Его «матрица» — материя

Альберт Эйнштейн всегда относился с большим интересом и сочувствием к грандиозному социальному эксперименту в СССР. В 1929 году в опубликованной заметке памяти В.И. Ленина он писал: «Я чту в Ленине человека, который с полным самопожертвованием отдал все свои силы делу осуществления социальной справедливости. Я не считаю его метод целесообразным. Но одно бесспорно: подобные ему люди являются хранителями и обновителями совести человечества».
В разгар антисоветской и антисоциалистической истерии в США А. Эйнштейн опубликовал статью «Почему социализм». Представляют огромный интерес взгляды едва ли не самого выдающегося мыслителя ХХ века на экономику и общественное устройство современного мира.
В начале статьи он писал: «Опыт, накопленный с начала так называемого цивилизованного периода человеческой истории, был в значительной мере ограничен и подвержен влиянию причин по своей природе неэкономических. Например, большинство великих государств обязаны своим появлением завоеванию. Народы-завоеватели делали себя юридически и экономически правящим классом завоеванной страны. Они присваивали себе монопольное право на владение землей и выбирали жрецов только из своих рядов. Эти жрецы, в руках которых был контроль над образованием, сделали классовое разделение общества постоянным и создали систему ценностей, которой люди стали руководствоваться в своем общественном поведении, по большей части бессознательно.
Эта историческая традиция остается в силе. Нигде мы не преодолели того, что Торстен Веблен называл «хищнической фазой» человеческого развития. А так как цель социализма и состоит именно в том, чтобы преодолеть хищническую фазу человеческого развития ради более высокой, экономическая наука в ее настоящем виде не способна прояснить черты социалистического общества будущего».

_________

Ленин и его партия большевиков были первым в истории России политическим явлением, приобретшим всемирно-историческое значение. Писать о Ленине страшновато – уж очень высока и сложна эта фигура. Будто стоишь пред Эверестом без ледоруба в руках и спасительных триконей на ботинках (что на ногах). Один неверный шаг – и полетишь в пропасть. А единственная доступная опора (по крайней мере для автора этих заметок) – это знаменитый философский труд Владимира Ильича под названием «Материализм и эмпириокритицизм». 

Философское эссе под указанным названием было написано мало кому известным 38-летним русским революционером Ульяновым в 1908 г. В то время как его оппонентам – знаменитому австрийскому физику Эрнсту Маху и швейцарскому профессору философии Рихарду Авенариусу – было 70 и 65 соответственно. Признанным европейским интеллектуалам социальная революция была неинтересна. И чего молодой Ульянов с ними сцепился? 
Что такое материя и материализм, советские студенты узнавали уже на первой лекции по марксизму-ленинизму (материя – первична, сознание – вторично). А вот понятие «эмпириокритицизм» нуждалось в начале прошлого века и нуждается теперь в пояснении. 
Теория познания, или гносеология, – составная часть любой серьезной философии. Это учение о возможности познания мира (человеком), о критериях истинности и достоверности нашего знания, а значит, об объективной истине. А главный предмет эмпириокритицизма есть само научное мышление, то есть механизмы образования всякого знания. Выявить области, где мысль ученого наиболее подвержена ошибкам, – главная задача любого эмпириокритика. Поскольку и объективную истину, и метафизику (как противоположность диалектики), скажет любой эмпириокритик (и в этом с ним не поспоришь), в конечном-то счете питают одни и те же «гносеологические корни». Они же питают все общественные движения. 
Эмпириокритики начала прошлого века ставили перед собой задачу очистить опыт. В результате чего появился интеллектуальный поток ощущений. А вот материя исчезла. 
Но эмпириокритики пошли дальше и наукообразно разделили целостный опыт (а другим он быть не может) на «физический» и «психический». И назвали предметом физики связь не между вещами и телами, а между ощущениями исследователей. «Вещь есть мысленный символ комплекса ощущений», – говорили они. В то время как материалисты утверждали: «Ощущения есть символы (или отображения) вещей». И трудно придумать пример, который подтверждал бы более первый из законов диалектики (единство и борьба противоположностей). 
Именно единство противоположностей заставило молодого Ульянова погрузиться в физику, психологию и философию, чтобы дать теоретический отпор эмпириокритикам, включая русских махистов, а также тех, кто свои буржуазные и реакционные воззрения проповедовал под личиной пролетарской культуры. Чутьем революционера Владимир Ульянов понял, что именно интеллектуалы, имевшие немалое влияние на образованную российскую молодежь, могут стать главным препятствием на пути распространения революционных настроений в массах. 
