Масштабные изменения — 2




<<< ПЕРВАЯ ЧАСТЬ

 

IV. Финансовый (инфляционный) кризис

Самый сильный удар по финансовой мировой системе нанесла совсем не СВО на Украине, а меры по борьбе с коронавирусом. Тот факт, что целые страны и даже регионы закрывались на карантин, останавливали производства и печатали деньги, чтобы поддержать привычный уровень жизни, не мог не сказаться на здоровье мировой экономики.

Последовавшая за антиковидными ограничениями санкционная война с Россией из-за Украины привела к разрушению логистических цепочек, кровеносной системы глобализации. Воздушный транспорт, морские контейнерные перевозки, железные дороги и трубопроводы, которые связывали воедино производителей и поставщиков по всему миру, начали терять свою эффективность Транснациональные корпорации, чей успех напрямую зависел от глобального разделения труда, начали терпеть убытки и сокращать производства. Все это вызвало глобальную инфляцию, которую усугубляет энергетический кризис.

Экономисты и социологи предупреждают: рост цен на топливо и сырье – самые опасные формы инфляции, так как они запускают рост цен на продовольствие. А когда дорожают продукты питания, люди выходят на демонстрации.

Сейчас в зоне риска находятся развивающиеся страны с неустойчивой экономикой и большой долей бедного населения. В самое ближайшее время социальных взрывов можно ожидать, например, в Иордании и Египте, которые полностью зависят от импорта продовольствия и углеводородов. У этих стран расшатанная финансовая система и высокий процент молодого безработного населения, которому нечего терять. Вооруженные столкновения демонстрантов с полицией уже происходят на Шри-Ланке, где рухнула экономика. Протесты не прекращаются в Перу, а в Индии толпы вышли на улицы, выступая против сокращений в вооруженных силах. Экономика Лаоса находится на грани дефолта, а в Колумбии средний чек в магазинах вырос в два раза.

Риски обрушения оцениваются как очень серьезные даже для богатых нефтью и газом монархий Персидского залива, у которых будут деньги, но не будет возможности вовремя и в необходимом объеме запастись продовольствием.

Неслучайно в таких знаковых журналах, как Foreign Affairs, печатаются статьи под заголовком «Конец Ближнего Востока».

Угрозу голодных бунтов можно использовать для манипуляции властями. Получившие контроль над запасами продовольствия государства смогут диктовать свою волю всем прочим.

Инфляция стала проблемой и для стран ЕС, и для США в 2022 г. В США, стране, где инфляция долгое время находилась под контролем и колебалась в пределах 2%, темпы роста цен в марте 2022 г. составили 8,5%, т.е. рекордный уровень за последние 40 лет.

Во Франции годовая потребительская инфляция в апреле 2022 г. продемонстрировала рекордные за последние 37 лет темпы, цены выросли на 4,8% в годовом выражении. В Германии инфляция по итогам апреля 2022 г. достигла максимального значения с 1990 года и составила 7,4%, тогда как в помесячном выражении темпы роста цен разогнались до рекордного за последние 40 лет значения, до 0,8%. Цены на бытовую энергию увеличились на 33,6%. (Ист. https://zaim.com/poleznye-sovety/).

В октябре 2022 г. инфляция в ЕС достигла 10,6%, а в США – 6,3% Повышение ключевых ставок ФРС начинает приносить плоды, хотя и медленными темпами. На этом фоне эксперты Bloomberg Economics полагают, что глобальная инфляция достигла пика на уровне 9,8% в годовом выражении в третьем квартале 2022 г. и теперь замедляется и может составить 9,5% по итогам четвертого квартала 2022 г., а к концу 2023 года достигнуть 5,3%.

