Голодовка в «доме смерти»




1.

В конце июля общественность Уфы узнала новость: обманутые дольщики печально известного долгостроя на улице Кирова, доведенные до отчаяния, объявили бессрочную голодовку. Новость подхватили местные газеты, интернет-сайты, телеканалы. Вскоре она дошла и до Москвы. «Советская Россия» дважды публиковала сообщения. Теперь уже двух из пяти голодающих пенсионерок (одну – в начале акции, вторую – 28 июля) пришлось госпитализировать.

За первую неделю голодовки протестующих посетили полицейские, журналисты, представители прокуратуры и даже сам глава организации-застройщика, которого они обвиняют в своих несчастьях (он, правда, после разговора с ними написал на них заявление в полицию, а они – на него). Ценой подрыва своего и так неидеального здоровья дольщикам удалось в очередной раз привлечь внимание властей к своей, даже не скажешь проблеме, – беде. Представители государственных органов в очередной раз пообещали разобраться, наказать виновных и восстановить справедливость.

Но ведь эта голодовка третья с 2017 года. И два предыдущих раза люди в форме тоже давали дольщикам «твердые обещания». А еще в эти годы вместились бесконечные хождения по судам – районным, арбитражным; бесчисленные экспертизы; взаимные обвинения; «посадки»; публикации в прессе с обвинениями с двух сторон, потому что у организации-застройщика есть своя точка зрения…

История эта, увы, типичная для нашей постсоветской капиталистической жизни.

2.

Начиналось все, как водится, очень хорошо. В далеком 2009 году организация-застройщик – Региональный общественный фонд инвалидов по зрению «Луч» – объявила о поиске инвесторов для строительства дома в центре башкирской столицы – на улице Кирова. Как это часто бывало в те времена, граждане, желающие поучаствовать в долевом строительстве, должны были создать жилищно-строительный кооператив (ЖСК), найти организацию – подрядчика и профинансировать ее работу из средств кооператива. У фонда «Луч» было лишь одно условие: рядом с домом должен быть построен и реабилитационный центр для инвалидов по зрению.

Условия хорошие и предлагаемая цена тоже радовала – 42 тысячи за квадратный метр, при том, что в 2009 цена одного «квадрата» в центре столицы Башкирии доходила до 60 тысяч. Желающих нашлось немало, 99 человек. Дольщики создали жилищно-строительный кооператив (ЖСК) под красивым названием «Дуслык-строй» («дуслык» – по-башкирски дружба). Выбрали правление (председатель – В. Денисов, сопредседатель – Р. Абдрашитов), собрали 307 миллионов рублей и инвестировали их в строительство. Правление в лице Денисова и Абдрашитова нашло подрядчика – ООО «ЭнергоТехСервис» во главе с А. Чеботаревым, и работа закипела. За 2 года возвели 9 этажей, кое-где даже начали отделку, вставили стекла. Но затем строители заявили, что денег не хватает. Работа на объекте то тормозилась, то возобновлялась. Наконец, остановилась окончательно. Исчезли рабочие, потом – техника, и с 2016 года объект «заморозили» – он превратился в долгострой.

В недостроенном здании, брошенном на произвол судьбы, вскоре поселились бомжи. Они вынесли все, что можно было продать, разбили стекла… Развалины стали прибежищем наркоманов, преступного элемента. В 2018 году там в шахте лифта нашли тело студентки медуниверситета, которая пропала месяц назад. Хотя смерть признали суицидом, многие горожане в это не верят. Через некоторое время с верхнего этажа упала и разбилась насмерть 16-летняя девушка. Затем возле злополучного долгостроя нашли 9-классницу, она покалечилась при падении, но осталась жива. Уфимские газеты сообщали о том, что на бывшей стройплощадке находили и труп бездомного, и тело женщины с ножевыми ранениями… Зияющую оконными провалами многоэтажку стали называть в народе «домом смерти».

