ХИЩНОЕ ВЗДУТИЕ




По проблеме инфляции и о том, какими могут быть ее последствия, я писала еще в 2012 году в письме к В.В. Путину (10 сентября 2012 года). Ответ на это письмо пришел мне из Министерства финансов 24 октября 2012 года за подписью В.А. Максимова.
Главной мыслью ответного письма было:
а) инфляция в рыночной экономике неизбежна;
б) приоритетной целью денежно-кредитной политики правительства является обеспечение ценовой стабильности.
Вот откуда этот нигилизм к инфляции и теоретическое ограничение ее действия лишь областью роста цен.
И что-то мне подсказывает, что эта концепция взялась не просто так, а из рекомендаций МВФ (Мирового валютного фонда), которые «не подлежат ни сомнению, ни обсуждению, а лишь безоговорочному исполнению».
Но жизнь показала, как беспощадно с течением времени инфляция опустошает все накопительные фонды, как беспощадно прокатилась по «обманутым дольщикам», уже не говоря о ежемесячном таянии зарплат и пенсий.
Все это свидетельствует о крушении концепции МВФ, ее несостоятельности. И даже больше. Я расцениваю ее как идеологическую диверсию, внедренную в умы ответственных работников, чтобы сокрушить экономику нашей страны. И это сработало!..
По признанию В.В. Путина, только «прорыв» может спасти страну.
Однако искать этот «прорыв» надо не у молодежи, а в смене экономического укла­да, в восстановлении государственного планирования и…
Но это уже другая тема. И о ней речь впереди.

