Иезуитская «оптимизация»




Неужели она не понимает, что ее политика уничтожает уже на ладан дышащее здравоохранение, что ускоряет вымирание населения?!  Меня потрясла фотография в интернете в минувшую пятницу, где запечатлен крайне истощенный Иван М. – живой скелет весом 15 килограммов. Мальчик Ваня из прогрессивного XXI века и узники фашистских концлагерей времен войны – одна и та же ужасающая картина, вызывающая огромный ком в горле и понимание, сколь жестоко обманом и силой навязанное нам буржуазное общество. 
Как стряслась беда с мальчиком?! Ведь его каждый день видели работники психоневрологического интерната поселка Мохсоголлох – врачи, няни, воспитатели, руководство… Раз немощный, не может говорить, заступиться за себя – это вовсе не значит, что его не надо кормить! Только нелюди могли довести Ивана до такого состояния, что он сейчас может только еле-еле открывать глаза. Поражает равнодушие и черствость…
Известно, что Ивану 21 год. Он в тяжелом состоянии доставлен в мохсоголлохскую больницу. Ваня до 18 лет жил в специализированном интернате в Нерюнгри. Понимал речь, сам одевался, ходил в столовую. Все было относительно нормально. После достижения совершеннолетия его перевели в Мохсоголлох…
К сожалению, это не единичный случай. Лет восемь назад я уже публиковала в нашей партийной газете республики рассказ о двух наших земляках, умерших от истощения, голодной смертью в Жиганске. Старшую медсестру райбольницы Клавдию Иванову и директора дома-интерната Варвару Сергееву, поведавших мне об этих вопиющих случаях, произошедших лишь с небольшой разницей во времени, затаскали в прокуратуру, а главный врач грозилась уволить всех, кто разгласил «врачебную тайну»… Но ни прокуратура, ни администрация больницы ничего не смогли сделать. 
Если бы они, несчастные люди, жили в доме-интернате, то были бы под присмотром и не умерли дома, брошенные детьми и родственниками. Клавдия Егоровна со слезами на глазах рассказывала: когда моего одноклассника Колю Спиридонова привезли в больницу, негде было ставить укол – одни кости да кожа, кишмя кишащая вшами. А за дядей Колей Петровым, страдающим туберкулезом, кстати, всю жизнь проработавшим в самой сложной отрасли сельского хозяйства – оленеводстве, время от времени присматривал сосед. Но он уехал в Кыстатыам на новогодние каникулы, и лежачий больной, ветеран-оленевод, скончался от голода… В доме не было ни крошки…
Когда писались эти строки, узнала еще о двух вопиющих фактах, связанных с детьми. Опять же в больнице поселка Мохсоголлох скончался другой мальчик – тринадцатилетний детдомовец. 
Подросток вместе с 12-летней сестрой проживал в детдоме два года. Мама детей была ограничена в правах. Как рассказали родственники, когда они навещали ребенка, у него нередко были синяки и ссадины. До них дошли слухи, что, возможно, к инциденту был причастен охранник или воспитатель. Как так получилось, что, спасая ребенка из проблемной семьи, его не смогли уберечь?
И другой случай. Братья Рясик (11 и 17 лет), сбежавшие из Вилюйского детского дома, приехали в Якутск и встретились с матерью. Дети жаловались на побои со стороны воспитателей.
Все это результат правления ельцинско-путинской власти, иезуитской «оптимизации» здравоохранения. 
…Вообще говоря, куда катится буржуазное общество?! Когда закончится ограбление трудящихся и их массовое обнищание и полуголодное прозябание, что приводит к вымиранию не только голодных одиночек, но и всего угнетенного капитализмом народа?! И почему мы так долго молчим! Народ, просыпайся! Хватит терпеть! Хватит молчать! Давайте бороться за свои права! Мы – не быдло! Мы – не рабы, рабы – не мы! 

Другие материалы номера