В 2022 г. Россия занимает 1-е место по уровню инфляции в мире, с начала 2022 года она составила 10,65%, а в годовом исчислении – 12,63%. Стоимость товаров в России к концу 2022 г. увеличится на 13,2% по сравнению с декабрем прошлого года, услуг – на 10,2%, свидетельствуют данные прогноза социально-экономического развития на 2023–2025 гг. Наибольший рост цен ожидается в сегменте непродовольственных товаров, за вычетом бензина, – 15,2%. Продовольствие к концу 2022 г. подорожает на 11,8%, без учета плодоовощной продукции – на 13,8%. Непродовольственные товары – на 14,8%. Цены на услуги организаций ЖКХ вырастут на 11,2% (данные Минэкономразвития России).

Опрос ВЦИОМ осенью 2022 г. показал, что на еде сегодня экономит 35% населения России. 

  1. V. Долговой кризис

Долгие годы, чтобы стабилизировать свою экономику и снизить социальную напряженность, развивающиеся государства могли взять в долг, но сейчас для многих правительств такой варианта нет потому, что им не хватает денег на обслуживание уже взятых кредитов, проценты по которым для них выше, чем для стран со стабильной экономикой.

В мире в 2022 г. центробанки ЕС, США и др. страны стали повышать ключевые ставки. Ставка ФРС США за этот год выросла в 8 раз, с 0,5 до 4%. Банк Англии поднял ключевую ставку до 3%, ЕЦБ – до 2%. Так центробанки пытаются сдержать инфляцию. Такой резкий рост ставок губителен для перегруженных долгами экономик, так как для рефинансирования займов и правительствам, и бизнесу приходится занимать все дороже.

В среднем в ряде государств соотношение государственного долга и ВВП составляет почти 70%. Прежде эти затруднения сглаживали за счет программ рефинансирования, однако теперь крупнейшие банки (в основном американские), фиксируя рост риска невыплат по займам, будут сокращать дополнительные кредитные линии и выводить деньги с развивающихся рынков. По оценкам Международного валютного фонда, 41 страна находится в долговом кризисе (см. статистику ниже). Выход из него, вероятно, будет осуществляться по простой формуле: обмен долгов на собственность и независимость, при котором государства поступятся суверенитетом, корпорации – капиталом, а граждане – еще и некоторыми своими правами в пользу тех, у кого деньги есть.

Вся модель современной экономики предполагала рост именно за счет кредитов, но центробанки по всему миру для борьбы с инфляцией повышают ключевую ставку, увеличивая стоимость денег.

Ставка ФРС США за этот год выросла в 8 раз, с 0,5% до 4%, еще в январе 2022 г. это казалось немыслимым. Аналогичный процесс происходит в большинстве стран мира: центробанки пытаются сдержать инфляцию. Такой резкий рост ставок губителен для перегруженных долгами экономик, так как для рефинансирования займов и правительствам, и бизнесу приходится занимать все дороже.

В итоге у властей нет хороших решений. Если прекратить повышение ставок, инфляция вырвется из-под контроля и будет все сильнее разрушать сбережения, лишая банки источника пассивов. Плюс уже сейчас на новый долг, даже государственный, становится все сложнее найти покупателей – никому особо не хочется вкладывать деньги под отрицательную ставку.

Похожая ситуация наблюдается в той или иной степени во всех развитых странах, а это значит, что мир погружается в такой кризис, в котором прежние спасительные инструменты, такие как количественное смягчение (проще говоря, раздача дешевых денег) или повышение ключевой ставки, больше не работают.

В теории это должно привести к тому, что люди и компании будут меньше занимать, то есть меньше потреблять и меньше производить. Из-за этого начнется закрытие предприятий, что снизит конкуренцию и спровоцирует еще большее повышение цен, из-за которого потребление упадет еще сильнее. Правда, пока даже в развитых странах долг домохозяйств, корпораций и государств продолжает увеличиваться, так как, чтобы его сокращать, необходим рост прибыли.

В современной модели экономики собственники капитала и средств производства почти не делятся прибылью ни со своими гражданами, ни со своими государствами. Этому способствует автоматизация и перенос производств в места, где рабочая сила крайне дешева. Кроме того, крупнейшие корпорации почти не платят налоги, так как в совершенстве овладели инструментами их оптимизации через офшоры и другие схемы.

