страну проблемы пожаров, наводнений, недоступности лечения и транспортного сообщения, развалов семей, роста преступности, коррупции и многие другие также являются следствием экономии на населении.
Это удивительно, но за 26 лет правления, несмотря на призывы и мольбы населения, либерал-реформаторы так и не предприняли никаких, даже притворных мер для устранения таких позорных явлений, как бедные работающие и чудовищное расслоение по доходам, потому что оба эти фактора являются именно теми принципами, на которых построены государство либерал-реформаторов и существующая модель экономики, а по сути – утилизации страны.
Государство либерал-реформаторов чувствует себя уверенно и отважно идет на риск жестоких антинародных акций, поскольку верит в надежность созданной системы укрощения народа, включающей аппарат управления сознанием масс, мощные силовые структуры (их удельная численность на душу населения вдвое выше мировой нормы), комплект управляемых институтов демократии и права и накопленный опыт («шоковый удар» 1992 года, конфискация советских сбережений, отмена прогрессивной шкалы налогообложения доходов и пересмотр трудового права в 2001 году, пенсионная реформа 2002 года, «монетизация» льгот и жилищная реформа в 2005 году, снижение пенсий на 10% в 2016 и др.).
К сожалению, положение в стране гораздо тяжелее, чем кажется на поверхностный взгляд.
Недавно один из участников политического телешоу предложил ответ на давно мучающий россиян вопрос: почему финансовые средства страны отправляются за рубеж, а не вкладываются в Россию? По его мнению, дело в том, что государственная бюрократия совершенно утратила не только желание серьезно потрудиться на благо Отечества, но уже и профессиональные навыки практической работы, и инструменты влияния на экономику; она боится больших казенных денег, ибо не знает, что с ними делать, как их обратить в реальные дела, и понимает, что они могут принести ей не просто ненужную головную боль, а крах карьеры с административными или судебными разборками. Следом эту мысль практически подтвердил и А.Л. Кудрин, министр финансов РФ в 2000–2011 годах, заявивший, что средства российских резервов действительно отправляются за границу потому, что в России нет проектов по их рациональному использованию.
По вопросу крайней необходимости коренных изменений в качестве управления и в повышении мер ответственности чиновников за порученное дело недавно публично выступил председатель комитета Государственной думы по бюджету и налогам А.М. Макаров, который привел такой пример: «У нас 12 000 объектов, которые должны были быть введены по федеральной адресной инвестиционной программе, это, поймите, это даже не сотни миллиардов, это триллионы рублей, просто не завершены и брошены, это опять же реальность, и у нас, скажем, за 16-й год количество таких объектов выросло на 1600. Знаете, они бросаются, туда зарываются, подчеркиваю, десятки миллиардов – вот это тоже наш резерв» («Рос-
сия-1», 28.05.2018). 
Счетная палата ежегодно докладывает о триллионе бюджетных средств, использованных не по назначению, и о триллионах рублей, выведенных за рубеж по незаконным схемам, но для исправления положения практически ничего не делается.
Государственная бюрократия серьезно уверена, что ее функцией является перекладывание по кучкам собранных со страны финансов, она или не понимает, или страшится осознать, что на ней в первую очередь лежит ответственность за экономику страны, за ее устойчивое развитие и рост доходов государства. Она просто не в состоянии реально широко и всесторонне развивать страну; она не знает другого метода укрепления финансово-экономического положения России, кроме как успешная распродажа топливо-энергетических ресурсов страны. В 1990 году Россия экспортировала 19% добытой нефти и 15% добытого газа (и примерно столько же нефти и газа вывезено в союзные республики в порядке межреспубликанского обмена продукцией), а в 2016 году Россия экспортировала 75% добытой нефти и 24% добытого газа на сумму 151,1 млрд долларов США, что составило 53% всего экспорта страны.
Государство либерал-реформаторов полностью утратило влияние на ход дел в экономике страны, но не может в этом признаться и отдать власть и продолжает вести страну к катастрофе.