Из барака — в кладовку

Но уже через пару недель во время пресс-конференции президент России сообщил, что по такому важнейшему направлению, как расселение аварийного жилья, показатели не просто выполнены, а превышены почти в три раза! Судя по всему, на бумаге программа расселения работает отлично, а вот в жизни – все намного хуже. 

Яркое подтверждение – история бывшей учительницы русского языка и литературы Натальи Сапьян из города Ялуторовска Тюменской области, которая добивается переселения из аварийного барака, построенного в XIX веке, уже на протяжении 14 лет. В зимнее время температура в комнатах у пенсионерки не поднимается выше +14. Из четырех хозяев дома так не повезло только ей: одну половину четырехквартирного здания еще в 90-е по причине аварийного состояния реконструировали и провели туда газ, а вторая – как раз та, в которой выживает Наталья Сапьян, газификации ввиду своей ветхости уже не подлежит. Соседи сверху выходят из положения по старинке – топят печь дровами, а вот учительнице и тут не повезло: старинная печь в ее жилье не подлежит эксплуатации по причине все той же ветхости. Вот и приходится жить совсем без отопления. Несколько лет назад участковый терапевт даже отказалась лечить простывшую хозяйку квартиры, мотивировав это буквально следующим образом: «Какой смысл при минусовой температуре в квартире?» Тогда женщина обратилась за помощью к главе Ялуторовска:
– Еще в таком состоянии ходила к Смелику, говорила: у меня очень холодно, я просто не могу жить в тех условиях. Он посмеялся, предложил мне кладовку, где дворник хранил свой инвентарь.
Еще один вариант, предложенный Вячеславом Смеликом, – подселение к женщине с двумя детьми. Так как на это Наталья тоже не согласилась, в СМИ появилась информация, что варианты предлагались, но пенсионерка «сама отказалась».
Выходить из положения бывшей учительнице приходится как бродяге:
– Первое время ходила в «Магнит» греться, стали коситься, город маленький, все знают друг друга. Потом в медучилище, но по приказу директора меня перестал пускать вахтер. Ходила на 15 минут погреться.
Стоит ли говорить, что любые водно-гигиенические процедуры при такой температуре просто невозможны, да и водопровода в доме нет: воду нужно таскать с колонки. Мыться приходится ездить к дочери в Екатеринбург, там же и стирать. «Удобств» в квартире тоже нет. Правда, после многочисленных жалоб в приемную президента в 2009 году во дворе дома появился новый деревянный туалет, который жители называют «домик Путина». При этом коммунальные платежи – свыше 2500 рублей в месяц, из-за работы обогревателей основная часть затрат – электроэнергия. 
На собственные средства Наталья Сапьян провела независимую экспертизу строения, которая признала дом аварийным, не подлежащим капитальному ремонту, непригодным для проживания, не отвечающим условиям нормальной эксплуатации и представляющим угрозу безопасности жизни проживающих. Администрация Ялуторовска с заключением не согласилась и попыталась опротестовать в суде, при этом экономные чиновники отказались проводить назначенную судьей госэкспертизу, вновь взвалив затратную процедуру на пенсионерку. Однако и новые эксперты признали дом не приспособленным ни к проживанию, ни к ремонту. 
В льготной очереди на получение жилья Наталья стояла еще как одинокая мать, но администрация решила исчислять срок от последнего суда и постановления, что дом подлежит сносу, заявив, что на расселение у них есть 10 лет. Обещанного в поговорке и то три года ждут, а здесь десять! Наталья уверена, что до 2029 года барак просто рухнет. Именно страх оказаться под руинами собственного дома помог пенсионерке решиться на бессрочный пикет:
– Это уже последняя мера. Все чиновники – городские и областные, уже пройдены. Путину фото своего жилья отправила и в Генпрокуратуру. Чиновники идут на принцип, – поясняет сама Наталья.
Весь январь ежедневно она стоит с плакатом в одиночном пикете у здания местного правительства. После начала пикетирования поступило предложение временно переехать в маневренный фонд – 6 квадратов на человека. От великодушного предложения Наталья отказалась. Через несколько дней пикетирования на третью за 14 лет встречу Сапьян пригласил мэр и предложил подписать «дорожную карту» из ряда пунктов. После этого в бараке появились рабочие и установили инфракрасное отопление. 
– Почему они не сделали нам отопление, хотя бы когда маленькие дети были?! – негодует Наталья. – Ребенка согреть не могла, не знала, куда бежать. Я тогда просила: помогите, ну придумайте что-то, они же не пошли навстречу. А сейчас, когда правительство региона вмешалось, вот вам, пожалуйста.
Жилье предоставить тоже пообещали, но через год, а пока попросили прекратить пикеты. Но на такие условия Наталья не согласна:
– Я добиваюсь расселения сейчас, а не через год! И так столько лет украденной жизни, – возмущается женщина.
А пока бывшая учительница ведет свою борьбу за право жить в человеческих условиях, губернатор Тюменской области Александр Моор в конце прошлого года отчитался о досрочном выполнении в регионе плановых показателей по расселению из аварийного жилья. И уже в январе российские власти объявили о намерениях в 2020 году в полтора раза перевыполнить планы по переселению из аварийного жилья, заложенные в нацпроекте «Жилье и городская среда». А что, и выполнят: бумага-то все стерпит.