Антироссийская истерия




Польша с самого первого дня находится вблизи передовой нынешнего военного конфликта на Украине. Премьер-министр Матеуш Моравецкий как будто поверил, что раз его похлопал по спине Джо Байден, то он обрел некий возвышенный статус в международных отношениях. Теперь он, по сути дела, призывает к масштабному конфликту с Россией, пытаясь расширить рамки украинского. Моравецкий дошел до того, что назвал оправданным коллективное наказание всего российского народа. Президент Польши Анджей Дуда, который в последнее время исполняет обязанности неофициального вице-президента Украины, требует поставить в страну как можно больше оружия. Польский медийный мейнстрим превзошел сам себя, нагнетая военную и антироссийскую истерию. Одна известная медийная личность даже заявила, что нет такого понятия, как «российская культура».

Но настоящей вишенкой на торте этих извращенных действий стали слова пресс-секретаря польского министерства иностранных дел Лукаша Ясины, который сказал, комментируя реакцию Владимира Зеленского на возможную отправку натовских миротворцев на Украину: «Мы слуги украинского народа и его требований». То, что Польша должна служить народу Украины, не очень-то понравилось полякам. Но если не считать двоих эксцентричных, а в данном случае отважных депутатов парламента, которые не присоединились к самым истовым сторонникам Украины (это либертарианец Януш Корвин-Микке и ультратрадиционный католик Гжегош Браун), то практически весь польский политико-медийный комплекс един во мнении о том, что Киев надо вооружать, а в отношении Москвы надо занять более агрессивную позицию. В то же время мы упрекаем других членов ЕС, в том числе бывших союзников типа Венгрии, которые отказываются нам поддакивать. В общем, в Польше мы наблюдаем американскую историю превращения картофеля фри в «картошку свободы», но с гораздо большим размахом.

Посреди всего этого воинственного угара забавно слышать вроде бы консервативных и правых польских политиков, рассказывающих, как Украина защищает «западные», «европейские» и «демократические» ценности. Если спросить, относится ли к таким ценностям День видимости трансгендеров, который празднует лидер «свободного мира», призвавший недавно в Варшаве к смене власти в России, то в ответ мы обычно получаем молчание. Все знают, что западная элита хочет реализовать на Украине идеи либерализма новейшего образца, но консервативным полякам недостает смелости сказать об этом вслух. Польские правые как будто согласны с идеями, озвученными несколько лет назад историком Петром Сквечиньским на дебатах о последствиях украинского Евромайдана. Я имел удовольствие участвовать в них в качестве модератора. Так вот, он тогда сказал: «Я предпочел бы украинца-гея пророссийскому украинцу». Главный вопрос сейчас заключается в том, как сконцентрировать внимание на ненависти к Путину и России, а Владимира Зеленского сделать предметом обожания. Да наплевать на культуру, когда русские у ворот.

Наблюдателю со стороны может показаться, что поляки готовятся к сваре, и ничего иного им не нужно. В конце концов, поставки оружия на Украину осуществляются через польскую территорию, а это ведет к затягиванию конфликта и дает Москве основания для более активных и серьезных действий. Более того, они не соответствуют стандартам истинной дипломатии, нацеленной на достижение прочного мира. Президент Дуда не считает необходимым говорить с Владимиром Путиным по телефону, хотя его союзники по НАТО, включая канцлера Германии, президентов Франции и Турции, поддерживают прямые контакты с Кремлем. И это несмотря на результаты опроса общественного мнения, проведенного в начале марта компанией IPSOS. На вопрос «Должны ли Польша и НАТО осуществить военное вмешательство на Украине?» 60% польских респондентов ответили отрицательно. Вывод ясен: поляки не хотят, чтобы их втягивали в чужой конфликт.

На данном этапе, когда все здравые дискуссии об изменении нынешней позиции Варшавы напрочь отметаются, и на них наклеивается ярлык «умиротворения», будет уместно вспомнить слова отца-основателя польского национализма и одного из архитекторов польской независимости Романа Дмовского. В 1920-е годы Дмовский писал: «Было бы глупо ожидать идиллии в будущих отношениях между нами и Россией. Конфликт интересов и недопонимание будет существовать всегда. Но верно и то, что главные, жизненно важные интересы России находятся не на польской границе, а главные задачи Польши не настраивают ее против России. Кроме того, есть очень важные вопросы, по которым сотрудничество двух стран просто необходимо».

