Поднимающие знамя




По представительству, на мой взгляд, это был, скорее, форум – собрались практически все левые и левопатриотические силы страны, а с учетом исключительно удачного места проведения, получилось весьма внушительно. При этом форум (я его так буду называть) получился не столько научным, сколько практическим, потому что в нем приняли участие, наверное, почти все известные политики и активисты левопатриотического движения в России и практики, живых выступлений и конкретных примеров было хоть отбавляй.
В рамках форума было проведено шесть секций – 21 декабря состоялись секции «Россия сегодня: народ и власть, протест и выборы», «Современное общество: классовая борьба и левопатриотические силы», «Глобальный кризис: война и мир». 22 декабря прошли секции «Социальное государство или неолиберальный тупик? Экономическая программа левопатриотических сил», «Как победить в информационной войне? Актуальный опыт левопатриотических СМИ» и «Национальный вопрос и права человека».

Ваш покорный слуга принял участие во втором дне работы – выступил на профильной секции «Национальный вопрос и права человека» вместе с главным редактором канала «День-ТВ» Андреем Фефеловым, журналистом Максимом Шевченко (он же был модератором секции), руководителем юридической службы КПРФ Вадимом Соловьевым, протоиереем Всеволодом Чаплиным и бывшим политзаключенным и известным политическим активистом Леонидом Развозжаевым.
Собравшиеся говорили, в частности, о том, что левые совершенно не представлены в так называемых «официальных» правозащитных структурах, хотя репрессиям подвергаются, вероятно, больше, чем все остальные вместе взятые, а потому необходимо создание собственной правозащитной организации. Привели в пример, в частности, выступление режиссера Александра Сокурова на Совете по правам человека, в который входят в большинстве представители либеральных и ультралиберальных взглядов. Режиссер Сокуров, по нашему мнению, занял весьма странную позицию – обрушился с критикой – на кого бы вы думали? Ну, разумеется, на губернатора Левченко. Видимо, у нас в стране нет других проблем в области соблюдения прав человека, о которых следовало бы сообщить президенту. Так или иначе, левым, которых, на наш взгляд, подвергают самым активным и разнообразным репрессиям, не приходится ждать защиты от так называемых официальных правозащитных структур.
В своем выступлении я, разумеется, просто в силу профессионального опыта дал обзор разного рода репрессий, которым подвергаются левые и левопатриотические активисты – начало собственно уголовно-правовым репрессиям было положено в 2004 году, когда за акцию против закона о монетизации льгот в Министерстве здравоохранения и социального развития РФ пятеро активистов ныне запрещенной Национал-большевистской партии были приговорены в 5 годам лишения свободы. Позже приговор смягчили, большинство освободили условно-досрочно, но у общества это дело вызвало просто шок, потому что ранее за подобные акции политические активисты получали максимум 15 суток административного ареста. Помню, отзывы на приговор можно было встретить в весьма далеких от политики компьютерных журналах. Вспомнили дело 40 нацболов, которые за участие в мирной акции в общественной приемной администрации президента РФ были сначала обвинены ни больше ни меньше как в попытке насильственного захвата власти с санкцией статьи до 20 лет лишения свободы, а потом обвинение было переквалифицировано на массовые беспорядки, большинство провели в тюрьме год, но 8 человек просидели от двух до пяти лет.
После этого такие процессы стали множиться, и мы вспомнили так называемое Болотное дело, по которому были осуждены наши товарищи Сергей Удальцов и Леонид Развозжаев, дело Владимира Бессонова, осужденного вопреки показаниям многочисленных свидетелей и видеозаписи происшествия, а также не забыли про разного рода административные репрессии, когда по надуманным основаниям, в основном связанным с реализацией права на свободу собраний и свободу слова, левые активисты подвергаются арестам или большим штрафам, а с редакций средств массовой информации взыскиваются разорительные суммы. Также, на наш взгляд, репрессиям, пусть и гражданско-правовым, подвергается, в частности, Павел Николаевич Грудинин, в преследовании которого и разорении его уникального предприятия мы видим прямую причинно-следственную связь с его участием в президентских выборах. И если так можно поступать с кандидатом в президенты, то почему так же и даже хуже не поступят с кандидатами в губернаторы, в мэры и просто конкурентами на выборах любого уровня?
Однако я призвал не идти по пути так называемых либеральных правозащитников и не ограничиваться только защитой активистов от разного рода репрессий и преследований. Все-таки задача левых и коммунистов прежде всего в защите самых главных прав человека – социальных прав. 
Не так давно, 12 декабря, президент России Владимир Владимирович Путин на встрече с судьями Конституционного суда РФ заявил, что нужны четкие, отлаженные механизмы, которые не позволят отрицать или умалять права граждан, закрепленные в Конституции РФ. «Важно, чтобы законодатели не отступали от общепризнанных мировых стандартов в сфере защиты прав и свобод человека», – добавил Путин.
Вот я и провел в своем выступлении краткое сравнение Всеобщей декларации прав человека и нынешней российской Конституции. Такого рода конституции, как наша, в курсе истории раньше назывались «реакционными» и принимались после поражения страны в войне, подавления народных бунтов и т.п. Общим местом в критике Конституции и, на мой взгляд, совершенно справедливой, стал явный перекос в пользу исполнительных органов власти в ущерб почти бесправным представительным, приоритет международного права над внутренним (такое можно найти разве что в послевоенной конституции Германии, а конституции США и Китая прямо говорят о приоритете внутреннего права над международным), а также практически полное отсутствие социальных прав, широко представленных ранее в Конституции СССР и РСФСР, да и большинства европейских стран.
