«Человек проходит, как хозяин…»




Хрустальным звоном отбивают куранты мелодию всем знакомой песни, и она слышится как своеобразный звуковой привет, соединяющий города и села, дальние и ближние рубежи страны с ее столицей, объединяя людей в одну большую семью.

И льется величественная мелодия «Песни о Родине» композитора И. Дунаевского на стихи В. Лебедева-Кумача, воплощая могучий образ нашей страны, запечатленный в звуках и таких знакомых, любимых словах. Этой песне ведомы секреты воодушевлять людей, вести за собой.

Родилась она еще до Великой Отечественной войны, в 1935 году, и впервые прозвучала в советском кинофильме «Цирк» – одном из первых звуковых музыкальных фильмов нашей страны, в котором встретились в совместной работе такие известные актеры, как Любовь Орлова и Сергей Столяров, ставил фильм режиссер Григорий Александров, стихи песен написал Василий Лебедев-Кумач, а музыку к фильму создавал Исаак Дунаевский.

После успеха « Веселых ребят « режиссер Григорий Александров и его коллектив взялись за новую картину. К участию в ее создании были привлечены выдающиеся мастера литературы: Илья Ильф и Евгений Петров работали над сценарием, автором темы был Валентин Катаев, диалоги писал Исаак Бабель.

За легкой формой циркового обозрения таились очень серьезные мысли, вызванные событиями тех лет: в Америке ку-клукс-клан расправлялся с неграми, в Абиссинии итальянские фашисты травили эфиопов газами. Как оплот интернационализма возвышалась над бурлящим миром наша страна.

И передовые мастера кино и литературы хотели рассказать миру об интернационализме советских людей и об их любви к своей стране, патриотизме интернационалистов.

 

[img=-20592]

 

Любовь к своей стране, служение ее высоким идеалам за годы Советской власти стали основой характера ее сыновей и дочерей. Но не кривя душой против правды, скажем, что такие слова и выражения, как «Родина-мать», «Отечество», не были всеобщими в лексиконе тех лет. Почему? Наверное, потому, что не так много времени прошло с тех пор, когда этими словами пользовались бесчестно и царь, и буржуазия, и белогвардейцы. Необходимо было время, чтобы забылось старое звучание этих слов и возникло звучание новое. Так что название «Песня о Родине» в 1936 году оказалось новаторским, смело утверждающим новое, подлинно народное значение слова «Родина».

Песня в фильме «Цирк» прозвучала не полностью. Первыми ее исполнили Любовь Орлова и Григорий Александров (да, за Сергея Столярова в картине пел сам режиссер).

Лебедев-Кумач и Дунаевский работали над песней полгода. Да, полгода, и не просто в течение шести месяцев время от времени возвращались к трудно слагающейся песне, но, как говорится, не отходя от стола и рояля, не зная ни покоя, ни отдыха. Ведь надо было спрессовать на одной страничке огромное содержание, а музыка должна была звучать и торжественно, и проникновенно.

Ни музыка, ни текст не удовлетворяли его творцов. Кумач и Дунаевский не могли остановиться на одном каком-то варианте слов, на одной мелодии. Варианты отвергались целиком, и песня писалась каждый раз заново. (Между прочим, некоторые песни, предназначавшиеся для »Цирка», в дальнейшем стали самостоятельными песнями, прозвучали в других фильмах. Известная песня «А ну-ка, песню нам пропой, веселый ветер» – это тоже один из первоначальных поисков главной песни для фильма «Цирк».)

Василий Лебедев-Кумач и Исаак Дунаевский работают над текстом песни.

Кумач был человеком скромным и сдержанным. Поэтическую работу он рассматривал прежде всего как труд, бессонный и бесконечный.

Вспоминая о работе над »Песней о Родине» в присутствии Дунаевского, Кумач, улыбаясь, упрекал Дунаевского: «Все жилы вымотали мы друг другу, особенно ты мне». Дунаевский не спорил: поэты знали, что более строгого редактора, чем Дунаевский, им не сыскать, он добивался точного звучания каждого слова, полного слияния текста и музыки.

Кумач и Дунаевский перечисляли варианты. Некоторые из них были очень хороши, но слишком серьезны, другие слишком легковесны. За полгода было написано тридцать пять вариантов. Тридцать пять!

И лишь тридцать шестой вариант удался. Поэт и композитор встретились (в который раз) с Александровым и его коллективом. Ощущение удачи, победы овладело всеми. Пели песню, повторяли ее несколько раз, еще вносили небольшие поправки. Наконец режиссер распорядился подготовить запись музыки.

1 января 1937 года в »Правде» было опубликовано Постановление Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР:

«За заслуги в деле развития кинематографического искусства и создание ряда советских песен, ставших достоянием широких масс, наградить орденом Трудового Красного Знамени композитора Дунаевского И.О. и поэта Лебедева-Кумача В.И.»