Например, такие технологические гиганты, как Amazon, Yahoo! или Google, платят всего лишь от 1,5% до 5% процентов налогов, в то время как корпоративный налог на Западе достигает 30%.

Всемирный банк в своих справках указывает, что за последние 50 лет в мире наблюдались 4 волны накопления долга, 3 из которых закончились кризисами – например, последний такой мощный шок был в 2007–2008 годах.

Сейчас идет четвертая волна кризиса, которую называют самой большой и опасной. В наступающем кризисе все, что считалось инновационным, перспективным и крайне прибыльным, теряет привлекательность. Капитализация тех же IT-компаний, которые обеспечивают поиск в интернете или транслируют фильмы и музыку, может достигать триллионов долларов, но их нельзя, условно говоря, съесть, переработать во что-то нужное или сжечь, чтобы получить энергию.

В переломные времена ценятся реальные ресурсы, что выводит на первый план те страны, которые имеют и контролируют ресурсы. Есть мнение, что главными бенефициарами от всего происходящего в экономике окажутся индустриальные и ресурсные государства, в частности Китай, Индия и Россия. Азиатские страны находятся в самом выгодном положении, поскольку там, в процессе международного разделения труда, были сконцентрированы значительные промышленные мощности, Россия обладает огромными энергетическими и аграрными ресурсами, а по итогам 2022 г. понятно, что РФ будет развивать свою промышленность. Таким образом, вместе наши страны производят и то, что требуется для удовлетворения базовых потребностей человека (продукты питания), и то, что повышает качество его жизни (например, автотранспорт). Это делает позиции Китая, Индии и России в условиях кризиса более выгодными, чем положение любой экономики, в рамках которой значительная часть ВВП формируется за счет сферы услуг или продажи информационного контента.

Конечно, слом старой формации – это серьезный кризис, который, так или иначе, ударит по всем странам мира. Однако у реальных экономик в целом больше шансов не только выдержать удар, но и занять лидирующие позиции в зарождающейся новой финансово-экономической системе.

В ЦБ РФ предположили, что разрыв накопленных долговых пузырей на финансовых рынках и ужесточение политики США вызовут финансовый кризис в 2023 году. Кризис будет сопоставим по масштабам с кризисом 2008 и 2009 годов.

Причины кризисов в том, что глобальная экономика, построенная на всемирной кооперации, дешевом российском газе, дешевых китайских товарах и дешевых американских деньгах, разрушена.

Запад предоставлял кредит, фактически экспортируя свой долг в ресурсные и производящие страны, а за это в обмен получал дешевые рабочую силу и ресурсы. Сберегающими странами были одни, а главным инвестором выступала западная транзакционная экономика, которая просто печатала деньги. Западная экономика, основанная на долларе, не может существовать без политического доминирования Штатов. Если США и доллар лишить этой функции, то мы увидим, как американская экономика моментально схлопнется и окажется не великой и самой крупной, а погрузится в кризис с падением уровня жизни населения. Потому что источник мировых денег, когда страны используют доллар, принципиально чужой.

Источником денег являются сберегающие страны – прежде всего Россия, Китай, Сенегал и др. – это ресурсные страны, и их уровень потребления гораздо ниже, чем уровень накоплений, которые они производят. Это сберегающие страны, а источником инвестиций и денег всегда являются сбережения. То, что эти сбережения сегодня находятся в одних странах, а распоряжаются инвестициями в других, стало возможно благодаря Бреттон-Вудской модели и тому, что мы используем единую валюту, которую считаем мировой, а на самом деле она является национальной валютой США и все. Этот период закончился, и теперь речь идет о пересмотре раздела мировой прибыли и передела цепочек мировой стоимости, а это сопряжено с резким падением уровня жизни на Западе, где был самый высокий уровень потребления, а также с дестабилизацией социальной обстановки, а следом и политической.