Это право на жизнь, причем на жизнь достойную, право на труд, право на образование и медицину. Эти права были широко представлены во Всемирной декларации прав человека, основополагающего документа в области прав человека в мире, которая была принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года при самом активном участии СССР, авторитет которого после Победы над фашизмом был невероятно высок. Отсюда многие формулировки, начиная с первой статьи, а также большой блок социальных прав. Я даже позволю себе процитировать кое-что, потому что очень полезно обращаться к первоисточникам. Не сочтите за прикол, но я недавно, готовясь к программе, перечитывал «Манифест Коммунистической партии» – поразительно современный документ, как будто написанный в наше время антиглобалистами. 
Итак, в самой первой статье декларации указано: «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства». Вы можете представить слово «братство» в каких-то официальных документах нынешней России? Я – нет. У нас даже из названий судов и представительных органов власти убрано слово «народный», хотя чем оно не угодило, и кто выступил против такого замечательного слова, никто объяснить не смеет.
В статье 22 говорится, что «Каждый человек, как член общества, имеет право на социальное обеспечение и на осуществление необходимых для поддержания его достоинства и для свободного развития его личности прав в экономической, социальной и культурной областях через посредство национальных усилий и международного сотрудничества и в соответствии со структурой и ресурсами каждого государства». Ничего подобного в нашей Конституции нет.
В статье 23 говорится, что «Каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда и на защиту от безработицы.
2. Каждый человек, без какой-либо дискриминации, имеет право на равную оплату за равный труд.
3. Каждый работающий имеет право на справедливое и удовлетворительное вознаграждение, обеспечивающее достойное человека существование для него самого и его семьи, и дополняемое, при необходимости, другими средствами социального обеспечения.»
Именно право на труд! А в нашей Конституции написано, что «труд свободен». Так и представляется начальник отдела кадров, который говорит уволенному для ускорения: «Свободен!»
В статье 24 указано, что «Каждый человек имеет право на отдых и досуг, включая право на разумное ограничение рабочего дня и на оплачиваемый периодический отпуск».
В статье 25 говорится, что «Каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи, и право на обеспечение на случай безработицы, болезни, инвалидности, вдовства, наступления старости или иного случая утраты средств к существованию по не зависящим от него обстоятельствам». Увы, медицина становится все более и более недоступной для жителей нашей страны. Во многих районах ее после «оптимизации» просто нет, а во многих почти не осталось бесплатной медицины, а цены на платную столь высоки, что часто для обычного человека неподъемны. А ведь право на доступ к медицине напрямую связано с правом на жизнь.
В 26 статье декларации говорится, что «Каждый человек имеет право на образование. Образование должно быть бесплатным по меньшей мере в том, что касается начального и общего образования. Начальное образование должно быть обязательным. Техническое и профессиональное образование должно быть общедоступным, и высшее образование должно быть одинаково доступным для всех на основе способностей каждого». Сейчас наша Конституция гарантирует и делает обязательным не общедоступное и бесплатное полное среднее образование, а лишь 9 классов – и это в XXI веке!
Как видим, наше законодательство и практика, увы, очень и очень недотягивают до тех стандартов, которые задает Всемирная декларация прав человека.
И главная проблема во всем этом чисто левая – бедность и социальное неравенство. Научно-технический прогресс шагнул далеко вперед, и богатые имеют доступ ко всем его достижениям в медицине, в образовании, просто в комфортной жизни, а на долю бедных достаются разве что камеры видеонаблюдения, развешанные по всем улицам и система распознавания лиц, которая вычислит вас хоть на концерте, хоть на политической манифестации. Значительно усовершенствованные системы контроля за нами позволяют следить практически за каждым шагом любого члена общества.
В заключение я сказал, что защита социальных прав – главное дело левых и тут нам нет альтернативы. И процитировал последнее публичное выступление Иосифа Виссарионовича Сталина, заключительное слово на XIX съезде КПСС 14 октября 1952 года, просто невероятное по глубине своего проникновения в будущее. Им я хочу завершить и эту статью: «Раньше буржуазия позволяла себе либеральничать, отстаивала буржуазно-демократические свободы и тем создавала себе популярность в народе. Теперь от либерализма не осталось и следа. Нет больше так называемой «свободы личности», – права личности признаются теперь только за теми, у которых есть капитал, а все прочие граждане считаются сырым человеческим материалом, пригодным лишь для эксплуатации. Растоптан принцип равноправия людей и наций, он заменен принципом полноправия эксплуататорского меньшинства и бесправия эксплуатируемого большинства граждан. Знамя буржуазно-демократических свобод выброшено за борт. Я думаю, что это знамя придется поднять вам, представителям коммунистических и демократических партий, и понести его вперед, если хотите собрать вокруг себя большинство народа. Больше некому его поднять».

