«Где народ, там и стон…»




Всплеск возмущения был негромким, невразумительным и недолгим… А потом и вовсе затих, как затихает плеск волны от камня, брошенного в зеркало тихой воды. Хорошо это или плохо? Не хотелось бы давать оценки. Тут, как говорится, как посмотреть. Мудрость ли это народа, получившего прививку от кровных  братьев с Украины, что безумие протеста беспощадного может привести всю нацию к таким майданным последствиям, которые во много раз будут хуже киевских? Или это результат выхолощенной из нутра нации пассионарной энергии, то есть об отсутствии активной сопротивляемости, без которой нация уже и не нация? Это о той, о которой скорбя говорил еще в XIX веке поэт Н.А. Некрасов: «…Ты проснешься ль, исполненный сил, / Иль, судеб повинуясь закону, / Всё, что мог, ты уже совершил, / – Создал песню, подобную стону, / И духовно навеки почил?..» 
Ясно одно: президенту еще раз поверили, и народ, тихо вопя и проклиная на кухнях очередное лукавство власти, принял тяжелые для себя последствия повышения пенсионного возраста и незаметную для отдельных категорий граждан коррекцию по льготным пенсиям. В данном случае приведу пример лишь льготной пенсии учителей, позволяющей после 25-летней беспрерывной учительской работы претендовать на эту пенсионную льготу. 
Надо признаться в том, что и прежняя коррекция пенсионной реформы убирала из общего беспрерывного стажа педагогической работы то «нестраховое время», когда женщина-учительница находилась в декретном отпуске и в отпуске по уходу за детьми. Вот так законодатель и сам президент своеобразно позаботились о стимулах к улучшению демографической ситуации в стране. Но это еще не всё. Если учительницу или учителя-мужчину направляют на учебу (повышение квалификации) с отрывом от производства, то и это время убирают из стажа на льготную пенсию. В былые, благословенные советские, годы, время учебы в вузе или в педагогическом училище засчитывали и в пенсию по старости, и в льготную пенсию по выслуге лет. Убрали всё это. Учительство это «съело», стерпев горчинку. Нынче при подсчете «страхового времени» педагогический стаж «раздевают» по воле законодателя и с согласия президента так, что от него мало что остается. Например, если учитель работал (даже не по своей воле) не на полную ставку, а, допустим, на 0,75 ставки, то это тоже в полном объеме убирается из «страхового периода» на льготную пенсию. 
Но вот самое удивительное в этой обираловке – вишенка на торте. Допустим, в этом году пришло время для учителя или учительницы, при всех «очистительных» мерах со «страховыми периодами», выхода на льготную пенсию – 16 июля 2020 года. В таком случае законодатель с согласия президента определяет право получения льготной пенсии только по истечении полутора лет с указанного времени. С января 2021 года уже не полтора года учитель или учительница будет ожидать своей законной льготной пенсии, а только по истечении 3 лет. Такого ранее не было. Это новые «достижения» наших законодателей, правительства и нашего родного президента… 
Обо всех мытарствах при оформлении «льготной» пенсии поведала мне учительница, которой выпало несчастье в «ковидный» год оформлять пенсию. Ее общий педагогический стаж составляет 28 лет. Учебу она не считает, раз ее законодатель выбросил вон как страшное советское наследие. Но считать ее стаж, перепроверять станут до самого декабря 2020 года, когда, по всем подсчетам, у нее после «подчистки» будут «чистые» 25 лет. Важно не попасть в январь 2021 года, чтобы не налететь на три года странного ожидания начисления льготной пенсии, а остаться в 2020 году. Вот тогда-то, в 2021 году, в ноябре, ей начислят вожделенную льготную пенсию. 
Она попросила написать об этом, чтобы все знали, какие у нас благодетельные правители. Я выполнил ее просьбу. Но станет ли она, эта учительница, от всего этого «благодеяния» власти более активной? Или будет стонать? «Где народ, там и стон… / Эх, сердечный! Что же значит твой стон бесконечный?»

г. Железногорск

Другие материалы номера