Позже Дмовский подробнее писал на эту тему. Например: «Наше будущее отношение к России есть самая важная задача во всей нашей политике. И это самая сложная задача нашей политики, причем не только из-за прошлого, но еще и из-за того, что ввиду важности нашего будущего мы сталкиваемся с огромным количеством препятствий в форме иностранного враждебного влияния, как внутри страны, так и в России. Наше отношение к России в будущем, то, что мы делаем в этой области, станет для нас настоящей проверкой на политическую значимость и достоинство, на способность определять судьбу собственного государства».

Если коротко, то Дмовский пытался донести до нас мысль о том, что либо Польша отказывается от своего антироссийского упрямства, которое давно уже стало анахронизмом, и предпринимает серьезные дипломатические усилия в отношениях с Россией, либо она остается «европейским простофилей», который неспособен отстоять свои жизненно важные интересы, не совпадающие с украинскими, и будет и дальше демонстрировать нехватку расчетливости, интуиции и элементарной логики. Во втором случае, говорил Дмовский, она продолжит визгливо провозглашать банальности в духе Адама Мицкевича, заявляя, что не встанет на колени перед «идолом интересов», так как во внешней политике якобы важна нравственная ясность. Как будто обеспечение благополучия собственных граждан путем отказа от конфликта, от осознанного разрушения экономики и от превращения Польши в некий двунациональный гибрид под названием Укропольша не является похвальным и патриотичным.

Дмовский хотел, чтобы у Польши была зрелая внешняя политика по отношению к Москве, достойная полноценного и развитого государства. Он страстно мечтал о том, чтобы Польша стала именно таким государством. А еще он хотел, чтобы ее внешняя политика была невосприимчива к внешнему влиянию, проводники которого всегда готовы манипулировать эмоциями, легко ранимыми чувствами поляков и исторической памятью в угоду низким политическим целям.

Беспристрастное отношение к зарубежным государствам, особенно к тем, которые мы естественным образом должны ненавидеть из-за своих исторических травм, отношение, в котором нет места эмоциям и высокомерию, – это достоинство, а не недостаток. То, что нынешняя политика Варшавы отнюдь не беспристрастна, – это азбучная истина. Вашингтонские ястребы, считающие, что любой кризис с Россией без активного участия Польши пропадет впустую, и при этом плюющие на ее экономические интересы, всеми силам подстрекают поляков. То же самое делают европейские либералы, которые на время отказались от своих антипольских обличительных речей, так как Варшава с готовностью вступает в конфронтацию с российским президентом. А польская правящая элита все ближе подходит к тому, чтобы выйти за рамки войны слов.

Политолог Эндрю Корыбко совершенно правильно заметил: «В обмен на прекращение гибридной войны против Польши партия «Право и справедливость» превратила страну в антироссийский авангард НАТО, пожертвовав собственными консервативно-националистическими принципами и согласившись стать мультикультурным государством, принявшим в свое прежде однородное общество более двух миллионов украинских беженцев». В общем, пожертвовать можно чем угодно, даже логикой и последовательностью политики, если цель состоит в том, чтобы показать Путину средний палец. Это напоминает мне слова самого Ярослава Качиньского, лидера партии «Право и справедливость», которые он произнес в моем присутствии в 2017
году. Качиньский заявил, что с избранием Дональда Трампа у него появилась надежда, что американские послы прекратят читать ему лекции о внутренних делах Польши. Можно с уверенностью сказать, что в нынешних обстоятельствах, когда Польша из кожи вон лезет, пытаясь сплотить Запад и нацелить его на еще более агрессивный курс в отношении России, американский посол в полной мере за такие действия и пользуется поддержкой Качиньского. А чего еще можно ждать от сына Бжезинского?

Дмовский был прав, когда писал, что формирование отношения к России в будущем есть самая важная задача во всей нашей политике. Самая важная и в то же время самая трудная. На сегодня Польша полностью провалила экзамен «на политическую значимость и достоинство, на способность определять судьбу собственного государства». Но нет никакой необходимости искать вдохновение и политический реализм в словах великих государственных деятелей и политических умов. В конце концов, сам президент Дуда заявил на саммите НАТО в Лондоне в 2019 году: «Россия – соседка, с которой мы не во всем согласны, но нам надо искать возможности для улучшения отношений, потому что ни одна страна не заслуживает безжалостной изоляции».

Были же времена!

 

Другие материалы номера

Приложение к номеру