Смертельные хвосты




По информации экологов из Greenpeace, 18 ноября из Германии с предприятия Urenco в Россию стартовал очередной эшелон с обедненным гексафторидом урана (ОГФУ). Экологи считают, что этот груз потенциально опасен для здоровья жителей городов, рядом с которыми находятся склады. Всего Urenco планирует отправить 12 тыс. тонн ОГФУ в Россию; уже отправлено, по информации Greenpeace, примерно 4,2 тыс. тонн.

Первыми скандал подняли немецкие СМИ, которые объявили, что до 2022 года Urenco поставит АО «Техснабэкспорт», входящему в состав «Росатома», 12 тысяч тонн урановых хвостов, а отгрузки из уранообогатительного предприятия в немецком городе Гронау уже начались. Об этом также сообщило министерство экономики, инновации, цифровизации и энергетики земли Северный Рейн – Вестфалия в ответе на запрос представителя Федерального союза гражданских инициатив в защиту окружающей среды Удо Буххольца.
С мая по сентябрь 2019 года в Новоуральск в Свердловской области уже было отправлено в общей сложности 3,6 тысячи тонн урановых хвостов. Поставки продолжаются, несмотря на то, что по российским законам запрещено ввозить ядерные отходы, а по немецким – вывозить из страны. Формально «Техснабэкспорт» оказывает компании Urenco услугу по дообогащению урана. Но немецкие экологи возмущены этой сделкой не меньше своих российских коллег.
«Мы считаем, что сама эта схема была придумана для того, чтобы избавляться от радиоактивных отходов в других странах, – говорит сопредседатель международной экологической группы «Экозащита» Владимир Сливяк. – У них тоже есть мощности, на которых они могли бы делать это дообогащение, но в этом случае у них останутся все отходы. И на любой вид их обращения и хранения надо было бы потратить на два порядка больше денег, чем нужно заплатить в Россию, где все эти отходы остаются. Мы знаем, что в этом году компании Urenco надо было строить новые хранилища для ядерных отходов, но она вдруг отказалась от получения соответствующей лицензии, а потом выяснилось, что Urenco вновь решила отправлять отходы в Россию. То есть для них это очень большая выгода, и главное тут то, что ничего не надо делать с отходами на своей территории». 
Урановые хвосты на предприятия «Росатома» из-за границы поставляли с 1996 по 2009 год. Все это время экологи требовали прекратить отгрузки. Акции протеста прошли во всех регионах России, куда ввозился отвальный гексафторид урана. По словам Сливяка, на данный момент в России на складах «Росатома» находится порядка миллиона тонн отвального гексафторида урана, и 15–20 процентов от этого объема было произведено за пределами РФ.
«Заявления Гринписа о ввозе радиоактивных отходов из Германии абсолютно не соответствуют действительности и являются дезинформацией, – говорит представитель пресс-службы компании «Техснабэкспорт». – Речь не идет о ввозе в Россию радиоактивных отходов. Обедненный уран – это полезное сырье, которое используется на российских обогатительных предприятиях для производства обогащенного урана. Уникальная центрифужная российская технология обогащения урана позволяет производить обогащенный уран из обедненного экономически эффективным способом. Таким образом, иностранный обедненный уран ввозится в Россию не «на захоронение», а на переработку до полезного продукта с его последующим вывозом обратно за рубеж».
«В России накоплено такое количество обедненного гексафторида урана, что в обозримой перспективе речь об использовании всего этого объема явно не идет, – говорит руководитель проектов энергетического отдела Гринписа России Рашид Алимов. – Да, использовать какое-то количество возможно и, когда говорят, что это будет использоваться в реакторах на быстрых нейтронах, это все выглядит как теоретические планы. Но количество урановых хвостов в России только увеличивается, а основной способ обращения с обедненным гексафторидом урана состоит в его хранении. Юристы, конечно, могут поспорить о формулировках, но хранение это все же не использование».
«Росатом», ответственный за ввоз урановых хвостов, решил пойти на диалог. Недавно состоялось заседание общественного совета корпорации с участием экологов. В нем принял участие физик-ядерщик и член Российского социально-экологического союза Андрей Ожаровский, который рассказал в интервью Znak.com о том, почему он и его единомышленники категорически против ввоза немецкого ОГФУ в Россию, чьи интересы в этом замешаны и как возможно предотвратить этот процесс.
– Урановые хвосты – это отходы обогащения урана. Большинство атомных электростанций не могут работать на природном уране. Поэтому концентрация одного из двух естественных изотопов урана должна быть повышена примерно до 4%. Процесс обогащения урана общий и для производства бомбы, и для производства топлива. Сколько отходов остается при производстве продукта? Отношение примерно такое: на одну тонну продукта остается шесть-восемь тонн отходов в зависимости от степени обогащения.
