Минус полмиллиона в год

С января по май 2022 года население России сократилось на 430 тысяч человек, сообщил Росстат. В эти подсчеты российские власти включают свыше двух миллионов жителей Крыма, без них численность населения России составляет около 142,7 миллиона человек.

430 тысяч – это падение сильнее, чем за первые пять месяцев прошлого, 2021 года, период, в который естественная убыль населения России стала рекордной за всё постсоветское время, – свыше миллиона человек.

Естественная убыль (или прирост) – разница между числом родившихся и умерших в стране за год – один из двух основных компонентов демографической статистики. Второй – это миграционный приток (или отток). Рекордное падение первых пяти месяцев этого года объясняется именно резким оттоком мигрантов, по крайней мере, в государственных регистрационных записях, – это, вероятно, компенсация внезапно остановившегося оттока мигрантов из России в прошлом году – 430 тысяч складываются из естественной убыли в 355 тысяч (это чуть меньше, чем за то же время год назад – 360 тыс.) и оттока 75 тысяч мигрантов (в прошлом году за это время был зафиксирован приток 95 тысяч).

В статистике, которую вы видите на сайте Росстата, увидеть последствия спецоперации невозможно. Их можно было бы увидеть в подробной статистике с распределением числа умерших по однолетним возрастным группам, по полу, по регионам, а такую информацию Росстат прекратил давать. Если информация о смерти человека в этом календарном году не поступит до апреля следующего, то она в статистике вообще не будет учитываться. А сами масштабы потерь – если, например, это 2–3 тысячи в месяц – на фоне общего числа смертей незаметны, остаются в пределах погрешности».

Невозможно отследить в официальной статистике массовый отъезд людей, который по разным оценкам составил до 200 тысяч. Почти никто из них не снимался с регистрационного учета по месту жительства. Иначе мы бы сразу увидели на графике миграционного оттока, линия выбывших пробила бы 80, и 90, и 100 тысяч. Но мы этого не видим. Собственно говоря, 80–90% уезжающих на ПМЖ не снимаются с регистрационного учета. Именно поэтому эмиграцию из России в развитые страны гораздо лучше изучать по статистике принимающих стран, и совокупно она примерно в 5–6 раз больше, чем по нашей статистике, – разница составляла почти сто тысяч в год до войны и до ковида.

***

Уровень смертности в России с января по май был приблизительно таким же, что и в первые пять месяцев 2021 года, чуть ниже в январе, апреле и мае и чуть выше в феврале и марте. Возможно, какие-то отложенные последствия ковида, «омикрон» – хитрый штамм, пик заболеваемости был на рубеже января–февраля, и я ожидал, что пик смертности будет в середине февраля, но оказалось, что в марте умерло людей больше, хотя в феврале меньше дней и среднесуточная смертность там немного больше.

Были явно выраженные волны ковида. Была мощная летняя волна «дельты» – июнь–июль, еще более мощная – в октябре–ноябре, которая и вызвала рекордную смертность в прошлом году. В этом году достаточно ощутима волна «омикрона» – февраль–март. Сейчас новая волна только начинается, не очень быстро. Смертность в России за последние месяцы падает. Впервые с апреля она ушла ниже тренда. Цифры за июнь намного лучше, чем в прошлом году, я думаю, это лучший июнь за всю историю. Среднесуточное число умерших в России: 4670 – мае, 4608 – в июне. Чтобы так мало умирало, с учетом старения населения, такого не было несколько десятилетий, а может быть, никогда не было. Возможно, большая часть тех, кто должен был умирать сейчас, умерли раньше от ковида – начался эффект «жатвы», который я давно прогнозировал.

***

Падение рождаемости в России в этом году по сравнению с прошлым стало для неожиданностью, ожидался небольшой рост накануне окончания госпрограмм поддержки: льготная ипотека для семей, где родился хотя бы один ребенок, и выплата 450 тысяч на ипотеку для семей, где появился третий (или четвертый, пятый и т.д.) ребенок. Это должен был быть последний год программ, но их внезапно продлили в июне и, соответственно, в январе–феврале будет очень большой провал по третьим детям, да и вообще по всем, наверное, только из-за этого, я уже не говорю про военную операцию. Дети, рождение которых было мотивировано именно госпрограммами, должны были быть зачаты до апреля – чтобы они успели появиться на свет до конца года.

