Может ли Украина вступить в ЕС «без промедления»?




«Мы обращаемся к ЕС с просьбой незамедлительно принять Украину в ЕС через специальную процедуру. Я уверен, что это справедливо. Я уверен, что это возможно». На пятый день боевых действий против России президент Украины Владимир Зеленский в форме военного выступил с очень конкретным обращением к своему европейскому соседу под названием Евросоюз. А затем президент подписал очередную заявку о членстве Украины в ЕС, не забыв позвать корреспондентов с фотокамерами.

Что это, как не мольба в адрес Западной Европы: помогите хоть это дело сделать поскорее? А глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен вроде как благосклонно к этой мольбе отнеслась, заявив накануне в интервью Euronews, что это и ее желание – чтобы Украина вступила в ЕС. «У нас с Украиной есть процедура, направленная на интеграцию украинского рынка в единый европейский рынок. У нас очень тесное сотрудничество в энергетической сети […]. Со временем украинцы станут частью нас, одними из нас, и мы хотим видеть их в ЕС», – заверила она, не назвав, однако, каких-либо сроков. Возможна ли быстрая интеграция, или мы имеем дело с обычной демагогией, в которой Урсулу фон дер Ляйен часто обвиняет европейская пресса?

Уже существует соглашение об ассоциации между Украиной и Европейским союзом, которое вступило в силу в 2017 году, после революции Майдана в 2014 году. Оно заменило первое соглашение о партнерстве, которое было заключено в 1998 году, и в настоящее время представляет собой углубленное соглашение о свободной торговле.

Однако, если придерживаться обычной процедуры вступления, понадобится очень много времени. Это определено статьей 49 Договора о Европейском союзе, в которой говорится о многочисленных этапах и которая подчеркивает, что даже при любой «особой процедуре» нельзя стать полноправным членом ЕС без очень серьезных законодательных и административных изменений.

Сначала речь идет о формальной подаче кандидатуры вашей страны в Совет ЕС и получении решения Еврокомиссии, которая предоставляет стране официальный статус «кандидата». Только после этого и в обязательном порядке начинается долгая серия переговоров. Они касаются, в частности, законодательных актов ЕС, которые должны быть включены в национальное законодательство: колоссальная работа, связанная с тысячами законов и текстов, которые уже регулируют жизнь европейцев внутри Евросоюза. Для каждой области необходимо оценить последствия, предложить возможные адаптации или переходные положения… Все это очень сложная и долгая работа. Цель – обеспечение совместимости государства-кандидата и ЕС.

Только после этого начинается работа: государство-кандидат меняет себя, чтобы получить право на вступление. Трудно поверить, что Украина может одним прыжком осуществить эти перемены в самой себе в настоящее время. Ведь Европейский совет, собравшись в Копенгагене в 1993 году, установил жесткие критерии вступления, среди которых есть три точно отсутствующих на Украине элемента: стабильность институтов, соблюдение верховенства закона, а также стабильное развитие экономики.

Требования на этом этапе столь многочисленны, что они не позволяют принять даже более благополучную страну, чем Украина, в течение нескольких дней. Франческо Мартуччи, профессор европейского права в Университете Париж-II-Ассас, напоминает, что нельзя избежать ни одного из этих этапов, так как статья 49 определяет, что вышеописанный бюрократический путь – единственный способ вступления в ЕС. И даже если бы Европейский союз ускорил эту процедуру, Киеву потом пришлось бы еще и дождаться одобрения каждой страны-члена: членство должно быть ратифицировано каждым государством ЕС путем референдума или голосования в парламенте. Обычно процесс вступления затягивается на несколько лет; последним новым членом ЕС стала Хорватия в 2013 году, так вот ее официальная заявка была подана в 2003 году.

«Можно представить эволюцию ассоциированного статуса, которая может зайти очень далеко, если будут затрагиваться вопросы обороны», – добавляет профессор Мартуччи. «Но опять же, учитывая деликатность вопроса, это потребует ратификации» в каждой стране ЕС. Поэтому для ускорения этого процесса потребуется серьезное политическое соглашение между всеми странами. Но исполнительная власть ЕС, похоже, не одобряет такой подход на данном этапе. Что же касается «желания» председательницы Еврокомиссии видеть Украину в ЕС, то в понедельник утром официальный представитель Еврокомиссии Эрик Мамер внес в заявление Урсулы фон дер Ляйен «маленькую» поправочку. Оказывается, фон дер Ляйен выразила свою личную точку зрения. Но для вступления страны в ЕС есть процедура, и решения в этом вопросе принимаются не одной председательницей.

Кроме того, возникает вопрос: а зачем брать Украину в ЕС? Что изменит вступление Украины в деле укрепления ее безопасности? Статья 42-7 Договора о Европейском союзе предусматривает, что «в случае, если государство-член станет объектом вооруженной агрессии на его территории, другие государства-члены должны помогать и содействовать ему всеми возможными средствами». В статье также упоминается НАТО как «основа коллективной обороны» для государств. Если учесть, что почти все члены ЕС еще и члены НАТО, то включение Украины в эту систему может еще больше поссорить Россию и Запад. Ведь получается, что членство Украины обяжет ЕС более активно участвовать в конфликте против России. А ЕС воевать с Россией не торопится. Зачем же усугублять ситуацию, принимая Украину в состав Евросоюза формально. Получается, что вступление Украины в ЕС – чисто теоретическая перспектива, поскольку реально такое вступление в ближайшее время просто невозможно.

Короче говоря, присоединение к Европейскому союзу представляет собой чрезвычайно тяжелое с технической точки зрения дело. Только пересмотр договоров, который изменит условия вступления и для этого потребует политического соглашения между всеми странами-членами (что займет много времени), мог бы изменить условия вступления. А до изменения этих условий заявление президента Зеленского носит чисто рекламно-политический характер.

 

Другие материалы номера