Фронт за спиной врага




Генералы Великой Отечественной, которым к концу войны не исполнилось и 40 лет, начали войну, как правило, в основном  лейтенантами в возрасте около 35 лет. На их плечи легла вся тяжесть военного времени командования подразделениями, изначально от рот и далее до самых крупных войсковых формирований. Естественно, количество и качество звезд на погонах менялось по возрастающей пропорционально должностной восходящей, которая в условиях войны целиком определялась профессиональными способностями претендента. Конечно, были и исключения.

С самого начала Великой Отечественной войны (ВОВ) наряду с важнейшими вопросами организации отпора фашистским захватчикам в ЦК ВКП(б) придавалось особое значение развитию партизанской борьбы советского народа в тылу врага, на оккупированной им территории. Необходимо было сделать всё, чтобы на оккупированных врагом землях были развернуты активные действия боевых отрядов и диверсионных групп. Чтобы партизанская война велась упорно и всеобъемлюще, создавая невыносимые условия для гитлеровских оккупантов.

Борьбу с фашистскими захватчиками за линией фронта непосредственно возглавляли оставленные подпольные обкомы, горкомы, райкомы. Руководили же их деятельностью через спецотделы штабы партизанского движения. Так, при Ставке Верховного Главнокомандования был создан Центральный штаб партизанского движения во главе с членом ЦК ВКП(б), секретарем ЦК Компартии Белоруссии П.К. Пономаренко. Этот штаб был фактически военно-оперативным органом ЦК ВКП(б). Одновременно при военных советах фронтов были сформированы штабы партизанского движения этих территорий. И с первых дней Великой Отечественной войны и до ее конца главами этих структур осуществлялось руководство партизанскими действиями, обеспечивая взаимодействие партизан с войсками фронтов. Одним из них на протяжении всего этапа военных действий на Северо-Западном участке фронта, затем на Юго-Западе Украины, в Молдавии был Алексей Никитич Асмолов, а с конца сентября 1944 года он был одним из непосредственных руководителей партизанского движения в Чехословакии. В самый критический для восстания момент взявший на себя всё руководство, обеспечив тем самым его возрождение.

С Алексеем Никитичем я был знаком лично. С семьей его сына Юрия мы дружили семьями, живя в г. Усть-Каменогорске (Восточный Казахстан). И всегда, бывая в Москве, в командировке или проездом, останавливались (даже целым семейством) у Алексея Никитича и Анны Николаевны. Иногда при встречах возникали беседы на разные темы. В том числе он рассказывал про операции партизан в Ленинградской области, как собирали обоз с продовольствием для блокадного Ленинграда, о Словацком восстании. О том, как выводил штаб восстания из немецкого окружения через горы в тяжелых зимних условиях.

Однажды (это был 1972 г.) разговор коснулся партийной работы Юры и Алексей Никитич уверенно спросил меня: «Никола, ты, конечно, член партии?». Я ответил: «Нет, но беспартийный коммунист». Он вначале как-то сжался, помолчал, а затем выдал: «Сейчас в партию лезет всякая сволочь, а вы, чистенькие, стоите и смотрите. Потом будете тыкать пальцем на каждом перекрестке в образовавшееся дерьмо… А ты войди в нее и борись за ее принципы… В следующий раз, когда приедешь, если не покажешь партбилет, не пущу на порог… Если нужна рекомендация, дам хоть сейчас». Так я стал членом КПСС в 1972 году со всеми персональными делами, выговорами и т.д., и т.п.. (Это И.В. Сталин декларировал: партбилет не является пропуском в должность. И при нем порядка 60–70% крупных технических кадров и директоров предприятий и ученых были беспартийными. И работали… позавидуешь! А при Хрущеве даже завлаб должен был быть членом КПСС. Отсюда и поперли в нее всякие ельцины, горбачевы, путины и др.)

Событиям партизанской действительности, свидетелем и непосредственным участником которых А.Н. Асмолов был от начала войны и до ее конца, он посвятил свои воспоминания под интригующим названием «Фронт в тылу вермахта» (М.: Изд-во политической литературы, 1977, 320 с.). Последнее и определяется самой темой и новизной изложения, а также и судьбой самого автора. О партизанском движении в годы минувшей войны имеется достаточно емкий литературный массив. Однако в своих мемуарах А.Н. Асмолов открывает некоторые специфические малоизвестные и нестандартные стороны реальной борьбы народа в условиях фашистского режима, анализируя происходящее с позиций организатора и руководителя этой борьбы, как на отдельных участках фронта, так и за пределами страны. В частности, дается более подробная детализация роли военных советов, фронтовых штабов партизанского движения, их тесная связь с партийными комитетами в руководстве борьбой в тылу вермахта.

Основное внимание в повествовании уделяется событиям, происходящим по ту сторону линии фронта, о партизанах и подпольщиках, чей массовый героизм и боевое искусство нанесли фашистам невосполнимый ущерб. Как непосредственный участник и очевидец событий А.Н. Асмолов раскрывает реальную панораму событий, происходящих на оккупированной территории, далеко за линией фронта: о массовом героизме и высоком боевом искусстве партизан и подпольщиков, о сопротивлении и саботаже мирного населения, оказавшегося в оккупации, всяким мероприятиям гитлеровцев. Повествуя о боевых мероприятиях партизан, автор показывает их согласованное взаимодействие с фронтовыми регулярными войсками, приводит интересные факты и обобщающие данные, показывающие действенность их для успешного проведения фронтовых операций регулярной Советской Армии. Всё это свидетельствует об эффективности действий партизанских формирований в интересах действующей армии и показывает значение  добываемой информации, поступающей из вражеского тыла.

