С пустыми руками в поле




Предвесенним смотром готовности и устранения недостатков были когда-то областные совещания работников сельского хозяйства под руководством первого секретаря обкома КПСС дважды Героя Социалистического Труда  Александра Власовича Коваленко. Общей заинтересованностью тружеников в улучшении жизни достигнуты успехи села, за которые Оренбургская область дважды удостоена ордена Ленина.
А тут наш сбор – около тысячи ветеранов и наследников оренбургских хлеборобов на останках гиганта шелковой промышленности в мрачном блеске здешних непроизводительных затрат торгашества и развлечений. Здесь особенно ощущаешь сегодняшнюю разруху нашего сельского хозяйства. Многим памятен громадный рост капиталовложений в развитие всех отраслей производства и социальной сферы сел и деревень. И среднегодовой сбор зерна за последнюю четверть века советской эпохи держался на уровне 5 миллионов тонн, а при благоприятной погоде в десятой пятилетке превышал 6,2 миллиона тонн, в основном всемирно знаменитой оренбургской пшеницы. Однако за четверть века «реформ» вследствие разорения многоотраслевого сельского хозяйства словно оскудела земля-кормилица. В среднем годовое производство зерна в нашей области составило 2,5 миллиона тонн, вдвое меньше достигнутого за такой же предыдущий период советского времени.
Одно время и в годы реформ предпринимались хоть какие-то попытки возместить отнятое у села, руководители области, по старой привычке, старались использовать все возможности, чтобы помочь труженикам полей и ферм. Особенно губернатор А.А. Чернышев. Он лично по-деловому проводил такие областные совещания, практически каждый раз в рабочем порядке принимали участие министр сельского хозяйства России А.В. Гордеев, академики, управляющие столичными банками и другие руководители. А сейчас собравшиеся обескуражены: впервые областное совещание на пороге весны новый губернатор Д.В. Паслер не удостоил своим присутствием. Не удосужился ни один глава района. Всё опустили до уровня второстепенных лиц. Такого никогда не было. Это, как я думаю, неуважение к важнейшему народному труду, к собравшимся здесь со всей области руководителям и специалистам коллективных и фермерских хозяйств со всеми их наболевшими вопросами к власти, это неуважение в целом к сельскому слою населения. Об этом же свидетельствует многолетнее урезание финансовых средств, необходимых для планомерного удержания сельскохозяйственного производства в экономическом равновесии.
В базарном представлении нынешних реформаторов «поддержка» села – это подачка от купца нищему. 
Любители всё строить по западным образцам проявляют крайнюю скупость в отношении своего российского села. Вот и на сей раз, несмотря на все заявления о поддержке, ее вдруг решили делать выборочно. Нас огорошили заявлением о том, что сельхозтоваропроизводители, у которых число работающих больше 100 и которые тем самым по нынешней градации считаются средним бизнесом, отныне не подпадают под ежегодные государственные субсидии в виде так называемой погектарной поддержки. Она и раньше была урезана до копеечного уровня, а теперь додумались ее вообще не платить. 
Подсластили пилюлю середнякам. Взамен пообещали выдавать, «стимулирующую поддержку». Называют выделенные для компенсации затрат на удобрения 270 миллионов рублей. При этом поджаренное засухой и оставшееся без денег хозяйство должно купить удобрение, которое стоит 12–28 тысяч рублей тонна, внести его, получить заданную свыше прибавку в урожае, тогда компенсируют до 40% стоимости удобрений. Вот такое стимулирование – не поддержать в работе, а поманить компенсацией после хорошего урожая. 
Малому же бизнесу в постановлении, которое губернатор подписал 8 февраля, посулили в целях поддержки сельскохозяйственного производства по подотраслям растениеводства и животноводства предусмотреть субсидии на поддержку доходности в области растениеводства при выполнении 17 условий. Перечислять устанешь, а соблюсти – тем более.
Чем же не угодили сельскохозяйственные предприятия с численностью более 100 работников чиновникам. На мой взгляд, причина в том, что в результате ельцинских «реформ» 90-х годов не удалось уничтожить все колхозы и совхозы в стране. Коллективные хозяйства оказались на редкость живучими, сменили форму собственности с государственной в совхозах на коллективную и продолжают жить – иногда под другим именем – и довольно успешно производить так необходимую сельскохозяйственную продукцию. Одних производственных кооперативов (колхозов) зарегистрировано более 7500, а есть еще товарищества, акционерные общества, общества с ограниченной ответственностью – как правило, это вчерашние колхозы и совхозы. Почти все они могут быть отнесены к среднему бизнесу. Приходится констатировать: план всеобщей фермеризации провалился.
