В зеркале бюджета – бедность и безнадега




Интервью Сергея ЛЕВЧЕНКО, депутата Госдумы

С 1 января вступит в силу финансовый план страны на 2023–2025 гг., сверстанный силуановским Минфином по старой гайдаровско-кудринской схеме. Он одобрен «Единой Россией», ее думскими сателлитами, Советом Федерации и уверенно ждет подписи президента. Только оппозиция не перестает критиковать бюджет, который отменяет развитие страны, сохраняет так называемое «бюджетное правило», чтобы вынимать из расходной части «лишние» триллионы и не пускать их в реальную экономику. Это «бюджет безнадеги», говорят коммунисты.

Депутат-коммунист Сергей Георгиевич Левченко, губернатор Иркутской области в 2015–2019 годах, а сейчас первый заместитель председателя думского комитета по энергетике, обеспокоен ситуацией в регионах:

– Они у нас деградируют из-за проводимой бюджетной политики. Принцип формирования федерального бюджета и ниже стоящих, – не эффективный, на местах нет никакой мотивации увеличивать доходную часть своих бюджетов.

Как это понимать?

– Просто. Достаточно региону увеличить, скажем, на 10% доходы своего бюджета, как ровно на столько же ему снизят субсидии из федеральной казны. Регион старается побольше получить средств на развитие, на социальные расходы, полагая, что сохраняться доплаты из большого бюджета. Но, в итоге регион остается с прежним объемом финансов. Какой же смысл наращивать доход региону, если у него будет конфисковано то, что он дополнительно заработал?

Это прослеживается на примере регионов, которые что-то пытаются сделать. А Центр лишает субъекты стимула пополнять свои бюджеты, чем, по сути, искусственно плодит дотационные области и края. На местах уяснили, если ты дотационный, то гарантированно получишь всю положенную субсидию. Если увеличил наполнение своего бюджета, то тут же тебе обрежут дотацию. Не смей, дескать, выходить за отведенные рамки. Вот этот тормоз, заложенный в бюджетной политике РФ, препятствует развитию экономик субъектов.

Потому мы, РФ, и находимся на сотом месте из 140 стран по эффективности управления.

Невольно задумываешься: для чего придумана такая схема? Бюджеты у нас формируют конкретные люди. Неужели они не понимают, что нужно мотивировать к активности будь то человека, организацию или регион? Или они намеренно делают так, чтобы загонять всех в яму и держать на коротком поводке, манипулируя дотациями из бюджета?

По такой же схеме действуют регионы по отношению к муниципалитетам. Получается своеобразная бюджетная вертикаль. Региональные центры говорят муниципалитетам: кто увеличил на миллиард доход своего городского или районного бюджета, мы этот миллиард вычтем из дотации.

Это первая ущербность федерального бюджетирования. Другая заключается в том, что регион и муниципалитет не заинтересованы улучшать свою социальную сферу. Если там строят социальные объекты – школы, больницы, детские сады, – то возрастают расходы на их содержание. Нужно изыскивать в бюджетах средства на зарплату учителям, врачам, воспитателям.

Конечно, руководитель региона, города, района обязан расширять социальную среду на своей территории. Люди об этом просят: школа у нас работает в 3 смены, нужна еще школа. Губернатор идет навстречу избирателям. А на федеральном уровне ему говорят: тебя никто не заставлял это делать, ты сам увеличил свои расходы, сам и справляйся, а мы такой команды тебе не давали. Будучи губернатором, я несколько раз попадал в такую ситуацию. У меня тогда и строительство в 6 раз увеличилось, и новые объекты появились. Шло все за счет того, что я в два раза увеличил бюджет области.

Был еще такой момент. В период, когда Медведев был премьером, мы, несколько губернаторов, стремившихся улучшать положение своих регионов, уговорили правительство заложить в федеральном бюджете средства на премирование субъектов, добившихся увеличения своих бюджетов. Деньги заложили, но свелось все к неадекватной оценке затраченного труда. Пример по Иркутской области: я на 40 млрд увеличил доходную часть бюджета, а мне дали премию менее 2% от полученной суммы. Какой же это стимул?

– Не поощрение, а издевательство

– Совершенно верно. Увеличил производительность труда на треть, стал выпускать больше продукции, а тебе за твой труд – полпроцентика к зарплате. Какая тут может быть заинтересованность?

– Это неспособность вышестоящих чиновников оценить труд людей?