Сегодня в среде экономических экспертов, пытающихся понять катаклизмы современной экономики, преобладает убеждение, что такое известное явление под названием «инфляция», сопровождающее нашу жизнь уже более 25 лет, это не что иное, как рост цен.
Один эксперт даже распределил такую «инфляцию» по отраслям. Он рассуждает: «…при общепринятой инфляции в 2,5%, в промышленности она составляет 7%, в транспорте – 8%, в энергетике – 5,7…» и т.д., обнаруживая этим, что рост цен для него – это исчерпывающая суть инфляции.
Однако проявление инфляции в росте цен – это лишь видимая сторона этого явления, но есть еще и ее невидимая сторона, более опасная, приводящая к катастрофическим потерям. Именно это у нас и произошло.
Термин «инфляция» в переводе с латыни означает вздутие, или наводнение сферы обращения денег избыточной массой купюр, излишней, по сравнению с потребностью товарооборота.
Поскольку бумажные деньги сами по себе ценности не имеют, а приобретают ее только путем замещения лежащих в недвижимости, в запасниках, драгоценных металлов или других материальных ценностей (в советское время это были еще запасы товаров), то сейчас, в постсоветское время, такой ценностью принято считать количество приобретенных долларов, что уже вызывает массу вопросов и сомнений.
Поэтому, количество бумажных денег в обороте строго ограничено. Вброс в сферу обращения других, ничем не обеспеченных бумажных купюр приводит к тому, что каждый рубль в обороте вынужден делиться своей стоимостью с пришельцами; его стоимость расползается по всей массе необеспеченных денег. Поэтому там, где товар стоил 1 рубль, после вливания посторонних денежных масс будет стоить уже 2 рубля, а то и больше – в зависимости от того, сколько посторонних купюр пришло в оборот. Вот такая потеря стоимости рубля и приводит к росту потребительских цен. В данном случае рубль теряет функцию «меры стоимости».
Но кроме потери потребительской стоимости рубль при инфляции теряет еще и функцию «накопления». Это означает невозможность сохранять стоимость денег при хранении. Иными словами, инфляция «съедает» деньги, отложенные на будущее. Этот момент всегда ускользает от внимания чиновников при власти, любящих создавать накопительные фонды.
Если потерю потребительской стоимости денег власть компенсирует «индексацией» зарплат и пенсий (в переводе на русский – производит денежную доплату из бюджета к зарплатам и пенсиям на процент инфляции в данный момент), то с «индексацией» накопительных фондов дело обстоит сложнее, потому что это совсем другой масштаб расхода бюджетных денег. Пенсионный фонд всегда буксовал с начала его создания, когда обнаруживалось с течением времени, что деньги в нем тают.
Я помню, как работники, приближенные к этому фонду, на телевидении разводили руками и признавались: «Никто не понимает, куда делись пенсионные деньги». Никто не объяснял, что деньги тают по тем же законам инфляции, что и зарплаты с пенсиями.
Сейчас то же самое. Это видно по тому, как исчезли все накопительные взносы граждан, делавшиеся совместно с государством лет пять тому назад. В пенсию новых пенсионеров 2017 года они не вошли.
А тут еще в конце 2017 года объявились обманутые дольщики с их недостроенным жильем. И эти проблемы оказались общегосударственного масштаба. 25 городов России не смогли достроить жилье из-за того, что «кончились деньги».
Дольщики, естественно, возложили вину недостроя на своих застройщиков, обвинив их в воровстве. «Жулье, отдай жилье!» – таков был лозунг митингующих челябинцев. А кого же еще винить?..
То, что и здесь проявился оскал инфляции, видят не все. Но власть и правительство понимают, что это их вина – допустивших такую разорительную инфляцию, – и безропотно будут достраивать.
Можно представить себе, какого размера прореху в государственном бюджете наносит этот невидимый финансовый монстр – инфляция!..
Из каких же источников правительство будет теперь брать деньги, чтобы достроить и жилье обманутых дольщиков, и пополнить Пенсионный фонд?
(О фонде капитального ремонта я уже не говорю. Он также тает. Но уже всем стало ясно, что эти деньги расходуются не по назначению. Фонд превратился просто в сбор податей – причем пожизненно. Этот фонд нужно немедленно отменить, так как его наличие отбрасывает страну к крепостному праву.)
Всего бюджета заткнуть эти дыры не хватит! Об этом говорил и представитель Государственной думы Макаров – что денег из бюджета не хватает для индексации Пенсионного фонда.
Теперь стало понятно, для чего так неожиданно, срочно была проведена пенсионная реформа. А именно: для того, чтобы сэкономленные деньги на удлинении пенсионного возраста пустить на все эти открывшиеся финансовые дыры.
Налоги на малый бизнес достигают сегодня 64% от дохода предприятия. Это означает, что государство через налоги забирает у предприятия весь резерв для повышения зарплат труженикам.
Глава министерства финансов Антон Силуанов поделился своими планами на будущее в программе «Познер». В его план входит передать процесс накопления денег для пенсии самим гражданам – так называемая программа «Индивидуального пенсионного капитала» (ИПК).
Это означает, что главный финансист страны и в будущем планирует решать эту задачу так же – через накопительную процедуру, только переложив ее на плечи потенциальных пенсионеров.
