Помните, любите, изучайте Ильича…




…В мае 1912 года девятнадцатилетний «старшой» бригады сталеваров Бисертского завода Федор Пичурин получил первый номер «Правды». Через пять лет из Питера пришла весть о свержении царизма, Екатеринбургский губком РКП(б) вышел из подполья, и почти все поселковые читатели большевистской газеты вступили в партию. После освобождения Урала от Колчака Ф. Пичурина, вернувшегося из 3-й армии, избрали «отсекром» Нижнетагильской парторганизации, одной из немногих выступивших против губкома, в основном троцкистского. Это было в разгар дискуссии о профсоюзах, завершившейся на Х съезде РКП(б), делегатом которого отец был избран. Это была вторая его встреча с Лениным, первый раз он увидел Ильича, будучи делегатом Съезда Советов, принявшего план ГОЭЛРО. Отец был также делегатом ХI съезда партии. Больше с Лениным он не встречался – ХIII и ХIV cъездами, делегатом которых он был, руководил уже И. Сталин.
Во всем этом нет ничего особенного, но я хочу подчеркнуть одно замечательное обстоятельство. 
Сталевары, имевшие за плечами в лучшем случае церковно-приходскую школу (она, кстати сказать, давала безупречную грамотность), читали не только «Правду», но и серьезную литературу, вплоть до многих глав «Капитала». Им это было нужно!.. Саша Савченко из «Весны на Заречной улице» классиков (не только марксизма-ленинизма) не читал, но все же хорошо понимал, что это серьезный пробел в его кругозоре. А что читают сегодняшние рабочие? И читают ли вообще? Вот, по-моему, одна из главных потерь нашего общества, внимающего мерзостям, льющимся с экранов ТВ и из интернета, прежде всего – на нашего вождя и учителя. Ах жесток, ах непримирим, ах увлекся И. Арманд, ах проехал через Германию… И наконец убийственное – да у него дедушка самый настоящий еврей, Сруль Мойшевич Бланк! «Нет, что вы, при чем здесь антисемитизм, я настоящий интернационалист! Но лучше бы все-таки без евреев…» А по-моему, лучше всего почитать то, что писал о причинах и сущности российского антисемитизма сам Ленин! 
Маме не довелось его видеть, но она мне, еще даже не комсомольцу, дала дорогой совет: «Сначала сам читай классиков, как бы трудно тебе это ни было. А уж потом, поняв суть дела, читай комментарии к их сочинениям, написанные другими!» По-настоящему я последовал этому совету, став курсантом военного училища. В программу курса «марксизм-ленинизм» там, разумеется, входили и «Кто такие друзья народа…», и «Две тактики…», и «Шаг вперед…», и даже «Материализм и эмпириокритицизм», «Детская болезнь «левизны»…» и т.д. И нам давали брошюрочки (обычно почему-то в сереньких обложках и невероятно серого содержания) «О работе Владимира Ильича Ленина…», «О работе товарища Сталина…». На вполне обоснованную «четверку» или «пятерку» их прочтения вполне хватало, на формирование твердых убеждений – далеко не всегда. Замечу, что распорядок дня училища предусматривал приличное время на так называемую самоподготовку, но читать Толстого и Куприна полагалось только в так называемое свободное время, а Ленина и Сталина – пожалуйста, на самоподготовке. И мы, несколько мальчишек, не столько из интереса, сколько еще из какого-то азарта взялись не просто прочитать, а по-настоящему изучить всё четвертое Собрание сочинений Ленина (оно планировалось в 45 томах и издавалось в 1945–1967 гг.). Конечно, нас хватило лишь на треть объема поставленной задачи, но польза оказалась огромной.
А серенькие книжицы, порождая формализм и догматизм, более того – малограмотность, принесли немало вреда нашим людям. Два примера. Ленин неоднократно называл себя литератором и, мастерски владея русским (и не только русским) языком, имел на это полное право. И все, кто действительно читал Ленина, знают его заметку «Об очистке русского языка», как будто специально адресованную нынешним ораторам.