Все это время дольщики ходили по судам и искали правду. Нельзя сказать, что они ничего не добились. В 2018 году Кировский районный суд г. Уфы вынес обвинительный приговор против бывшего председателя правления ЖСК Валерия Денисова, сопредседателя Разифа Абдрашитова и директора ООО «ЭнергоТехСервис» Андрея Чеботарева. Именно Денисов и Абдрашитов заключали договора с дольщиками, которые в итоге остались и без денег, и без квартир. Суд счел эти действия мошенничеством. Из вложенных дольщиками 300 миллионов руководство ЖСК потратило на строительные работы только 100 миллионов, оставшиеся 200 – «испарились». Чеботарев тоже был признан соучастником мошенничества, но он успел бежать от правосудия на Кипр.

Справедливое наказание вороватых членов правления и подрядчика, конечно, порадовало дольщиков, но их жизненную проблему не решило. Стройка как была замороженной, так и осталась. Правоохранители не смогли вернуть деньги. По утверждениям осужденных, они все успели потратить. Правда, через год удалось добиться экстрадиции Чеботарева с Кипра. Однако даже арест Чеботарева и конфискация его имущества так и не решили финансовых проблем.

В 2018 году у пострадавших появилась новая надежда. Проблема обманутых дольщиков вышла на высший, государственный, уровень. Оказалось, сотни тысяч обманутых дольщиков по всей России потребовали внимания к их бедам. Президент Путин решил изменить закон таким образом, чтобы строительные компании могли получать деньги от дольщиков только по завершении строительства. И велел создать особый фонд для помощи обманутым дольщикам. Тогда фонд получил громкое название «федеральный Фонд защиты прав граждан – участников долевого строительства», которое потом было изменено на менее звучное «Федеральный фонд развития территорий». В 2019 году дольщики «дома смерти» в Уфе заключили с фондом соглашение и уж теперь были уверены, что все несчастья позади. Не тут-то было! Чтобы фонд начал вкладывать деньги в продолжение строительства долгостроя, по закону, нужно признание компании-застройщика банкротом. Но РОФ СРЦИЗ «Луч», возглавляемый Геннадием Дементьевым, известным в республике специалистом по реабилитации слабовидящих инвалидов, не согласился объявлять себя банкротом. Начались взаимные обвинения и судебные тяжбы.

Обвинения директора «Луча» в мошеннических действиях (дольщики утверждают, что «Луч» получил землю под домом бесплатно, не платя налогов, подделав документацию) суды не поддержали…

Дело все более запутывалось. Разобраться в нем мудрено даже профессиональным юристам… Как бы то ни было, добиться банкротства «Луча» дольщикам не удалось. В апреле 2022 года Арбитражный суд РБ отказал в назначении конкурсного управления в «Луче». Значит, нет банкротства. А это значит, что «Фонд развития территорий» не может начать финансировать продолжение строительства. Хотя субсидия уже выделена (для завершения строительства требуется 113 миллионов рублей). Этот юридический тупик и толкнул пятерых пенсионерок-дольщиц на голодовку 21 июля…

Они требуют банкротства организации инвалидов «Луч», чтобы немедленно возобновить строительство…

Однако простого решения тут нет, тем более что в деле очевиден и нравственный аспект. Бедных дольщиков, обманутых мошенниками из руководства их же собственного ЖСК, очень жаль. Более 10 из них уже никогда не увидят своих квартир – они уже ушли в мир иной, пока тянется эта история. Другие подорвали здоровье голодовками и хождением по судам. Безусловно, их проблему нужно решать и более того – нужно им компенсировать моральный и материальный ущерб – этого требует элементарная справедливость! Но многие представители общественности убеждены, что делать это нужно за счет преступников, а не за счет инвалидов.

Кстати, после экстрадиции с Кипра Чеботарева было арестовано его имущество, оцененное в 370 миллионов. Если это так, то непонятно: почему платить за строительство должны инвалиды и простые налогоплательщики?