И это, и то, что в высших эшелонах власти нет управленцев, у которых за спиной были бы хорошие результаты.

– Потому у нас не идут дела ни с местными бюджетами, ни с федеральным. КПРФ доказала, что бюджет страны должен быть до 45 трлн рублей, а Минфин насчитал всего 26 трлн 130, 3 млрд рублей на 2023 год… 

– Бюджет страны все эти годы, начиная с 90-х, формировался, в основном, за счет торговли углеводородами. Нынешнему бюджету-трехлетке не повезло. Россию обложили санкциями. Всем открылась зыбкость экономической модели, зависимой от торговли нефтью и газом. Минфин спрогнозировал сокращение нефтегазовых доходов: еще в этом году эти доходы составляют 42% бюджета, в 2023-ем – не более 39%, в 2024-м – 31%, в 2025-м – около 30%…

Лучшим решением был бы производственный сектор. Но у нас его мало. Понимая, что прежние «партнеры» отвернулись, а с востоком еще не заключены контракты, и вряд ли в ближайшее время на имеющийся к продаже объем сырья мы их заключим, то разработчики проекта бюджета написали, что на тот же объем увеличатся не нефтегазовые доходы. Но не указали, как это произойдет. Какое чудо случится с нашей экономикой, после чего вырастут доходы и наполнят бюджет? Увеличение налогов и поступлений в бюджет может дать производство. Но мы ж его не развивали и не развиваем, с чего вдруг вырастут налоги?

– Силуанов сказал, что должны появиться 8 заводом по производству электронной продукции, для этого на будущий год будет направлено 124 млрд рублей, в другой – 126 млрд. 

– Так это копейки… Как их может хватить на 8 предприятий? Мы видим, что вложения в экономику, инвестиции в промышленность уменьшаются. И не нефтегазовым доходам взяться неоткуда. Это чистой воды фикция.

В минувшие десятилетия надо было расширять переработку сырья, помимо нещадной эксплуатации недр. Но инвестиции были мизерные, прорыва в области переработки не случилось. Поэтому запланировано снижение добычи не только газа, но и нефти. А чтобы казна не опустела, остается продолжить торговлю сырьем.

Мы пытаемся повернуться на восток. Но пока такой поворот не удалось сделать, потому снижается экспорт газа. Например, на следующий год по сравнению с текущим, планируется уменьшение продажи голубого топлива на 40%.

Восточным партнерам не требуется так много газа, как Европе?

– Не поэтому. Газотранспортная сеть еще не готова перегонять газ на восток. Да и восточные страны не торопятся заключать с РФ соглашения об увеличении закупок. Понимая, что Россия попала в безвыходное положение, они ждут, что ситуация заставит нас снижать цены.

А нашей исполнительной власти время сделать выводы. Несмотря на многочисленные заявления ответственных лиц «слезть с сырьевой иглы», в стране по сей день продолжается уязвимая от внешнего мира экономическая политика. В нулевые годы, когда мировые цены на углеводороды выросли в 3 раза, нынешняя власть не вкладывалась в производство, щедро выделяла средства банкам, которые сразу же отправляли их за рубеж. Даже сейчас, когда мы недопустимо зависимы от импорта, продолжается политика снижения инвестиций в отечественную экономику.

Тут бы миллиардерам вспомнить о долге перед страной и народом. Но буржуазная верхушка тогда спешила обогатиться, не думая о последствиях для государства, и сейчас ничего не создает?

– Правящий режим работал и работает на крупных олигархов, что подтверждает специальная военная операция. Продает углеводороды в большей степени не государство, по магистральным трубопроводам гонят сырье те, кто получил эти ресурсы в собственность. Получил ни за что, просто так. Хотя по Конституции – природные богатства, полезные ископаемые принадлежат народу.

Однако же большая часть выручки от продажи богатств наших недр оседает на счетах «эффективных собственников», стране, народу достаются крохи в виде 15%-го налога. Есть еще и офшоры, и другие механизмы снижения прибыли, чтобы налоги оставались совсем небольшими.

– Правительство говорит о снижении поступлений в бюджет от нефти.