Подошла к пределам своих возможностей существующая модель суперкапитализма, когда глобальный экономический рост обеспечивается бесконечной кредитной экспансией и доллароцентричной финансовой системой с постоянно растущим долгом, процентными ставками и дефицитом сальдо торгового баланса США, когда национальные экономики годами поддерживались на плаву массовыми государственными и частными заимствованиями, что было возможно лишь в условиях сверхмягкой денежно-кредитной политики центральных банков.

Теперь это все постепенно уходит в прошлое вместе с завершением «эры дешевых денег». Но в России с 90-х годов дешевых денег для развития экономики страны никогда не было.

 

  1. VI. Сложности развития России в новых геополитических условиях

За десятилетия, когда Россия пыталась встроиться в мировую экономику, российская экономика превратилась в абсолютно рентную. Произошла деиндустриализация, и это была сознательная политика элит. Сегодня надо сделать обратный шаг. У России по-прежнему есть свои дешевые ресурсы, недорогая рабочая сила и остатки советской промышленности и технологической школы. Этим ресурсом важно эффективно распоряжаться.

Продажа ресурсов в огромных объемах не имеет смысла, т.к. Россия не получает в ответ на это недостающие нам технологии и товары. ЦБ РФ и Минфин России складируют чужую валюту в резервах или оставляют за рубежом (отмена обязательной продажи валютной выручки) и считают, что подобное обеспечивает нам какую-то экономическую безопасность. В любой момент наши деньги в валюте недружественных стран просто арестовываются и изымаются. А если не изымаются, то вам не дают на них ничего купить. Это значит, что такие деньги неликвидные и они ничего из себя не представляют. Это не деньги, а долговые расписки, и должник (в данном случае ЕС и США) вправе распоряжаться своими долгами так, как считают нужным.

Поэтому для России нужно поставить в приоритет внутренний рынок. Внешние обменные операции с Китаем ли, с Индией, с европейскими странами, с какими-то другими должны строиться на паритетной основе. Если мы продаем на миллиард долларов необходимых вам ресурсов, то мы хотели бы на этот миллиард получить те технологии или товары, которые нам действительно нужны.

Необходимо возрождать внутреннюю промышленность, образование, потому что на этом зиждется технологическая база и инженерный ресурс. Кстати говоря, в СССР инженерный корпус был одним из лучших в мире. Его еще можно и нужно возродить, так же как и образование, поскольку если ты не воспроизводишь интеллектуальный капитал внутри страны, то ты не воспроизводишь ничего и твой удел быть сырьевым придатком и обеспечивать другие государства, где есть интеллектуальный ресурс.

Встраиваться в очередную чужую модель с непонятными эффектами и результатами, для того чтобы всего лишь продавать свои ресурсы и получать за это дешевые джинсы, – это путь в никуда, как показала практика. В любой момент такая модель рвется, если вы очень сильно зависимы от чужой экономики. Это еще Джон Кейнс сформулировал в свое время, когда вырабатывалась Бреттон-Вудская система. Кейнс сказал, что вывоз своих активов в другую страну в погоне за прибылью и дешевыми ресурсами создает некие эффекты, но рано или поздно политические противоречия и конфликты перечеркнут все выгоды, которые вы получите от данного шага, и приведут к убыткам. (Д. Кейнс «Общая теория занятости, процента и денег» «Открытый журнал» https://journal.open-broker.ru/history).

Для России принципиально важно сменить подход. В течение длительного времени в приоритете у России было удовлетворение потребностей внешних контрагентов. И ровно на то, насколько мы удовлетворим их потребности, мы позволяли себе удовлетворить потребности наших внутренних контрагентов – граждан и населения. Российский внутренний денежный оборот и кредитная система зависели от доступа внешних кредитов и денег. Это принципиально порочная и несуверенная модель.

По мнению экспертов, если ЦБ РФ и Минфин России сохранит действовавшую модель, то все разговоры о политическом и финансовом суверенитете – не более чем разговоры.

