В Сибирь, за песнями




Эти трое отправились в экспедицию, которая ими самими была названа «В Сибирь, за песнями», и привезли… Нет, это я неверно говорю, неправильно. Молодые авторы оставили в Сибири целый отряд песен, сразу полюбившихся молодежи. Привезли их в Москву, но главное – оставили в Сибири! Вообще говоря, циклы песен, рождающиеся в результате творческой поездки, – дело в советском песенном творчестве традиционное. Выезды поэтов и композиторов постепенно превратились в добрую традицию нашей творческой и общественной жизни. Но по опыту знаю – в поездке создается несколько песен, иногда даже много песен, а к людям во всеобщие друзья в лучшем случае попадает лишь одна. Если она станет всенародно известной, то и это чудесно. Другие, быстро уходящие в забвение песни выполняют роль безмолвных помощников песни, которая прославилась. А вот Пахмутова, Гребенников и Добронравов в результате первой в их жизни поездки в Сибирь создали целый букет известных ныне и любимых молодежью песен: «Девчонки танцуют на палубе…», «ЛЭП-500» (смелое решение – написать о линии электропередачи и так вот неблагозвучно назвать песню; а вот с тех пор это ЛЭП звучит поэтично!), «Куба – любовь моя» (первое исполнение, показ этой песни проходил в интернациональном клубе Братска «Глобус»), «Марчук играет на гитаре» (молодцы – рассказали в песне о живом, действующем, неугомонном комсомольце, еще и по фамилии назвали настоящей). К циклу присоединилась написанная раньше песня «Геологи» – она приобрела достоверность после встреч с геологами, была одобрена, утверждена своими героями. Ну, а о песне «Главное, ребята, сердцем не стареть» уже говорилось, как о результате сибирской поездки. Справедливость и точность требуют дополнения: втрое больше песен было написано, они прозвучали, роль свою сыграли, но на большую дорогу не вышли, широкого признания не получили. Это вовсе не значит, что были они плохи. Просто есть такой закон – я о нем уже говорил, – не могут пятнадцать песен запеться сразу. Запелись пять – это уже чудо, из ряда вон выходящий случай. Поездка молодых авторов в Сибирь была организована ЦК комсомола. Это была творческая командировка. Пусть на страницах юмористических журналов эта форма связи с жизнью постоянно высмеивается. Я не согласен с ироническим отношением к ней. Пахмутова, Гребенников, Добронравов ездили в Сибирь с исполнителями – молодыми певцами; когда они двигались на пароходах по широким сибирским рекам, то даже возили с собой пианино. Знакомились с людьми, завязывали крепкие узлы дружбы, выступали на звенящих комариным зудом опушках тайги, в дощатых клубах, на пристанях. Знаю, найдутся скептики, скажут: «Подумаешь, работенка! Вот если б они в тайгу пошли с геологами на все лето или бетон в плотину клали…» Я думаю, что от таких подвигов композитора и поэтов песен не прибавилось бы. Экспедиция за песнями делала свое дело, за что и надо быть благодарным авторам. Строители Братской ГЭС, молодежь других строек Сибири очень радушно принимали своих песенников. Не гастролерами, а товарищами были они. И остались друзьями на годы, не побоюсь сказать – на всю жизнь. О зеленом, молодом народе, бесстрашно штурмующем глубины тайги, о людях, плывущих навстречу утренней заре, о братчанах, ставших братьями, и написана эта песня. Не все мне нравится в ее тексте: мне кажется, что образ «зеленое море тайги» несколько отягощается и даже разбивается предшествующими словами «о чем-то поет». Это тяжеловато для песни, трудно петь. Но вот я критикую, а песню между тем поют – значит, авторы правы. Поездка композитора Александры Пахмутовой и поэтов в Сибирь оказалась для них не просто двумя месяцами жизни, но событием всей жизни. Ведь, казалось бы, что прочней и устойчивей, чем поговорка? Была поговорка, присказка: «В Москву за песнями», а молодые энтузиасты утвердили ее в новом отличном виде: «В Сибирь, за песнями». Из книги «Рассказы о твоих песнях».

Жизни не искал     ты ласковой да гладкой, И теперь припомнить вправе мы с тобой Первую палатку, Первую палатку, Вьюги над замерзшею, над дикой Ангарой.   А нынче отстроенный      Братск легендарен, И катер по морю плывет, Марчук играет на гитаре, И море Братское поёт.  Жил ты, друг и брат мой,     в Братске так, как надо, Пел про Бригантину, верил     в чудеса, И над эстакадой, И над эстакадой, Кажется нам, краны     поднимают паруса!   А птицы летят и летят     над плотиной, И солнце над морем встает, Марчук поет про Бригантину, И море вместе с ним поет.   Всё у нас сначала, сколько     б ни прошли мы, Будет вновь в тайге     морозная зима, Там на Усть-Илиме, Там на Усть-Илиме, Все начнется снова, словно      молодость сама!   Тайге его ярый характер     известен. Зовет его в путь Усть-Илим, Идет по жизни он, и песни, Как чайки, кружатся     над ним.   Ни годы, ни вьюги его     не состарят, Мечта с ним по жизни идет, Марчук играет на гитаре, И море Братское поет.

Другие материалы номера