Другой причиной снижения рождаемости считаю массовую вакцинацию против ковида. Антиваксеры пугали женщин, что якобы вакцина может отрицательно сказаться на внутриутробном развитии, поэтому число зачатий достаточно ощутимо сократилось.

***

Главный, базовый фактор сокращения населения в России – уменьшение числа рождающихся, а у этого два своих главных фактора: сокращение в России числа женщин детородного возраста и уменьшение количества детей, которых в среднем рожают женщины на протяжении жизни (так называемый коэффициент суммарной рождаемости). Для воспроизведения населения страны этот коэффициент должен быть больше двух, но во многих, прежде всего развитых, странах он ниже, и население пополняется притоком мигрантов.

 

Число женщин детородного возраста сокращается на 3% в год. Это эхо страшных 90-х годов, когда рождаемость упала в два раза по сравнению с 1987 годом, оно еще будет нам аукаться. С 2010 по 2030 год число женщин детородного возраста сократится на 40%, больше половины этого сокращения мы уже прошли. А с 2015 по 2019 год падал еще и коэффициент рождаемости, потом стабилизировался, с 2019 по 2021 год он был 1,505 ребенка на женщину, в этом году я ожидал 1,52, но пока получается наоборот – 1,45. Это нехороший звоночек. В июне число родившихся было на 9,6% меньше, чем год назад, в июле я ожидаю минус 9,5%. Сейчас мы находимся на грани того, чтобы признать ощутимый спад.

Государство с помощью единоразовых выплат подталкивает людей к тому, чтобы заводить детей, а тех, у кого они уже есть, – рожать вторых, третьих и так далее. Эти меры, начиная со второго ребенка, очень эффективны, и в статистике прекрасно видно, как они напрямую воздействуют на рождаемость. Программа «материнского капитала» должна была истечь в 2016 году. Однако за год до этого, в конце 2015-го, власть объявила о продлении программы. Кстати, после этого я поспорил с коллегой, что это вызовет падение рождаемости, – и выиграл, но не ожидал, что падение будет таким сильным. C сентября–октября 2016 года рождаемость вторых детей стала резко валиться. У меня есть график Татарстана, где это очень хорошо видно.

Грубо говоря, до объявления о продлении маткапитала семьи зачинали вторых детей, чтобы успеть родить до конца 2016 года (и потом с января 2017-го предполагался колоссальный обвал), но президент вышел и сказал: продлеваем программу на два года. Все выдохнули, перестали детей зачинать, через 9 месяцев после этого случился обвал именно по вторым детям. Рождаемость же первых детей падала с 2015 года, потому что были экономический спад, рост курса доллара, безработица – проблемы с экономикой сказались. К этому надо добавить массовую смартфонизацию и распространение стримингового порно. В 2019 году падение коэффициентов рождаемости стабилизировалось в России на совершенно среднеевропейском уровне – полтора ребенка на женщину.

***

В середине 2010-х годов естественный прирост населения был около нуля, но с 2017 года все перешло в убыль, приблизившись к минус 300 тысячам к 2019 году, а с эпидемией ковида, перейдя полумиллионную отметку в 2020 году и миллионную – в 2021-м.

Убыль зависит не только от сокращения рождаемости, но и от увеличения смертности. Логично было бы предположить, что экономические проблемы в России, сказавшиеся на рождаемости, окажут влияние и на рост смертности, однако очевидной корреляции нет, экономические факторы на увеличение смертности не влияют. Если посмотреть даже на Великую депрессию в США и почти во всех развитых странах, то можно увидеть, что смертность продолжала снижаться, а продолжительность жизни росла. А в России во второй половине 2010-х годов всего-навсего перестали расти или слегка упали доходы. Это несравнимо с Великой депрессией.

Последние годы перед эпидемией в России много жаловались на «оптимизацию» здравоохранения, которая за пределами Москвы и больших городов приводила к уменьшению доступности медицинского обслуживания. До ковида смертность в России быстро снижалась, по продолжительности жизни она обогнала Украину, стала приближаться к Беларуси. Кощунственным образом проводимая оптимизация медицины на смертность, может, и влияла, но другие факторы, видимо, влияли гораздо сильнее, например, распространение здорового образа жизни, снижение курения, потребления крепкого алкоголя, увеличение числа малоинвазивных операций на сердце и сосудах и так далее. Статистически невозможно спорить с тем, что смертность в России достаточно быстро снижалась вплоть до начала эпидемии ковида.

