Исповедь несчастной матери




Записаться на прием к врачу – проблема. Попасть в стационар – опять проблема. Процесс этот очень усложнен. Скорая не отказывается отвезти в больницу, но и не гарантирует, что вас там будут лечить, не откажут в госпитализации.

У меня неврологическое заболевание, я не могу ходить без посторонней помощи: сильное головокружение, неустойчивая походка, меня бросает из стороны в сторону.

Амбулаторное лечение эффекта не дало, стало хуже. Записалась на прием к неврологу, которая обещала помочь в госпитализации. Но накануне приема она заболела.

Другие предлагают плановую госпитализацию, а это долгий и трудный процесс: надо сдать массу анализов, для этого нужно как-то добираться, потом ждать места в клинике.

Даже в гериатрическом центре нужно пройти сложный путь: записаться на прием к врачу, потом попасть на комиссию. Если она одобрит, сдать массу анализов и ждать места. И всё это надо делать далеко от дома. Хорошо, когда у тебя есть близкие с машиной. А мне что делать?! Старому (мне 84 года), больному, одинокому человеку, инвалиду II группы. Геронтологи в своей поликлинике на данный момент отсутствуют.

Как выдержать эту «голгофу» и попасть на обследование, не знаю!

Всю жизнь я была окружена людьми – я учитель с 40-летним стажем. Но волею судьбы оказалась в другом месте. Пока был сынок – я была защищена. Но его нет! Врачи недосмотрели: он шел уже на поправку, но они раньше времени стали давать ему меньше кислорода. И у него началось кислородное голодание. Это была воскресная ночь. И через день он скончался. Горе мое безмерно, и я ничего не могу сделать. Сижу в четырех стенах одна. Близких людей, кроме невестки, нет. Но у нее дочь и 92-летняя больная мать, так что она мало чем может мне помочь.

Меня мучают одиночество и невозможность ходить самостоятельно. Иной раз хочется наложить на себя руки, но я не знаю, как…

Это письмо – крик моей одинокой, изболевшейся души. Не знаю, чем вы сможете мне помочь, но хоть выговорилась.

Нет моральной и врачебной поддержки, а хотелось бы попасть в хорошую клинику, обследоваться там, подлечиться и дожить свой век по-человечески. Но… Увы! Друзей нет, сына нет. Очень тяжело! Даже не знаю, зачем пишу. Очень трудно. Слез нет! Есть тяжелый комок в груди и тяжелые мысли: зачем живу?..

Простите за корявый почерк, но болезнь и здесь «потрудилась».

Иногда приходят бредовые мысли: вот бы нашелся добрый покровитель, как у Лядовой. Но это утопия. Или просто бы добрый человек – женщина с отзывчивым сердцем.

Но сейчас опасно иметь дело с незнакомыми людьми –  столько их корыстных и коварных!

Простите за жалобы.

Если будете печатать, то не указывайте фамилию. Все-таки я учитель, хоть и бывший…

 

Другие материалы номера