От сторонников ввоза урановых хвостов доводилось слышать, что у нас технология центрифужного обогащения самая эффективная и дешевая. Мощностей у нас много, потому что обогащение урана имело военное значение. Сейчас холодной войны и гонки вооружений нет, но при этом с тех времен ни один из комбинатов по обогащению урана не закрыт. Как раз огромный избыток мощностей по обогащению урана и оправдывает этот контракт. В теории его действительно могут использовать для дообогащения немецкого урана. Если в Россию ввозится 12 тыс. тонн урановых хвостов, то после дообогащения получается примерно одна тысяча тонн продукта и 11 тыс. тонн отходов. Продукт вывозится в Германию, все остальное это вторичные отходы от дообогащения, которые остаются в России. В любом случае цель Германии очевидна – избавиться от опасного вещества. А «Росатом» не хочет признать, что у нас уже есть миллион тонн своего и нам не надо чужого, со своим бы справиться.
К сожалению, контракт между «Техснабэкспортом» и Urenco, скорее всего, юридически соответствует всем законам. Но это не потому, что контракт хороший, а из-за того, что законы у нас плохие. В них очень хитро описано, что такое радиоактивные отходы: это «не подлежащие дальнейшему использованию материалы и вещества». Если в «Росатом» придет прокурор, то там ему скажут, что экологи что-то напутали, на самом деле это ценное вещество, вот у нас даже есть целая программа по его использованию. Действительно, несколько дней назад в «Росатоме» с нами, экологами, прошла встреча, где было заявлено о существовании «Программы госкорпорации «Росатом» по безопасному обращению с обедненным гексафторидом урана». Правда, нам эту программу почему-то так и не показали.
Чем опасен гексафторид урана? Это химически нестабильное вещество. В случае разгерметизации контейнера и контакта с воздухом он может принять растворимую форму и попасть на почву, в растения, в воду. Это принесет проблемы для окружающей среды и здоровья человека. При этом в Россию груз прибывает в таких контейнерах, о качестве которых мы плохо осведомлены. Утечки уже были. Об этом у нас есть документы от самой атомной промышленности. Например, в докладе Организации экономического сотрудничества и развития утверждается, что при утечке ОГФУ в радиусе 30 километров может быть смертельная концентрация плавиковой кислоты для человека. И если это будет не один контейнер, а сотни, то будет катастрофа. Например, на место хранения может упасть самолет. Я, когда лечу над Ангарском, всегда вижу сверху эти поля захоронения и не могу исключать такого сценария. Я уже не говорю, что это легкая цель для злоумышленников, которые затевают какое-нибудь преступление против общества и государства.
На уже упомянутом мной заседании в «Росатоме» нам заявили, что они собираются избавиться от накопленного ОГФУ к 2080 году. Получается очень интересно. С одной стороны, они говорят, давайте будем завозить, это полезное вещество. А с другой, они только к 2080 году собираются перевести весь объединенный уран в стабильную форму, то есть форму оксидов. Установка, на которых это происходит, у нас в стране всего одна и находится в Зеленогорске в Красноярском крае. Если это не отходы, то зачем иметь специальную программу, чтобы от них избавиться?
Почему это выгодно Urenco, мне понятно. Просто немецкие промышленники нашли страну, где тоже есть обогащение урана и очень похожие отходы. Почему это выгодно «Росатому»? Мы не первый год знакомы с деятелями из этой корпорации, раньше они вообще совершенно серьезно собирались завозить к нам со всего мира отработавшее ядерное топливо. Сейчас говорят, что Россия умеет обогащать уран намного лучше, чем Германия, и тому подобное. При этом они продолжают рассказывать сказку о том, что вот-вот они изобретут новый реактор, для которого уран-238 станет топливом. В теории это возможно, но в мире реакторы на быстрых нейтронах не пошли – это слишком дорого и очень ненадежно. «Росатом» молчал, пока информация не попала в СМИ. При этом он так и не смог ответить на все наши вопросы. Например, нас интересовал вопрос, есть ли входной контроль качества контейнеров. Причем мы сформулировали этот вопрос письменно еще до заседания. В ходе заседания я передал гендиректору Алексею Лихачеву заявление Социально-экологического союза о том, что мы против сговора Urenco и «Росатома».
В результате этого сговора в нашу страну ввозятся тысячи тонн опасных веществ, и мы требуем разорвать контракт между дочерним обществом Tradewill Ltd. «Техснабэкспортом» и Urenco, поскольку он не соответствует интересам граждан России и ставит под угрозу жизнь и здоровье людей. Надеюсь, наше мнение будет учтено. Я считаю, что нужно просто остановить этот опасный бизнес, перестать ввозить чужие отходы и разобраться со своими. Вместо ввоза чужих отходов пусть «Росатом» реализует программу по строительству новых, пусть вкладывают деньги в то, чтобы площадки для хранения под открытым небом в Новоуральске, Северске, Зеленогорске и Ангарске исчезли.
Благодаря поднятой шумихе есть вероятность, что Urenco вообще закроют. В Германии к 2022 году все атомные станции закроются, и стране обогащение урана вообще не нужно будет. Я думаю, что Urenco сильно пожалеет, что хотел свалить свои отходы к нам.
В Германии теме экологии придают большое значение. Поэтому я крайне оптимистичен, сейчас наша задача – понять маршрут транспортировки. Если такой же, как 10 лет тому назад, то отходы идут через Санкт-Петербург. А это же город-миллионник! Сценариев разгерметизации контейнеров масса. 12 лет назад мы ужаснулись, когда увидели, как транспортируются эти отходы. Стояли параллельно два поезда, один с нефтью, другой с отходами. И это все где-то не на дальнем перегоне, а в центре культурной столицы России! Случись что и очаг заражения – прямо в центре города.

Другие материалы номера