Статистические успехи были связаны в первую очередь с тем, что продолжительность жизни в России была весьма низкой. Она росла с очень низкой базы, а смертность снижалась с очень высокой. Но все равно темпы были хорошие, практически не падали, средняя продолжительности жизни в России каждый год увеличивалась примерно на 0,4 года, что очень хорошо, – до эпидемии ковида, апреля 2020 года. А оптимизация идет годами, это не какой-то резкий процесс вроде эпидемии или войны, не метеорит упал.

***

Рекордное падение численности населения первых пяти месяцев 2022 года объясняется резким оттоком мигрантов. В июне 2021 года был указ президента, что иностранным гражданам можно еще полгода не сниматься с миграционного учета, так как из-за ковида были закрыты границы. Колоссальный миграционный прирост прошлого года был бумажным, люди либо уехали, не снявшись с учета, либо не уехали, ведь им разрешили остаться на полгода. По моим расчетам, это примерно 205 тысяч человек (в основном из Средней Азии, Узбекистана, Таджикистана, Киргизии). Из прошлогоднего миграционного прироста в 440 тысяч нужно вычесть 205, останется совершенно типичный для России прирост в 220–230 тысяч человек за год. А в этом году все эти 205 тысяч пойдут в минус. Это просто флуктуация. Если бы все было равномерно, то в прошлом году убыль населения была бы намного больше, а в этом – намного меньше, примерно соответствуя смертности от ковида. А получилось, что в прошлом году рекордная естественная убыль в 1,043 миллиона человек, которой никогда не было в мирное время, была частично компенсирована миграционным приростом в 430 тысяч, из которого, по моей оценке, 205 тысяч – только из-за упомянутого указа – временно, на полгода.

 

В долгосрочной перспективе приток мигрантов в Россию будет сохраняться. Это разница потенциалов: с одной стороны границы больше зарплата и потребность в работниках, с другой стороны – меньше. Понятно, что это создает постоянное демографическое давление на границу, люди пытаются искать лучшую долю в соседней стране, это абсолютно нормально и происходит во всем мире. У нас Средняя Азия осталась практически единственным большим резервом миграции, ни из каких других стран в Россию массово уже никогда не поедут. В Средней Азии растет рождаемость, ускоряется рост населения. В 1950 году в Средней Азии совокупно рождалось в несколько раз меньше детей, чем в России, а сейчас значительно больше. Скоро только в Казахстане и Узбекистане будет рождаться детей больше, чем во всей Российской Федерации. Можно себе представить, что через 20 лет миграционный напор будет еще больше, если к тому времени Россия вообще будет в порядке. А если бы у России не было экономических проблем, приезжали бы еще больше.

***

После вызванной ковидом рекордной естественной убыли населения 2021 года – выше миллиона – будет улучшение. Но долгосрочные тенденции не изменились, Россия по-прежнему падает в демографическую яму, пик которой придется на 2030 год. Если бы не было ковида, естественная убыль в прошлом году составила бы около 400 тысяч человек – это и есть приблизительная оценка демографической ситуации в России в ближайшем будущем. Посмотрите средний вариант прогноза Росстата, который я делал и который прямо сейчас висит на его сайте, там как раз средний вариант – 500 с чем-то тысяч естественной убыли каждый год. Он до сих пор был бы актуален, если бы не ковид.

***

Экономическая ситуация – один из наиболее сильных демографических факторов, существует высокая корреляция между динамикой реальных располагаемых денежных доходов населения и рождаемостью вторых и третьих детей (на решение завести первых детей оказывают влияние другие, не столь связанные с экономикой мотивы). Экономические последствия спецоперации и сокращение стимулирующих программ приведут к «идеальному шторму». На рубеже 2022–2023 годов сойдется сразу всё, будет «идеальный шторм»: в любом случае это будет провал из-за спецоперации и того, что программы стимулирования закончатся. Скачок инфляции неизбежен. Я ожидаю очень большой провал. Все факторы будут влиять в минус.