Дмитрий АГРАНОВСКИЙ

г. Электросталь, 
Московская обл.

 

Интернет — наш мост в массы

Хотелось бы начать с такого экскурса в теорию. А именно с работы В.И.Ленина «Детская болезнь левизны в коммунизме», где Ленин сказал, что революция не может быть скопирована. Она должна происходить в первую очередь с учетом исторических особенностей. И, осознавая особенности настоящего времени, чем оно отличается от 1917 года, можно понять, что методы агитации изменились. 
Сегодня научно-технический прогресс дает нам новые возможности, и мы обязаны брать их в расчет. Речь идет прежде всего об интернете. Однако с учетом того, что мы – не только КПРФ, а в целом левое движение, у нас есть традиции агитации. Мы привыкли к газетам и листовкам. Нам всем знакома форма: есть проблема – надо сделать листовку. Это понижающий фактор в процессе. Мы должны понимать, что роль интернета растет. За последние 10 лет она превзошла все возможные ожидания. Вдумайтесь, с 7 до 34% выросло число граждан, присутствующих в интернет-пространстве. Сегодня гра­ждане на 35%, согласно провластным идеологическим оп­росам, получают из интернета больше информации, чем через телевизионные каналы.
Это говорит о том, что значительная прослойка людей сегодня свободна от пропаганды, которую навязывают в рамках диктатуры и борьбы за сознание правящие политические и экономические элиты. Аудитория ютуба сегодня включает выше 60 млн наших сограждан. Опять же, согласно даже провластным оценкам, свыше 70% населения нашей страны симпатизируют левым взглядам. Они реально переживают уничтожение СССР, симпатизируют идеям марксизма и в целом являются сторонниками левых. И при такой позиции населения на пальцах можно пересчитать крупных политических блогеров левой ориентации. Их ну 7–8. Это действительно парадокс: при решительном полевении масс – ни одного левого блогера – миллионника (с миллионом и более подписчиков). А население, еще раз повторю, левым взглядам симпатизирует. 
Это означает, что каждый день десятки миллионов человек ищут в интернете то, что им по душе, и не могут найти. Овладеть новыми способами агитации – это проблема не только КПРФ или левого движения, это общемировое направление. Важно осознать, что поезд, в который мы пытаемся запрыгнуть, он не просто не уходит, он даже еще не заполнился. Это означает, что в интернете есть огромная конкурентоспособная среда, и каждый из нас, по сути, имеет равные возможности.
Однако в рамках нашей борьбы за интернет мы, как представители левых взглядов, коммунистической идеологии, должны понимать, что мы делаем и – самое главное – для кого мы делаем. Ставить себя на место нашей аудитории сегодня, на мой взгляд, самая важная задача, которая требует стратегической проработки. 
Как человек, имеющий отношение к интернету, я сделал для себя некоторые выводы. Сегодня люди идут за нами. Но не потому, что мы «выращиваем цветы», или «хорошо жарим шашлыки», или «неплохо поем». А ведь это контент, который в основном находится на наших каналах и страницах. Но мы призываем людей объединяться вокруг левых сил прежде всего потому, что мы знаем правильный путь развития общества, знаем, как отстаивать интересы населения, каким курсом должна идти наша страна. Об этом мы и должны говорить.
Другой вопрос – в какой форме это преподносить людям. Я видел замечательных, эрудированных, талантливых людей, которые марксизм раскладывают невероятно простым языком. Но говорят они монотонно, неувлекательно. И интерес у людей утрачивается. Поэтому правильная подача является одним из главных направлений, вы должны сделать наш материал легко воспринимаемым, он должен быть эмоциональным. Если я в интернете буду рассказывать про борьбу классов, диктатуру пролетариата, производственный принцип выборности депутатов – эти слова основной массе населения покажутся штампами. Поэтому новая, современная лексика должна быть присуща левому движению. Слова нашей агитации, которые сегодня в ходу, по большей части воспринимаются как что-то устаревшее, давно ушедшее. И, конечно, это требует некой корректировки. 
Сегодня главная задача людей, которые развивают интернет, – понять, какие механизмы распространения материала нам доступны. Многие, особенно из старшего поколения, говорят: «Это надо в интернет выложить». Но интернет – это не ящик. Это сложная структура распространения материала. Если мы, например, заводим какие-нибудь паблики (страницы, сообщества) во ВКонтакте или снимаем видео для своего блога на ютубе, или у нас есть классный Инстаграм, мы должны понимать, что материал увидят 200 человек наших друзей. Ну, десятая часть поделится. И в конечном итоге это все затухнет. Поэтому нужно понять, как это распространять. 