Оставим в стороне вопрос виновности или невиновности директора «Луча» Дементьева. Кроме него (кстати, тоже инвалида по зрению) в организацию входят множество слабовидящих и слепых людей. Пока еще у них есть место, куда они могут приходить, общаться, заниматься спортом, тренироваться. Некоторые из них достигли в этом больших высот и даже стали участниками и победителями международных состязаний. Допустим, суд примет сторону дольщиков, «Луч» обанкротят, горемычные дольщики въедут через годик в долгожданные квартиры… а десятки инвалидов-спортсменов не просто лишатся реабилитационного центра, но и своей общественной организации, то есть окажутся на улице…

Представители Минстроя и прокуратуры РБ во время последней голодовки заверили протестующих дольщиков, что проблема будет решена в 2023 году – видимо, за счет госбюджета. Достаточно заглянуть на городские интернет-форумы, чтобы убедиться: многие уфимцы интересуются, правильно ли это. Припоминается история с супермаркетами. Как известно, бичом супермаркетов являются мелкие кражи. В некоторых магазинах вместо того, чтобы обзавестись хорошей охраной, потратиться на камеры наблюдения, поступают проще. Подсчитывают, какой убыток наносят воришки за месяц и… закладывают эту сумму в цену товаров! Получается, что добросовестные покупатели из своего кармана оплачивают безнаказанное воровство, а владельцы магазина при этом ничего не теряют! У народа растет понимание того, что руководство государства «решило» схожим образом проблему обманутых дольщиков в 2018 году. Создав федеральный фонд, руководство фактически расписалось в том, что оно не собирается искоренять причины мошенничества. Есть же бюджет, и за счет него можно залатать дыры…

3.

Проблема обманутых дольщиков носит системный характер и связана с характерными чертами капиталистического рынка. Зарубежный опыт доказывает: строительство с долевым участием – очень рискованное предприятие. Оно тем и привлекает людей, что квадратные метры еще не построенного дома стоят меньше, чем у готового жилья. Но в этом-то и суть вопроса: собранных средств всегда критично мало. Стоит, к примеру, ценам на стройматериалы скакнуть – и средств уже не хватает.

Выхода, собственно, три: 1) собирать новые взносы с дольщиков; 2) брать кредит в банке; 3) создавать «финансовую пирамиду». Обычно прибегают к третьему средству, потому что первые два, очевидно, малореальны (у дольщиков денег всегда не густо, а кредит нужно отдавать – и опять-таки за счет дольщиков). Суть строительной «финансовой пирамиды» проста: организация-застройщик выбивает разрешение на новое строительство, создается новый ЖСК, средства от него пускаются на то, чтобы достроить первый дом, а для второго дома создается еще один ЖСК. Когда-нибудь этот пузырь лопается – и дольщики последнего ЖСК остаются ни с чем… Именно так и работали множество застройщиков в России (по утверждению экономиста Т.В. Светник, до 80–90%) вплоть до 2014 года, когда на жилищном и строительном рынке РФ разразился кризис, ставший долгим эхом мирового кризиса 2008 года.

Между прочим, в экономически развитых странах (прежде всего – в Европе и в Японии) строительство с долевым участием скорее редкость. На Западе это могут позволить себе лишь богатые люди. Конечно, не миллиардеры, но и не бедняки – и даже не средний класс. Там жилкооперативы создаются для строительства элитного жилья. Опыт стран третьего мира (особенно Латинской Америки) показал: жилкооперативы бедняков, да еще и в условиях неустойчивого периферийного капитализма, то и дело «прогорают». В таких странах как Франция, Германия, Япония, не говоря уже о Швеции, Дании, Норвегии, бедняки живут в социальном жилье, которое строит для них государство и передает им на условиях пожизненной аренды (как это было и в СССР).