Я удивляюсь: если власть так озабочена демографией и рождаемостью, почему она не дала миллион маткапитала на второго ребенка и полтора миллиона на третьего – у нас была бы рождаемость, как во Франции или даже больше. Во власти сидят какие-то упертые идеологизированные люди, они всё думают про традиционные ценности, что нужно бороться с абортами (хотя аборты на рождаемость в XXI веке почти не влияют), что нужно бороться с однополыми браками. Если в стране нет политики, то в итоге политикой становится всё. Они демографию вкладывают в какую-то идеологизированную политику, думают, что если заставить людей лаптем щи хлебать, то будет по семь детей, грубо говоря.

Но, во-первых, нельзя заставить, во-вторых, не будет. Я не знаю, что у правительства в головах, но в нем очень много странных людей. Адекватных, видимо, нет, либо у них нет права голоса, либо у государства нет денег, либо вообще это на самом деле приоритет только на словах. Они сейчас просто катастрофу устраивают. Существует разница между программами стимулирования рождаемости и программами социальной поддержки семей. В частности, в «либеральной среде» считается, что стимулирование, когда государство дает одноразовую крупную выплату за рождение ребенка, – это нехорошо – как некое насилие. Подобным стимулированием, помимо России, успешно занималась Венгрия при Викторе Орбане. В большинстве европейских странах удачных попыток стимулировать рождаемость особенно не было, кроме как в небольшой степени в Эстонии и известного примера Франции; обычно же помощь семьям идет в виде социальных детских пособий и льгот.

В России же, я не вижу связи между пособиями и рождаемостью, а вот между материнскими капиталами и рождаемостью связь сильная. Судя по всему, наших граждан месячные выплаты не очень стимулируют, а один большой куш стимулирует. Хорошо было бы, если бы его можно было направлять не только на ипотеку, но еще и на покупку «вторички» – как маткапитал. Понятно, нужно детских садов больше, нужен институт государственных сертифицированных нянь, чтобы позволить женщинам совмещать работу и учебу с материнством. Это прекрасно, это во всех странах работает – и у нас тоже должно.

Но эти все вещи сложно администрировать, у нас тупые чиновники, они могут с этим не справиться. А справиться с выплатой миллиона или полутора на второго или третьего ребенка – это просто, понятно, эффективно, уже доказано, что это работает. Это самый простой и быстрый способ поднять рождаемость, причем скачком и надолго, отката не будет, как мы убедились, когда ввели маткапитал. Так же как и самый легкий быстрый способ снизить смертность – резко затруднить доступ к крепкому алкоголю и сигаретам, то есть повысить цены, уменьшить количество точек продаж, еще более ужесточить борьбу с контрабандой, нелегальным производством и продажей. Если нужно быстро улучшить демографию, я знаю, как это делается, причем не слишком дорого.

Маткапитал будет стоить, может, триллион с небольшим в год – меньше 1% ВВП. А развитые страны, где с рождаемостью не так плохо, Франция, Скандинавия, тратят на общую семейную и демографическую политику 4–5% ВВП. Пособие на детей, которое, как в Европе, выплачивается до совершеннолетия либо до окончания обучения в вузе, требует в разы больше денег, как раз несколько процентов ВВП. Начать, допустим, с родившихся в 2023 году, чтобы все дети получали до 18 лет прожиточный минимум. Это, конечно, огромные деньги, вплоть до 3–4% ВВП. Но это уже будет не столько демографическая политика, сколько социальная. То есть уже не просто чтобы больше рожали, а чтобы лучше жили с детьми. Социальная политика дороже, чем демографическая, менее эффективная с точки зрения демографии, но замечательная с точки зрения жизненных условий и в долгосрочном плане – для демографии. Если вы хотите демографическую политику, нужны одни меры, если социальную – то другие. Либо вы увеличиваете число детей, либо облегчаете их жизнь. Можно, конечно, и то, и другое, просто денег надо еще больше.

 

Алексей Ракша работал в Росстате, покинул ведомство в 2020 году, после того, как выразил сомнение в адекватности государственной статистики по коронавирусу.

Другие материалы номера

Приложение к номеру