А второй пример более серьезен, ибо относится не к тем, кто «недавно выучился читать», а к образованным людям и даже крупным руководителям-антиленинцам. Ленин писал: «Мы не утописты. Мы знаем, что любой чернорабочий и любая кухарка не способны сейчас же вступить в управление государством. <…> Но мы требуем немедленного разрыва с тем предрассудком, будто управлять государством, нести будничную, ежедневную работу управления в состоянии только богатые или из богатых семей взятые чиновники». Понятно? Кухарка не способна управлять государством, так считал Ленин. А вот некоторые профессора, бывшие специалисты по марксизму-ленинизму, утверждают в программах телевидения, что Ленин говорил иначе, и нами чуть ли не век управляли кухарки, правда, обычно имен этих кухарок не называют. Честно говоря, я рад этому примеру – он доказывает, насколько плохо образованными являются наши оппоненты, которые «учились, но недоучились». Но спорят они с выдуманным им Лениным довольно азартно.
Вот еще два высказывания. Одно очень хорошо известно, но почти не цитируется из-за его нелепости. По мнению одного из нынешних наших руководителей, высшее достижение промышленности СССР – производство довольно скверных галош. Прежде чем возразить по существу, замечу, что именно в СССР создано производство синтетического каучука, который нужен не только для обуви, но и для автомобильных шин, и колес пушек, и гаубиц, а также других изделий оборонной промышленности. В предвидении мировой войны СССР добился полной каучуковой независимости. 
А что касается других достижений нашей промышленности… Впервые я сел за руль колесного трактора СТЗ весной 1943 года, а сегодня, вспоминая об этом, говорю о весне 1919 года. 23 марта, заканчивая доклад Восьмому съезду о работе в деревне, В.И. Ленин сказал: «Если бы мы могли дать завтра 100 тысяч первоклассных тракторов, снабдить их бензином, снабдить их машинистами (вы прекрасно знаете, что пока это фантазия), то средний крестьянин сказал бы: «Я за коммунию» (т.е. за коммунизм)». Напомню, что в те дни Колчак успешно продвигался к Волге, возможность его соединения с Деникиным (Северный Кавказ) и Миллером (Архангельск) и крах советской власти были реальными. Но Ленин верил в иное. Главное – сельское хозяйство страны должно быть высокомеханизированным, а основа механизации – трактор. На всю Россию в славном 1913 году было 165 тракторов. Но уже в 1927 году на Украине был создан тракторный отряд, вскоре ставший первой в СССР государственной организацией, обслуживавшей соседние колхозы, это была первая МТС. Перед войной в СССР было более семи тысяч МТС, а тракторов в стране стало в пять раз больше, чем мечтал фантазер и оптимист Ульянов. Перед распадом СССР у нас производилось более 200 тысяч тракторов в год, а вы говорите «галоши». Кстати, насчет галош не ведаю, а вот тракторов в 2018 году произведено аж 7836 штук. В целом, понимаешь, прогресс, в смысле регресса! 
Те, кто пережил и знает нелегкую историю созданного Лениным Советского Союза, может привести десятки примеров нынешних нелепых обвинений против его недолгой деятельности на посту руководителя страны. Недолгой – чуть больше четырех лет, большая часть из которых – война. Дольше Ленина страной за последние сто лет руководил Сталин (31 год) – это было, при всех погрешностях, продолжение и развитие идей учителя, включая блестяще реализованную 75 лет назад идею защиты российской государственности. Видимо, В.В. Путин и Сталина, и матушку Екатерину (34 года), и Петра Великого (почти 43), и даже самого Иоанна IV Грозного (полвека) сумеет превзойти после переделки Конституции. Как ныне в нашем светском государстве принято говорить – на всё воля Божия…
Вот об этой стороне я, атеист, скажу несколько слов. Существует в православии понятие «таинство смерти». Таинство! Производным от этого понятия является (у неверующих тоже) уважение к памяти усопших, моральный, нравственный, этический запрет на оскорбление памяти о покойнике, унижение чувств его родных, близких и друзей. Нельзя публично демонстрировать страдания умирающего, его последние фотографии, живописать некоторые проявления его болезни. Что же у нас сегодня? Не стану продолжать, ибо не скажешь же лучше Пушкина (кстати, внука эфиопа, вот ведь как нехорошо). А он еще в ноябре 1825 года написал князю П.А. Вяземскому: «Зачем жалеешь ты о потере записок Байрона? черт с ними! слава богу, что потеряны. Оставь любопытство толпе и будь заодно с Гением…»
Унизить высокого, порадоваться слабостям могущего… Сколько восхищения!.. Ленин в чем-то может предстать даже мерзким? Да, только не таким, как вы, подлецы, ничтожные и мелкие в вашей мерзости. И его величие никому из мерзавцев от нас не отнять, мы останемся заодно с Гением!

Другие материалы номера