О взрыве в Дзержинске




Остались, возможно, потому, что в послевоенные годы на левом берегу Оки (в горьковском Заречье) каждое утро гудели и канавинский автобусный, и окская лесопилка, и молитовская льнопрядилка, и станкозавод, и дизелестроительный «Двигатель революции», и Горьковский автомобильный (ГАЗ). По гудку рабочий люд отправлялся на работу, а я, тогда школьник, начинал свой день.
 Потом заводские гудки, как известно, отменили, а когда именно их отменили, я уже и не помню. Но до сих пор в моих ушах звучит самый громкий и длинный (совместный) гудок горьковских заводов и фабрик в день похорон Сталина. Однако отставим ностальгию.
Ныне российским обществом управляет телевизор. И не какой-нибудь, а цифровой. Большой цветной (плазменный) экран, яркость, контрастность, сотни каналов. И целая армия телеведущих, артистов, психологов, политологов и прочих гуманитарных красавцев, красавиц и самолюбованцев – хлебом не корми, дай только на всю страну в «форточку» выглянуть. Тут тебе и бесконечные детективные сериалы с изощренными убийствами, и явно затянувшееся перемывание костей американского Трампа и украинских Порошенко и Зеленского, и спортивные репортажи с демонстрацией не во всем чистоплотного спортивного закулисья, и свадьбы, и разводы, и распознавание внебрачных детей по ДНК, и «моя правда» артистов известных и не очень, и реклама разного рода пищевых продуктов и не всегда полезных медикаментов и пищевых добавок. А в промежутках нынешние юристы рассуждают о гиперзвуковых ракетах с ядерными двигателями и боевых лазерах. И никаких тебе заводских гудков. При этом, как и в интернете, никаких редакторов: свобода самовыражения новобуржуазной российской элиты в телецифре полная. 
Так ведь и обругать Россию ныне любой может – самолюбованцы ничего не боятся, поскольку по действующей Конституции у нас ныне идеологическое разнообразие. Например, 3 июня с.г. из телевизора неоднократно вылетала достаточно характерная фраза: «Я адвокат… справедливость – не мое дело». На этой фразе я телевизор и выключил. 
Но вот тряхнуло Дзержинск (город химиков на дороге из Нижнего Новгорода в Москву). В свое время в этот город на химэкскурсии наш класс возила наша школьная химичка. Звали ее Екатерина Васильевна. И была она красивой и темпераментной женщиной, муж которой погиб на фронте. Валять дурака на ее уроках никому не удавалось, поскольку в гневе она и указку могла сломать – об учительский стол или о парту ослушника. Забыть ее невозможно. 
Взрыв в Дзержинске в виде огромного гриба был сфотографирован, а картинка выложена и в интернет, и на телецифру. Некоторые блогеры тут же сравнили ее с картинкой чернобыльского взрыва 1986 года, хотя для этого не было оснований. А вот звук, рожденный взрывом, не записал никто – и его интенсивность, и его спектр остались неизвестными. Что немудрено: все произошло слишком неожиданно и быстро. 
О силе взрыва можно судить только по числу пострадавших (84 человека) да по количеству детских садов (70) и школ (31), в которых вылетели стекла. 
Телецифра, то бишь наше телевидение, о стеклах говорила весьма охотно, а одного из остеклителей, который не разгибая спины трудился на следующий после взрыва день на переостеклении города, даже показала. Но в результате вызвала у телезрителей обоснованные подозрения: 1) не было ли в Дзержинске не только пострадавших, но и погибших? 2) только ли от разлетевшихся стеклянных осколков пострадали названные 84 человека? 
Самая тонкая часть человеческого организма, реагирующая на звук, – это барабанная перепонка, разделяющая наружное и среднее ухо и служащая для передачи звуковых колебаний в ухо внутреннее. Ее толщина 0,1 мм, а об ее тонкости гораздо более говорит тот факт, что для восприятия человеком резонансных частот достаточно смещения барабанной перепонки на расстояние порядка размера атома водорода (один ангстрем). Откуда следует, что взрыв в Дзержинске мог оказать нежелательное воздействие не только на 84 человек, названных телецифрой пострадавшими, но и на всех воспитанников 70 детских садов, и на всех учащихся 31-й школы города Дзержинска.
Переостекление этих садов и школ – не самое главное. Все вышеназванные пострадавшие и все названные дети должны пройти срочное медицинское обследование. 
Для справки отмечу, что обычная разговорная речь – это 45–60 звуковых децибел, шум мотоцикла – 90 децибел, болевые ощущения в ушах – 115 децибел. А при 130 децибелах барабанные перепонки лопаются.
(Определение децибела можно найти в справочниках по физике и акустике). 

Другие материалы номера