Сегодня крайне важно понять: если мы выпускаем листовку или газету, книги, брошюры, то к этому направлению мы привлекаем специалистов и профессионалов. Интернет не должен являться исключением. А профессионалы требуют зарплаты. К тому же эти люди могут не обладать нашими взглядами. При диктатуре буржуазии просвещением широких масс населения занимаются буржуазные классы. И они по своему образу и подобию подбирают удобный коллектив – тех, кто впишется в их среду. А потому они по большей части представители либеральной мысли. И с ними нам приходится работать. Насколько мы выдержим идеологическую составляющую в нашей работе – зависит от нас как от организаторов. 
Если мы говорим о прямой рекламе, то сегодня засветиться у крупного блогера с несколькими сотнями подписчиков стоит определенную сумму за один выпуск. А наша работа должна быть системной. Поэтому если левые силы в рамках своих объединений хотят донести свои мысли до широких слоев населения, мы должны понимать, что на это требуются ресурсы. 
Я категорический противник топорной агитации. По своим убеждениям я марксист, и для меня это самое высокое звание. Но сегодня, если я буду всего лишь рассказывать в интернете, что В.И. Ленин или И.В. Сталин имели конкретные заслуги, я не добьюсь желаемых результатов. Если мы возьмем всю аудиторию интернета, то лишь 50% интересуются политикой, из них половина – левых взглядов. Из этой половины, предположим, половина поддерживает КПРФ, из них еще половина поддерживает мои взгляды по поводу заслуг И.В. Сталина. В результате от огромной массы потенциальной аудитории мы оставили хорошо если 5–10%. Мы не должны повторить историю бланкистов, например. Мы не должны замыкаться на своей узкой аудитории, не должны пренебрегать связью с широкими массами населения.
Сегодня чаще всего я слышу по итогам проделанного в интернете: «Николай, я тебя поддерживаю, несмотря на то, что ты коммунист». Я вас уверяю, если бы я начинал со своего партбилета и устава, я не был бы услышан.
Только после того, как мы завоюем доверие аудитории, после того, как люди скажут: «Вот это да!», мы сможем делиться мыслями, которые раньше до них не доходили. Ведь люди тоже имеют предрассудки, которые выросли в их головах до уровня убеждений.
Перспективы у нас с вами, несмотря на всю сложность положения, очень даже позитивные. У нас отличные с вами шансы. Люди уже усвоили, что телевизор – пропаганда, что там врут. И с каждым днем холодильник побеждает телевизор. А поскольку информацию откуда-то надо черпать, они приходят к тем, кому можно доверять, кто живет с ними на одной улице, борется за их права.
Власть, понимая это, ничего не может сделать. Они принимают массу законов – про «суверенный интернет» и т.п. Однако вы должны помнить, что революционная ситуация возникает во время обострения нужды и бедствий выше обычного. К тому времени, когда власть соберется выключить интернет окончательно, мы сможем поставить перед обществом серьезные вопросы и задачи, которые будут востребованы.
Общество бесправное и униженное, нищета является объективным фактором повышения протестных настроений. И если мы с вами, левое движение, хотим выражать их интересы, мы должны соответствовать веяниям времени. Чем жестче критика власти, тем лучше на нее отклик. Люди сегодня на улицах говорят гораздо жестче, чем я, как депутат, в Думе. Однако будем помнить о статьях Уголовного кодекса и не скатываться в экстремистскую деятельность. 
От нас ждут не просто реакции на повышение пенсионного возраста или снижение цен на топливо, от нас ждут устранения причин этих явлений. От правительства Медведева и президента Путина устали все. Наша цель – сменить власть законным путем. 
Почему марксизм-ленинизм выделял рабочий класс как передовой отряд общества? Одним из основных его качеств было то, что он объединен. Сегодня интернет дает возможность рабочим, трудящимся, пролетариям (а любой наемный гражданин сегодня пролетарий) объединиться и наладить мосты.
Мы с вами, как прогрессивная часть общества, должны здесь занять лидирующую, ведущую роль. 

Николай БОНДАРЕНКО

Другие материалы номера