Смертельно больной Ильф записал в записной книжке: «Умирать все равно будем под музыку Дунаевского и слова Лебедева-Кумача». Не смешно…»

С первых дней демонстрации фильма «Цирк» «Песня о Родине» запелась повсеместно. Она стала событием в духовной жизни народа, его словами, музыкой его сердца.

После принятия Конституции 1936 г. в песне был дописан куплет о »всенародном Сталинском законе», который перестали исполнять в 50-е гг.

 

За столом никто у нас не лишний,
По заслугам каждый награжден.
Золотыми буквами мы пишем
Всенародный Сталинский Закон.
Этих слов величие и славу
Никакие годы не сотрут:
Человек всегда имеет право
На ученье, отдых и на труд.

 

В сюжете фильма «Цирк» была история с черным ребенком. Это отсюда вышла строка «Нет для нас ни черных, ни цветных». Маленького негра звали Джеймс Паттерсон, он был сыном американца, приехавшего в Советский Союз.

Отец мальчика: Ллойд Уолтон Паттерсон приехал в СССР из США в 1932 году, в эпоху Великой депрессии в возрасте двадцати двух лет в составе труппы Джеймса Хьюза. Хьюз прибыл с целью создать на основе своей труппы в СССР театр, но эти планы не осуществились. Вскоре Паттерсона как знающего английский язык пригласили работать в ЦК МОПР, а затем диктором отдела радиовещания на Северную Америку во Всесоюзный комитет по радиофикации и радиовещанию при Совете Народных Комиссаров СССР.

Мать мальчика: Вера Ипполитовна Аралова, украинская театральная художница, работала на Московской киностудии.

Как сложилась судьба мальчика?

Так, как и многие советские судьбы. Он был курсантом нахимовского училища, стал офицером-подводником. Начал писать стихи. Джеймс окончил Литературный институт имени Горького, выпустил несколько стихотворных сборников.

Маленький черный актер Джеймс Паттерсон – сын американца, приехавшего в Советский Союз. Любовь Орлова в роли его матери.

В 1949 году, будучи курсантом Нахимовского училища, Джеймс Паттерсон вновь встретился с Любовью Орловой и Григорием Александровым. Они приехали в Ригу на съемки кинофильма «Встреча на Эльбе», где Орлова играла шпионку, обольщавшую советских моряков. В перерывах между съемками актриса посетила училище. Она обрадовалась встрече с Джеймсом, показывала всем, как он вымахал и почти сравнялся с ней ростом. Детей у Орловой и Александрова не было, журналистам актриса признавалась: «Кто сказал, что у меня нет детей? У меня есть мой киносын – Джим». Впоследствии он часто приезжал к ним на дачу во Внуково, ходил на концерты Орловой. Актриса посещала его поэтические вечера.

В отдаленные области Союза фильм «Цирк» дошел не сразу – медленно печатались копии, медленно развозились по стране. А по радио песню передали почти сразу после записи. Через год после московской премьеры «Цирк» демонстрировался на уральском прииске «Журавлик». Молодежь разучила песню, полюбила, а увидев картину, комсомольцы отправили на киностудию «Мосфильм» восторженное письмо, где, в частности, говорилось: «Дорогие товарищи! Вы совершенно правильно сделали, что взяли народную «Песню о Родине» и вставили ее в свою картину…»

 

[img=-20593]

 

Пожалуй, такие строки – самая лучшая похвала, которую только могут получить и композитор, и поэт за свою работу.

«Песня о Родине» сыграла немалую роль в жизни очень многих людей.

В январе 1937 года в районе Кордовы в Испании в бою с фашистами погиб советский летчик – доброволец Владимир Никифорович Зотов. Накануне своего последнего боевого вылета Зотов написал письмо жене, Александре Зотовой. Письмо пришло на родину, когда героя уже не было в живых. Перед последним боем герой-доброволец писал: «Я погиб за революцию в Испании, в борьбе с фашизмом. Вспоминайте меня любимой моей песней – «Песня о Родине»: хороша страна моя родная, много в ней лесов, полей и рек, я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек». Шурик, расскажи сыну, кто был его отец и за что погиб».

И началась у могучей этой песни большая и славная жизнь. Не только в мирное время звучала она в полный голос, но и на фронтах Великой Отечественной, случалось, даже на самом поле боя. «Песня о Родине» вдохновляла наших воинов на подвиг. Партизаны-ковпаковцы, например, отправляясь в далекий поход, каждый раз пели именно ее…

В разное время «Песню о Родине» («Широка страна моя родная») исполняли певцы из разных стран. На немецком языке песню исполнял Эрнст Буш – немецкий актер и певец, антифашист, участник интернациональных антифашистских бригад в Испании и Италии. На английском и русском языках песню исполнял известный американский актер, певец и борец за свободу рабочих и цветных в Америке Поль Робсон. За исполнение советских песен в Америке подвергался репрессиям.