«Между бухгалтером и финансовым директором огромная разница, потому что бухгалтер работает с издержками, что делают у нас Минфин России и ЦБ РФ, а финансовый директор работает с возможностями, кредитом. А кредит – не количество денег, а четко просчитанный проект с четко обозначенными эффектами. Это возможность использовать сегодня деньги, которые появятся в будущем. Вот что такое кредит – это мы залезаем в будущее. ЦБ РФ и Минфин России такого не умеют. Мы живем прошлым и настоящим, а Америка и Запад в финансовом плане – будущим. В данном смысле стратегически они у нас выигрывают. И пока мы не сменим подходы, они будут продолжать это делать. А подходы мы не сменим, пока не сменим кадры, потому что этих людей нельзя допускать до принятия стратегических решений. Это бухгалтеры. Они должны обсчитывать текущие платежи, а не стратегию роста России и национальные проекты. Это не их компетенция и функция, они органически не приспособлены к ней. Пока эти люди будут руководить нашей финансовой политикой и экономикой, мы продолжим оставаться придатком западного проекта. Или сменим долларовый проект на проект с юанем и станем периферией Китая. Главный вопрос в кадрах, потому что люди выращены в другой логике. Им в рамках МВА-образования произвели специализированную лоботомию, их лишили возможности самостоятельно мыслить. А человек, не способный самостоятельно мыслить, не может мыслить проектами дальше завтрашнего дня. Это одна из главных проблем в России». (Л. Крутаков: «Нам плюют в лицо, а мы говорим: «Ничего страшного, зато мы честные партнеры» // https://dzen.ru/a/Y5A8YO4byCm1TPK6)

В современной России на экономическом, финансовом и политическом уровне приоритеты не расставлены, нет единой стратегии, каждая компания действует по-своему. Взорвали «Северные потоки», а компании – интересанты думают, надо срочно восстановить объемы поставок. Но вопрос ведь не в том, чтобы сохранить объемы, а в том, надо ли нам их сохранять? Сколько нам нужно продавать и что в обмен надо получать? Россия продавала газ в Европу за доллары и евро, на которые ничего сейчас не может купить. Тогда зачем мы его продаем? Недавно западные банковские экономисты посчитали: например, Германия у нас закупала 20 миллиардов кубометров газа, а товаров на этом газе производила на 2 триллиона. Стократная разница прибавочной стоимости! Выгодно ли это было России? Если вы на рубль продаете, а вам обратно на 100 рублей дороже реализуют то, что произведенного с помощью рубля. То какая в этом большая политическая и экономическая выгода, не понятно. ЦБ РФ и Минфин России долгое время уверял всех, что нам это выгодно потому, что мы эти деньги экономим, складываем, а это повышает ликвидность наших внутренних товарных операций. Здесь применяли термин «ликвидность», который означает способность актива быстро превращаться в деньги без потери стоимости. То есть целью нашего финансово-экономического блока было как можно скорее все продать, ресурсы в том числе. Но это все накрученная, придуманная конструкция, которая держится на личных интересах определенной элитной группировки. Изменения в России произойдут тогда, когда вопрос суверенитета страны станет важнее сиюминутных и частных выгод.

 

VII. Проведение СВО на Украине

Начало российской специальной военной операции (СВО) на Украине стало поворотным моментом мировой истории

Наиболее очевидным последствием проведения СВО на Украине стало начало форсированной милитаризации мировой экономики, политики.

На полях СВО ежедневно уничтожается огромное количество военной техники. Для восполнения этих потерь оборонной промышленности РФ придется работать «по-стахановски» как минимум несколько лет. Аналогичные задачи возникают и на Западе: поставки вооружения Украине истощают арсеналы стран – членов НАТО. СВО для оружейного лобби – это как эпидемия коронавируса для фармакологических компаний. Производители танков, истребителей, беспилотников, переносных зенитно-ракетных комплексов (ПЗРК) в ближайшие годы обогатятся на сотни миллиардов долларов. Трендом всего западного полушария станет рост расходов на оборону. Для стран – членов НАТО планка установлена на уровне 2% ВВП, но с подачи американцев ее наверняка поднимут.