– И одновременно закладывает увеличение ее экспорта. Бюджетные цифры подтверждают: экспорт нефти в 2021 году составил 231,0 млн тонн, в этом году вывоз будет в объеме 243,1 млн тонн, 250 млн тонн планируют вывезти из РФ в 2023 году, 255 млн – в 2024-м, 260 млн – в 2025-м. А добыча будет снижаться: с 523,7 млн тонн в 2021 году до 515 млн в текущем году, до 430 млн – в 2023-м, 495 млн – в 2024-м… Снижение добычи с одновременным увеличением экспорта говорят о том, что расширения переработки сырья не планируется. Но планируется изъятие из ТЭК дополнительных доходов: из нефтяной отрасли – 400 млрд рублей, из газовой – 1,3 трлн рублей, из угольной – 60 млрд рублей, при методичном снижении инвестиций.

– Средства, в которых нуждается экономика, изымают и замораживают в ФНБ?

– Да. Потому мы и не достигли ни импортозамещения, ни создания 20 млн высокотехнологичных рабочих мест, ни ухода от сырьевой зависимости. Реальная экономическая политика в стране всегда была иной, чем власть обещала. И запускают такое информационное сопровождение, которое должно убеждать граждан, что у нас все прекрасно.

Есть реальная возможность получить от топливно-энергетического комплекса (ТЭК) прирост валового внутреннего продукта (ВВП) при одновременном снижении себестоимости нашей продукции –сельскохозяйственной, промышленной.

Правительство, как я уже сказал, хочет снизить экспорт газа почти в 2 раза. Это, конечно, деградация отрасли. Но есть ресурс, который можно задействовать и наверстать упущенное. Сегодня техника – транспортная, строительная, грузовая, пассажирская – работает, в основном, на бензине и дизтопливе. Но ее можно заправлять сжиженным природным газом (СПГ). Это сразу даст снижение транспортных расходов на 30%.

А так как транспортные расходы заложены в стоимость любой продукции, начиная с экспорта и доставки любых ресурсов, то оперативный перевод транспорта, да всей техники, на СПГ заметно снизит и стоимость перевозок, и стоимость строительства. Все удалось бы удешевить за счет перехода техники на СПГ. Наша продукция стала бы дешевле, значит, более конкурентоспособной.

Сегодня есть уже индивидуальные образцы по самосвалам, экскаваторам, погрузчикам, по пассажирским автобусам. Эта техника нашими предприятиями уже освоена. Если ее переоборудовать для работы на сжиженном природном газе, то это даст нам увеличение объемов использования газа внутри страны и снижение себестоимости всех видов продукции.

– Оптимистичное предложение.

– К сожалению, его не слышат. Тут я привел только один пример, как можно поднять стагнирующую экономику. Если, конечно, мыслить по-государственному.

– Как ведомства реагируют на эти предложения?

– Полагаю, им интереснее продавать сырье. Это проще владельцам, т.е. «эффективным собственникам». Конституция РФ хоть и утверждает, что природные ресурсы принадлежат народу, но мы знаем этот «народ» наперечет. Это несколько десятков человек, которым намного проще перегонять наши углеводороды по трубопроводам, чем создавать новые производства. Россию тащат по самому убыточному пути – примитивная продажа ценнейшего сырья за рубеж, а там – закупка различных изделий из наших же нефти и газа. В итоге наша страна остается слишком зависимой от Запада.

Особенно зависимы от запада те персоналии, которых мы хорошо знаем, – они правят бал. Сегодняшнее руководство РФ выражает интересы тех самых олигархов, которые разбогатели на природных ресурсах России. Их интересы для власти – превыше всего.

– Несмотря на военные действия, которые расширяются каждый день, они уже перекинулись на территорию России, в нашей экономике ничего не меняется. Мир изменился, страна сражается с возродившимся нацизмом, а бюджет – все тот же, абсолютно ущербный, с 90-х, и производство на нулевом цикле.

– Российская власть по-другому не может. Мы видим, как жестко идет спецоперация, расходы растут, все больше и больше людей втягивается в эту воронку. А бюджет, с моей точки зрения, он больше рекламный. Убаюкивают людей и информационно-телевизионной мишурой, переключая их внимание на второстепенные, третьестепенные темы.

Сегодня мало кто знает, что проводимая в РФ бюджетная политика, в целом, экономическая политика, в том числе касающаяся ТЭКа, – пагубна, она лишает страну, народ перспектив развиваться динамично, создавать конкурентоспособную, передовую, с самым высоким уровнем переработку углеводородного сырья. Для этого нам и даны такие природные богатства. Но олигархический режим истощает Россию. И с этим невозможно мириться.

 

Интервью вела

Галина ПЛАТОВА

 

 

Другие статьи автора

Другие материалы номера