Теперь «реформаторам» неймется уцелевшие коллективные хозяйства с численностью до 250 работающих сломать, и тогда их обломки можно считать малым бизнесом.
А что собой представляют середняки? Вот, к примеру, в нашем колхозе, кооперативе имени Ю.А. Гагарина работает 196 его во всём равноправных членов. Сберегли животноводство, обрабатываем 20 тысяч гектаров земли, сеем зерновые и кормовые культуры, косим сено, заготавливаем силос. Помогаем кормами личным подсобным хозяйствам. А во многих коллективных хозяйствах на плечах и социальная сфера. У нас в растениеводстве занято всего 50 человек, а 146 работают в животноводстве. Потому что содержим 2200 голов крупного рогатого скота, в том числе 800 коров, полторы тысячи овец, 110 лошадей.
Решением применять задним числом стимулирующую поддержку среднего бизнеса в сельском хозяйстве стимулируется не применение удобрений, а ликвидация животноводства. По двум причинам: из-за отсутствия оборотных средств на посевную пойдет под нож крупный рогатый скот. На приобретение горюче-смазочных материалов, выдачу заработной платы и другие нужды. Ликвидация животноводства сократит численность работающих до 100 человек – как раз то, что надо для получения погектарной поддержки.
С прибытием нового губернатора слышны высказывания типа того, что у вас тут такое убогое сельское хозяйство, а вот в Калмыкии, в таких же условиях, получают урожаи по 30 центнеров зерна с гектара, надаивают по 5 тысяч литров молока от коровы. 
Что ж, хвала нашим товарищам по крестьянскому труду в Калмыкии, но и сострадание по общему с нами бедствию в селах и аулах. Среди обширных степей, полупустынь и пустынь они освоили под посевы почти в десять раз меньшую площадь, чем обрабатывают в Оренбургской области. Но усилиями «реформаторов» на сегодня в республике заброшено почти две трети полей – соответственно, уменьшился и сбор зерна.
Однако и степняки Оренбуржья всех поколений заслуживали, чтобы перед ними снимали картуз или по-казачьи брали под козырек. Хлеборобы и животноводы великим трудом создавали достаток в народном доме. В зоне рискованного климата показатели по погоде. Статистика свидетельствует, за последние 100 лет самый большой урожай с 4 миллионов гектаров зерновых удалось собрать в 1968 году – 17,4 центнера, а урожайность в среднем по области за 65 лет, с 1953 года – 9,3 центнера. Не отмахнуться от сурового климата. 
Оренбургская область славилась поднятой целиной, своими творцами общего благополучия и счастья. Уважением и любовью земляков пользовались комбайнеры дважды Герой Социалистического Труда Василий Макарович Чердинцев, Герои Социалистического Труда Александр Михайлович Юдин, Владимир Николаевич Кособуцкий, Евгений Николаевич Манин, Леонид Константинович Коваленко, Василий Григорьевич Задойный, шофер Фатрахман Хабибрахманич Мурсалимов, водивший автомобиль «Урал» с тремя прицепами. А всего в этом славном геройском авангарде социалистического соревнования – более 100 хлеборобов.
И что поразительно, никому не требовались обставленные десятками бюрократических предварительных условий дотации и «стимулирующие компенсации» на горючее, удобрения и прочее, столь же необходимое и естественное, как воздух. Да здравствует бережливость – и всё по потребности. И потому тогда внесение минеральных удобрений в Оренбургской области выросло до 87 миллионов тонн в год, теперь упало до 6 миллионов. При развитом животноводстве вносили на поля 11 миллионов тонн органических удобрений, зато ныне при разрушенных фермах – лишь 0,16 миллиона тонн. Не пора ли чванливым «реформаторам» посыпать пеплом голову?  
Еще одна проблема – недобросовестность страховщиков. Поводов для невыплаты страховки можно найти много. Например, нарушение агротехники, отсутствие возможности доказать сам факт наступления страхового случая и другое. Сегодня страхование – это бизнес, и притом доходный. Кто добровольно захочет расстаться с деньгами, а тем более при массовом обращении пострадавших в случае чрезвычайной ситуации.
Таким образом, в результате изменения условий господдержки сельскохозяйственного производства страны крестьяне остались без средств на проведение весеннего сева. Эффект «реформаторы» увидят непременно. 

Другие материалы номера