Аналитический портал RuBaltic.Ru написал, что начало СВО не привело к международной изоляции России. Санкции против РФ ввели примерно 20% стран мира, многие не поддержали их. Своеобразный бунт против США устроила Африка, которая в последние годы находилась на периферии интересов США, а влияние Москвы здесь, напротив, усилилось. Голосование в ООН показало, что число критиков Москвы уменьшилось почти в 3 раза – с 141 страны до 54 за короткий срок. Среди отказавшихся осудить Россию такие важные в геополитическом отношении страны, как Аргентина, Бразилия, Саудовская Аравия, Египет, Малайзия, Таиланд, Филиппины, ОАЭ, Индонезия, Мьянма и Мексика.

Это свидетельствует о провале формирования антироссийского фронта, который пытались сколотить США и НАТО. Хотя многие государства, прежде всего из стран ЕС и НАТО, все еще занимают активную русофобскую позицию. Так, согласно изданию «Форбс», в двадцатку стран, которые больше всех поддерживают Украину вошли Польша, Латвия, Литва, Эстония, США, Португалия, Британия, Италия, Испания, Словакия, Чехия, Франция, Канада, Нидерланды, Болгария, Дания, Германия, Норвегия, Румыния и Словения

Идет становление многополярного мироустройства, где сила и влияние коллективного Запада уменьшается.

Происходит так называемый транзит власти к другим игрокам в международных отношениях, что наглядно видно на примере Китая и США. По мнению некоторых экспертов Пекину явно выгодно как ослабление США, так и кризис на Украине — оба фактора способствуют накоплению могущества Китая, в первом случае за счет снижения инструментов влияния Вашингтона, а во втором, за счет определенного ослабления России (как по причине введенных Западом санкций, так и ограниченного военного истощения из-за проводимой операции). Хотя руководство Китая понимает и важность стратегического взаимодействия с Россие, как для обеспечения собственных тылов, так и для будущей поддержке в Совете Безопасности ООН при решении тайваньского вопроса. Последние события показывают, что Пекин намеренно пытается ускорить этот процесс, а противодействие, которое оказывают ему Тайбэй и США, создает предпосылки для более тесной работы с противниками гегемонии США (Ист. СВО на Украине и мировой баланс сил | Аналитический центр Катехон. Русский Имперский Ренессанс (katehon.com)

Индия также стремится изменить правила игры, обвиняя как ЕС, так и США в неадекватном поведении. При этом у некоторых стран, например, Саудовской Аравии, есть свои мотивы отказывать США по ряду направлений. Администрация Джо Байдена слишком критично относится к методам политического управления королевства, поэтому Эр-Рияду комфортней находиться среди автократов.

Текущая экономическая слабость западных стран, которая также наглядно проявляется в недееспособности правительств по многим вопросам социального значения, укрепляет веру в странах Африки, Азии и Латинской Америки в то, что время господства Запада заканчивается. Страны АСЕАН также готовы продолжать конструктивное взаимодействие с Россией по многим направлениям. В странах Латинской Америки практически не осталось государств, которые бы поддерживали открытый антироссийский курс, навязываемый им со стороны США.

Желание Запада сохранить превосходство, невзирая ни на какие издержки понятно, но выбранная западом в 2022 г. стратегия резкого разрушения связей, заморозки и конфискации активов тех, кто назначен противником, и отрицание принципов и логики существующего миропорядка делает неизбежным экономический и геополитический кризис уже в обозримом будущем.

Новый мировой порядок быстро создать в период усиливающегося хаоса не получится. Что-то новое способно проявиться лишь к моменту завершения такого периода. К тому же старая система, основанная на доминировании Запада, его финансов, стандартов и права, какое-то время будет еще сохранять формы и действовать в рамках собственных принципов и правил.

Сейчас стоит вызов перед крупнейшими державами Евразии, потому что сохранение превосходства Запада — это не что иное, как новая колониальная зависимость, не предусматривающая позитивных перспектив для большинства народов и стран. Этот вызов будет способствовать построению нового мирового порядка.

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ >>

Другие материалы номера

Приложение к номеру