Но при этом он не проявляет ни малейшей заботы о том, кто будет индексировать накопительные взносы у этих граждан, откладывающих свои кровные для пенсии на старость, так как инфляция и у них тоже будет проедать эти накопления – ей ведь все равно: частные это деньги или государственные, потому что она – «стихия».
А задачу ликвидировать инфляцию до нуля Силуанов вообще не ставит. Похоже, он даже не задумывается над вопросом, почему тают деньги в Пенсионном фонде. Причастность к этому таянию инфляции будет большой новостью для него.
Возникает вопрос: почему современная Высшая школа экономики (ВШЭ) не обу­чает будущих финансистов законам денежного обращения?
Эти законы были давно изучены, и на их основе были разработаны меры по предотвращению инфляции. Они успешно применялись в советской экономике, поэтому в советский период в стране никогда не было инфляции. Деньги не теряли своей стоимости, цены не повышались в течение многих лет. Это давало возможность деньги копить.
Постсоветское руководство приняло страну именно с такой денежной стабильностью. И все думали, что это – естественная данность, которая существует сама по себе. Но это достигалось совместной работой финансистов правительства и Госбанка.
Учебные заведения, преподававшие денежное обращение, закрыли, как все советское, по известной логике, уже не первый раз опробованной: «До основания всё разрушим, а затем…» Ну, а «затем» получили инфляцию и непроизводительные расходы по латанию инфляционных дыр, вместо того чтобы направлять весь трудовой доход государства на инвестиции в промышленность.
Как показала жизнь, законы денежного обращения остаются неизменными при любой экономической формации и любом политическом режиме.
Мне кажется, что в истории Советского государства уже был такой же промах с денежными потоками – возможно, в первые годы советской власти.
И только горький опыт заставил изучить законы денежного обращения и выработать приемы для обуздания этой невидимой на первый взгляд денежной стихии.
Я окончила ЛФЭИ (Ленинградский финансово-экономический институт) в далеком 1954 году по специальности «Деньги и кредит».
Еще со студенческой скамьи я знала, что в государственной службе финансистов самое главное – не допустить инфляцию ни на один процент. Затем, работая в районном отделении Госбанка, я на практике узнала, как организован процесс сохранения неизменной денежной массы в обороте.
Поэтому сейчас мне дико наблюдать, как беспечно относятся современные финансисты к появлению и наличию инфляции – видимо, не понимая, какую разрушительную силу она несет для народного хозяйства.
Когда в 90-е годы банки отдали в частные руки, такой макроэкономический процесс, как денежное обращение, остался бесхозным, а для нашей огромной страны бесхозное движение денег – это катастрофа!
И результат этой бесхозной катастрофы мы сейчас увидели: во-первых, в постоянном бесконечном таянии Пенсионного фонда и, во-вторых, в проблеме «обманутых дольщиков», у которых деньги, отложенные на 3–5 лет, просто обесценились и растаяли, так же, как в Пенсионном фонде.
Казалось бы, такие общегосударственные провалы должны бы насторожить правительство и на первый план выдвинуть задачу №1: сократить инфляцию до нуля, чтобы впредь не иметь таких проколов. На решение этой задачи бросить все силы – вплоть до понижения тарифов на электроэнергию и газ.
Однако решительность выполнить эту задачу проявил только Центробанк. Вместо того чтобы подключиться к существенным результатам Центробанка, как говорится, «взявшись за руки», дополнить эти усилия своими мерами, экономический блок правительства предпринимает действия в противоположном направлении, а именно: повышает налог на добавленную стоимость (НДС) на 2%, что неизбежно обернется повышением инфляции на те же 2% (с 4% до 6%).
Что это значит?
Это выстрел себе в ногу.
Экономисты правительства работают вслепую, не видя последствий своих действий, решают не экономические, а бухгалтерские задачи.

Выводы и рекомендации

Наличие инфляции – это очаг финансовой нестабильности в стране, которая сказывается на всей хозяйственной деятельности государства.
Возможно, что именно инфляция, попятившая существенную часть национального дохода в 2018 году, и является одной из причин низких экономических показателей страны за истекший год, замедливших рост ВВП (прибавочного продукта).
Поэтому ликвидация инфляции является задачей №1.
Положительный пример показал Центробанк, снизив инфляцию до 3,5%. Правительство тоже могло бы внести свою лепту в этот процесс путем снижения тарифов на энергетику.
Но есть и более радикальный способ уничтожения инфляции…
1. Это – денежная реформа, а именно: замена денежных купюр на другие, уменьшенные в тысячу раз (то, что сейчас 1000 рублей, будет 1 рубль).
Новые деньги позволят снять с отечественной валюты инфляционную шелуху и вернуть рублю истинную ценность.
2. Для обеспечения финансовой стабильности страны необходимо, чтобы вся банковская система была в государственных руках.
3. Пока инфляция не снята с повестки дня, Пенсионный фонд необходимо передать в бюджет, чтобы деньги не залеживались без движения, а пересматривались ежегодно.

г. Шиханы,
Саратовская обл.

Другие материалы номера

Приложение к номеру