Вовсе не ощущениями от исследуемых предметов жили в начале прошлого века и Европа, и Россия, а развитием капиталистических отношений – как в отдельных странах, так и между странами. Что и привело в 1914-м к Первой мировой. 
И, выступая 4 апреля 1917 г. в Таврическом дворце Санкт-Петербурга на собрании большевиков, меньшевиков и тех, кто называл себя демократами, Владимир Ульянов не только призвал к немедленному прекращению войны, но и к переходу России от Революции буржуазной к Революции социалистической, а также к созданию Республики Советов (а не парламентской республики). В «Апрельских тезисах» Ленина можно найти призыв и к полной конфискации земли (фабрики – рабочим, земля – крестьянам), и к созданию единого Социалистического банка (все банковские капиталы – под контроль общества), и к партийному контролю над распределением продуктов, и к масштабной популяризации партии большевиков как единственной структуры, представляющей интересы простого народа. 
Ну а в октябре 1917-го в Петрограде случились дни, которые, по мнению зарубежных наблюдателей, потрясли весь мир, то есть произошла Великая Октябрьская социалистическая революция. Эта революция стала главным делом жизни Владимира Ульянова (Ленина). И важно отметить, что произошла она бескровно. Разгоревшаяся следом Гражданская война была инициирована не большевиками, а помещиками, капиталистами, банкирами и клерикалами, частью офицерского корпуса бывшей царской армии и частью гуманитарной интеллигенции, не принявшей большевистских лозунгов. 
Ну а победа большевиков-ленинцев в Гражданской войне вполне доказала, что народ российский в большинстве своем был тогда за Ленина и против прежнего царского российского мира. «Отречемся от старого мира, отряхнем его прах с наших ног!» – под такими лозунгами и прошли годы Гражданской. 
В постсоветской России (не без помощи буржуазных СМИ) появилась мода называть Октябрьскую революцию переворотом. Нынешний «хозяин Эрмитажа» академик Пиотровский сказал по этому поводу следующее: «Да назвать-то можно как угодно, только не следует забывать, что от этого переворота действительно перевернулся весь мир!» 
Первым ленинским творением на посту руководителя Советского государства был план ГОЭЛРО, подготовленный по его заданию Государственной комиссией по электрификации России (1920 г.). И план этот касался не только энергетики, но и всей российской экономики. Как известно, советские электротехники досрочно реализовали план ГОЭЛРО, многократно превысив впоследствии его контрольные цифры. 
22 декабря 1922 г., после подписания соответствующего договора, появился Союз Советских Социалистических Республик. Первоначально в него входили РСФСР, Украинская ССР, Белорусская ССР и Закавказская Федеративная ССР. Таким образом, СССР – тоже наследие Ленина. 
А вот прожил Владимир Ильич по нынешним меркам совсем недолго (53 года). 21 января 1924 г. его не стало. Но кроме Мавзолея на московской Красной площади остались и его партия, и созданная им страна, и символическое Ленинское знамя, под которым жил советский народ, осуществлял коллективизацию деревни и индустриализацию промышленности, создавал советскую систему образования, советские культуру и науку. 
Под этим знаменем была одержана и победа в Великой Отечественной. 
На протяжении трех постсоветских десятилетий мне не раз приходилось слышать от своих собеседников, что Борис Ельцин, Леонид Кравчук и Станислав Шушкевич совершили в 1991 г. заурядное предательство. 
Но почему предательство стало возможным – понятное мне объяснение я услышал только от весьма незаурядного человека – Николая Донианца, генерал-майора (в отставке), с которым в пору «лихих 90-х» мы работали в одном и том же московском НИИ. Донианц был московским армянином, летчиком-истребителем Великой Отечественной, неоднократно сбивавшим фашистские самолеты (и дважды сбитым фашистами – как только уцелел?), награжденным многими боевыми орденами и медалями. К тому же он обладал недюжинным физическим и психическим здоровьем: на своей «Волге» безо всяких ДТП он гонял по Москве вплоть до своего 90-летия. 
«Так ведь никто из них в Великой Отечественной-то не участвовал, – говорил Николай Гедеонович о беловежской тройке, – а Ельцин – вообще белобилетник, у него пальцев… на какой-то руке… не хватает… откуда и комплекс неполноценности при отчаянной амбициозности… Если бы они попытались это сделать раньше, например, при Брежневе, из Беловежской Пущи они бы, если бы и улетели, то совсем в другие места… Вот они и ждали, пока вымрут те, кто воевал… Но моей смерти они так и не дождались!» 