А знаете, какую долю в сегменте строительства жилья занимает строительство с долевым участием в современной Российской Федерации? На 2015 год – 70%! До этого было еще больше, но в середине

2000-х стало развиваться ипотечное кредитование…

Итак, очевидно: постсоветское государство не желает заниматься проблемой обеспечения граждан жильем. Обратите внимание, даже когда в 2018 году президент поднял проблему обманутых дольщиков, он ведь не пообещал развивать сектор социального жилья. Пусть народ сам ищет решение жилищного вопроса. При минимальной поддержке государства… Крупнейшие строительные организации – это бизнес-гиганты, возглавляемые миллиардерами… То же касается и ипотечного кредитования, которое так настойчиво продвигает и поддерживает теперь российская власть. Выгодополучатели здесь – крупнейшие банки, руководители которых – тоже миллиардеры, входящие в ближний круг правителей страны.

Сегмент социального жилья в современной России представляет собой небольшой рудимент советского прошлого. По действующему Жилищному кодексу право на социальное жилье имеют:

– люди, живущие в аварийном жилье;

– граждане, вовсе не имеющие жилья, или имеющие меньше 10 кв. м на человека;

– сироты, достигшие совершеннолетия;

– родственники больных, представляющих опасность для здоровья окружающих…

И сколько при этом надо пообивать порогов, чтобы добиться узаконенного?

Военные и правоохранители имеют у нас право на льготную ипотеку. Наконец, чиновники получают единоразовые жилищные субсидии для покупки жилья. В 2019 году Кабмин выделил на это около 10 миллиардов рублей…

Все остальные – а их большинство! – отправляются либо в кабалу к банкам, либо рискуют своими кровными, становясь дольщиками.

4.

Все, кто застал советские времена, знают, что в стране социализма все было иначе. Конечно, антисоветчики, услышав эти слова, развопятся про «проклятый жилищный вопрос», который «испортил москвичей». Но эти слова писатель Булгаков сказал про Москву 20-х, которая действительно лопалась от нахлынувших в нее со всех концов страны людей. Проблему приходилось решать путем уплотнения квартир «старых хозяев» и создания коммуналок. Но уже в 1930-е началось строительство жилья (знаменитые «сталинские дома»), которое прервала война. В 1960-е страна покрылась «хрущевками», куда переезжали обитатели бараков и частных домишек. В 1970-е строительство развернулось такими масштабами, что трудно найти советский город, который не прирос бы тогда несколькими новыми районами. Если бы не «катастройка», то за 1990-е (то есть за XII и XIII пятилетки) жилищный вопрос в СССР был бы, без сомнений, окончательно решен. Собственно, партия и обещала квартиру каждой советской семье к 2000 году (к началу XIV пятилетки). А такие обещания в СССР выполнялись!

Советские успехи в области обеспечения граждан дешевым и доступным жильем вызывали огромный интерес на Западе. Новосибирский экономист О.Э. Бессонова отмечает, что страны капитализма охотно и широко использовали опыт советской жилищной политики. Англия стала копировать советскую систему распределения жилья еще в 20–30-е годы, и это помогло ей пережить Великую депрессию без массовых протестов и бунтов. После войны аналогичная советской система

жилобеспечения была выстроена во Франции. До сих пор в Пятой республике любой малоимущий может подать заявку на жилье, его ставят в очередь (как в Советском Союзе!), и через 4–5 лет он получает социальную государственную квартиру на правах пожизненной аренды. Государство даже оплачивает часть коммунальных расходов.

Только вот у нас, на Родине социального жилья, люди вынуждены скидываться на постройку дома – с риском стать жертвой мошенников… Потому что у нас был разрушен социализм – строй, при котором не было и не могло быть обманутых дольщиков.

В каком-то смысле история с уфимским домом на улице Кирова даже символична. В конце 1980-х годов неолибералы-западники, которые сами себя именовали тогда «демократами», обещали построить у нас «капитализм, как в Швеции». Наивные люди поверили, проголосовали за Ельцина в 1990-м – и получили недостроенную уродину с выбитыми стеклами, где творятся темные криминальные делишки, радость от которой только мошенникам, нажившимся на «реформах». Так зачем нам нужен этот обанкротившийся капитализм? Не лучше ли снова зажить в светлом, высоком, удобном социалистическом доме, где соседи – такие же, как мы, люди труда?

Другие материалы номера