Лишенцы

Более того, реальные масштабы увольнений значительнее статистических, ведь зачастую организации расторгают отношения по соглашению сторон или вынуждают сотрудников написать заявление об уходе по собственному желанию. 

Наиболее масштабные сокращения запланированы в компаниях, занимающихся обрабатывающими производствами, – 12,6 тыс. человек. На втором месте по численности те, кто может лишиться работы, – отрасль госуправления и обеспечения военной безопасности, социального обеспечения, здесь без заработка могут остаться 7,7 тыс. человек. Следом идет сфера образования, в которой работодатели сообщили о планах расстаться с 5,2 тыс. сотрудников.
То есть речь идет о тех, кто может потерять место из-за сокращений штата или планируемой ликвидации компании. Эту информацию работодатели (за исключением малого бизнеса) предоставляют в Росстат в рамках федерального статистического наблюдения. Как говорится в пояснениях к форме, сведения о тех, у кого заканчивается срочный трудовой договор или предстоит выход на пенсию, не указываются.
По мнению Росстата и правительства, масштабы увольнения 51,6 тыс. человек нельзя назвать массовыми – речь идет о менее чем 0,1% рабочей силы в стране (75,6 млн человек). Но это если смотреть на цифры исключительно с точки зрения статистики. А если мы представим, что речь идет о совершенно конкретных людях, которые лишатся работы? Есть человек, совершенно обычный труженик. Неважно, учитель, токарь, специалист муниципальной администрации. У него семья, дети, как-то налаженная жизнь, которая базируется на его небольшой зарплате. Наверняка имеет кредит на какие-то житейские нужды. И этот человек получает уведомление о том, что с 1 октября контора, которой он отдал многие годы, больше не нуждается в нем, он не будет получать зарплату, не сможет содержать семью. Со всей очевидностью речь нужно вести о глобальной жизненной катастрофе. Если в мегаполисе есть хоть какие-то шансы в недалекой перспективе найти новую работу, то в провинции, в небольших районных городках и поселках, где в руинах лежит вся мало-мальская промышленность, трудоустроиться невозможно. Просто потому, что некуда.
Речь идет о 52 тысячах жизненных катастроф. В реальности больше. Статистика не учитывает семьи, которые есть практически у всех, кто пополнит ряды российских безработных. И это происходит на общем фоне обнищания даже работающего населения.
Удивительно, но правительство не проявляет по этому поводу тревогу. Такие масштабные сокращения бьют в целом по экономике страны. Взаимосвязь простая. У человека пропадают доходы, он перестает покупать продукцию, соответственно, если  нет потребления, никто не станет производить ее. Начинает срабатывать принцип домино. Бизнес начинает оптимизироваться, сокращать объемы производства и тоже в итоге увольняет людей. И так по кругу, до полного фиаско.
Эксперты уверены, что реальные сокращения работающих будут гораздо масштабнее статистических: ведь многие работодатели предпочитают расставаться с сотрудниками по соглашению сторон, если не заставляют писать заявление об уходе по собственному желанию.