«Песня о Родине» завоевала популярность во всем прогрессивном мире того времени. Она являлась олицетворением свободы.

Григорий Васильевич Александров (режиссер фильма «Цирк») вспоминал: «Я слышал в Париже, как участники рабочей демонстрации шли с нашей “Песней о Родине”: “Я другой такой страны не знаю, где так вольно дышит человек…”

Однажды в Лондоне мне довелось выступать на митинге по случаю годовщины Октябрьской революции, а потом более девяти тысяч лондонцев запели по-английски: “Широка страна моя родная…” Зал, поднявшись, стройно, торжественно, вдохновенно спел “Песню о Родине” как привет английских друзей стране социализма, советскому народу. Видимо, эту песню знали все, и знали хорошо…»

Также «Песня о Родине» исполнялась и в иностранных художественных фильмах. Она прозвучала в исполнении детей в американском фильме «Северная звезда» 1943 года. В фильме описывается героическая партизанская борьба украинских колхозников против немецких захватчиков.

Вот такая она, история одной песни. Для многих миллионов советских людей эта песня стала как бы личным гимном. Не потеряла актуальности песня и в наши дни.

 

h5 {
position: relative;
overflow: hidden;
font-size: 12px;
font-weight: normal;
text-align: center;
}
h5 > span {
display: inline-block;
margin: 0 .3em;
}
h5 > span:before,
h5 > span:after {
content: »;
position: absolute;
width: 100%;
border-top: 2px solid #4e4e4e;
margin-top: .4em;
}
h5 > span:before {
margin-left: -102%;
}
h5 > span:after {
margin-left: 2%;
}

Песня «Широка страна моя родная»

Широка страна моя родная,
Много в ней лесов, полей и рек.
Я другой такой страны не знаю,
Где так вольно дышит человек!

От Москвы до самых до окраин,
С южных гор до северных морей
Человек проходит, как хозяин
Необъятной Родины своей!
Всюду жизнь и вольно и широко,
Точно Волга полная, течет.
Молодым — везде у нас дорога,
Старикам — везде у нас почет.

Широка страна моя родная,
Много в ней лесов, полей и рек.
Я другой такой страны не знаю,
Где так вольно дышит человек!

Наши нивы глазом не обшаришь,
Не упомнишь наших городов,
Наше слово гордое «товарищ»
Нам дороже всех красивых слов.
С этим словом мы повсюду дома,
Нет для нас ни черных, ни цветных,
Это слово каждому знакомо,
С ним везде находим мы родных.

Широка страна моя родная,
Много в ней лесов, полей и рек.
Я другой такой страны не знаю,
Где так вольно дышит человек!

За столом никто у нас не лишний,
По заслугам каждый награжден.
Золотыми буквами мы пишем
Всенародный Сталинский Закон.
Этих слов величие и славу
Никакие годы не сотрут:
– Человек всегда имеет право
На ученье, отдых и на труд!

Широка страна моя родная,
Много в ней лесов, полей и рек.
Я другой такой страны не знаю,
Где так вольно дышит человек!

Над страной весенний ветер веет,
С каждым днем все радостнее жить,
И никто на свете не умеет
Лучше нас смеяться и любить.
Но сурово брови мы насупим,
Если враг захочет нас сломать, —
Как невесту, Родину мы любим,
Бережем, как ласковую мать!

Широка страна моя родная,
Много в ней лесов, полей и рек.
Я другой такой страны не знаю,
Где так вольно дышит человек!

 


.hr-double {
margin: 20px 0;
padding: 0;
height: 1px;
border: none;
border-top: 1px solid #333;
border-bottom: 1px solid #333;
}

 

Пол Робсон признавался:

— Я не был готов к счастью, которое вижу на каждом лице в Москве… Я знал, что здесь нет голода, но я не был готов к быстрому пульсу жизни; чувству безопасности, изобилия и свободы, которое я нахожу здесь, куда бы я ни повернулся. Я не был готов к бесконечному дружелюбию, которое окружало меня с того момента, как я пересек границу. У меня был технически нерегулярный паспорт, но все это было отброшено нетерпеливой помощью пограничных властей. И эта радость, счастье и дружелюбие, это полное отсутствие каких-либо затруднений по поводу «вопроса о расе» тем более остро я себя чувствую из-за дня, который я провел в Берлине по дороге сюда, и это был день ужаса – в атмосфере ненависти, страха и подозрений.

— Я чувствую больше родства с русскими людьми в их новом обществе, чем я когда-либо чувствовал где-либо еще. Очевидно, что здесь нет террора, что все массы каждой расы довольны и поддерживают свое правительство…

Он выбрал Советский Союз в качестве наиболее подходящего центра для проведения своих исследований и в качестве единственной страны, которая безоговорочно предоставляет ему социальную и другую среду, в которой он может систематически завершать свои исследования и работать над этой новой формой художественного самовыражения…

Daily Worker, 15 января, 1935.

 

Другие материалы номера