150-летие со дня рождения Ленина Россия встречает пандемией коронавируса. Кто-то лежит в больнице, кто-то сдает тесты, подавляющее большинство коротает дни дома у телевизора. Лишь врачи на боевом посту – за что им всенародное спасибо. 
Трудно, однако, избавиться от ощущения, что путинским министрам и губернаторам пандемия пришлась по вкусу: они наконец-то знают, чем заняться (дезинфекция, маски, аппараты ИВЛ, строительство больниц), и оказались наконец-то «вместе со своим народом». И с удовольствием забыли о путинской «Стратегии-2020», в соответствии с которой инвестиции в развитие экономики России к 2020 г. должны были увеличиться на 80–85%, производительность труда – на 40–41%, а рост доходов населения – на 53–54%. (Но увеличились ли?) 
Между тем те, кто владеет современным производством (и рынком сбыта) микроэлектроники (телевизоры, персональные компьютеры, гаджеты, мобильные телефоны), тоже не сидят без дела и уже давно перешли от обычной рекламы, которая всё терпит, к «Матрице сознания» своих покупателей, коих миллионы. В том числе в России. 
«Матрицей сознания» называется книга англоязычного автора Грегга Брейдена, изданная в 2014 г. на русском языке издательством «София» с философски-медицинским подзаголовком «Спонтанное исцеление убеждений». 
Какие там философские эссе начала прошлого века! Жить проще без философий и убеждений. А если убеждения в России у кого-то еще остались, Грегг Брейден таких быстренько исцелит. Думаю, что оригинальным брейденским посылом заинтересовался бы и Владимир Ульянов, вернись он с того света. 
Нет больше тех пролетариев, перед которыми выступал Владимир Ленин. Нет и советских рабочих и колхозников (плюс трудовая интеллигенция), о которых приходилось слышать в советские годы. А кто есть? 
Недавно президент Путин заявил, что 70% нынешнего населения России – это средний класс. (Ехидными комментариями по этому поводу до сих пор полон интернет.) Бог с ними, с комментариями, но почему Путин умолчал об оставшихся 30%? Кто они? А они и есть олигархически-клановая, вхожая во власть и на телевидение и имеющая солидные банковские счета (не обязательно в российских банках) так называемая российская (де-факто международная) элита вместе со своей обслугой. Им-то и служит нынешняя российская власть. 
И, в отличие от авторов ельцинской конституции, элита эта знает, что ей нужна своя идеология, которая, с одной стороны, казалась бы традиционной, а с другой стороны, близкой к самому переднему краю научно-технического прогресса, который ныне заключается в цифровизации всего и вся. 
Грегг Брейден пишет: «Вселенная, наш мир и наши тела сформированы из единого энергетического поля, научно признанного в XX столетии и ныне именуемого… умом Бога, умом Природы, или Божественной матрицей». 
Чуть дальше в «Матрице сознания» читаем: «Вселенная – это разумный компьютер… Не живем ли мы в мире виртуальной имитации действительности – в цифровой реальности, где все создано из информации, а не из объектов? Реальность творится по мере того, как происходит вычисление». Современная физика знает четыре типа фундаментальных взаимодействий: гравитационное, слабое, электромагнитное и сильное ядерное, а соответственно, и четыре типа полей. Альберт Эйнштейн пытался построить единую теорию поля, но у него ничего не вышло. Никакого единого энергетического поля, научно признанного в XX столетии, не существует. Так что Грегг Брейден в своей «Матрице сознания» просто блефует. 
Но ему нужно протащить в чужое сознание вовсе не физическую идею, а идеологию превосходства элиты, прежде всего компьютерной, над презренными материалистами и прочим «средним классом». А для этого все средства хороши… 
«Матрица сознания» Грегга Брейдена – целенаправленная идеалистическая ахинея. Точно такая же, как и искусственный интеллект, о котором самозабвенно твердит нынешний хозяин Сбербанка России Герман Греф. Забывая всякий раз объяснить своей аудитории, что каким бы ни был искусственный интеллект, он использует программы, написанные естественным интеллектом. 
Прежде чем стать вождем мирового пролетариата, Володя Ульянов был обычным русским мальчиком, выросшим на Волге. А волгари идеалистами не бывают.