Кроме боевых партизанских событий А.Н. Асмолов как очевидец на страницах своего повествования воссоздает картины из жизни советских людей на территории, занятой врагом или освобожденной от него совместными усилиями партизан и населения под руководством партийных органов. В книге представлен партизанский край, возникший на захваченной врагом ленинградской земле еще в августе 1941 года. Освещая партизанскую борьбу в тылу вражеских армий, Алексей Никитич демонстрирует ее естественную связь с партийным руководством, осуществляющимся ЦК ВКП(б) и Госкомитетом Обороны через рабочий орган Ставки Верховного Главнокомандования – Центральный штаб партизанского движения, а также через республиканские и областные штабы, в том числе Украинский штаб партизанского движения, полномочным представителем которых автор являлся в годы войны.

Особый интерес представляют главы, повествующие о партизанской борьбе в Чехословакии, о сложном положении в руководстве восстания, отсутствие единства цели, согласованности в руководстве Главного штаба партизанского движения Чехословакии, предательства военной верхушки вкупе с лондонским «правительством». Как непосредственный участник и очевидец героических событий Словацкого национального восстания А.Н. Асмолов показывает реальную картину и значение одного из крупнейших антифашистских выступлений трудящихся Европы, как достойно исполнили свой интернациональный долг советские партизаны, как велик был их вклад в борьбу чехословацкого народа с фашистскими захватчиками.

Уже в начале июля 1941 года Военный совет Северо-Западного фронта с целью ведения работ по организации партизанских отрядов и руководству их боевых действий принял постановление о создании при политуправлении специального отдела (штаба). Его главой был назначен Алексей Никитич Асмолов. Впоследствии по решению ЦК ВКП(б) такие отделы были созданы во всей действующей армии. 20 июля 1941 года военный совет фронта одобрил инструкцию по организации и действиям партизанских отрядов и групп, разработанную Алексеем Никитичем. Это было первое руководство для партизанских действий в Великой Отечественной войне. И оно сыграло свою роль в обобщении накопленного опыта партизанской борьбы с фашизмом.

Вся территория, прилегающая к Северо-Западному участку фронта, была условно разбита на сектора, в которые направляются организаторы, а в прифронтовые – группы для организации партизанских сил, руководства действия, связей с командованием фронтов и армий. Также был решен важный вопрос об объединении отрядов в более крупные единицы – партизанские бригады. Организация партизанских бригад явилась крупным этапом развития вооруженного отпора в тылу врага. Она дала возможность партизанским силам сохранить инициативу в трудной и напряженной борьбе с оккупантами, успешнее решать новые более сложные задачи. Впервые в истории Великой Отечественной войны была найдена наиболее целесообразная форма объединения вооруженных сил, которая позволила успешно действовать в тылу врага в современной войне. Так, уже к началу августа 1941 года в оккупационных районах Ленинградской области, по неполным данным, действовало 20 отрядов и около 60 партизанских групп. А к концу месяца боевые операции проводили свыше 80 партизанских отрядов.

В период до конца августа 1941 года шли на фронте упорные бои. Но постепенно партизанскому штабу удалось наладить «живую» связь с партизанскими силами через линию фронта, что обеспечило проведение активных операций в тылу врага. В результате бой за боем партизаны выбивали гитлеровцев из занятых ими деревень и сел. И к ноябрю 1941 года от немцев была очищена огромная территория: около 19 сельсоветов, восстановлено около 160 колхозов и советская власть порядка в 500 деревнях. В «госфонде» партизан накопилось 326 т муки, 1700 голов скота и большое количество прочих сельхозпродуктов. В освобожденных районах функционировали больницы, школы, кинотеатры. Население принимало участие во всех мероприятиях Советской страны. Была организована и осуществлена беспримерная гуманитарная акция: в условиях немецкой блокады, массовых карательных экспедиций партизаны скрытно собрали, организовали и доставили в блокадный Ленинград обоз продовольствия в количестве 200 подвод.

Партизанский край не позволял гитлеровцам в полной мере использовать важные, идущие вдоль фронта и к фронту дороги. Эти важные коммуникации находились под системным контролем партизан. Начиная с весны 1942 года, партизаны Северо-Запада сначала мелкими группами, а затем с выходом отдельных отрядов и бригад в районы северо-восточнее и южнее Пскова, нападали крупными силами на железную дорогу и шоссе на участке Псков – Луга. Такое положение сохранилось до осени 1942 года, когда немцы для ликвидации партизанского края направили с фронта крупные воинские части. И всё же уничтожить воинские формирования партизан немцам не удалось. Часть бригад перешла границу и влилась в регулярные части. Но основная ударная составляющая рассредоточилась по территории, продолжая вести диверсионные операции с прежней интенсивностью. Как явствует из отчетных данных, только за 15 месяцев партизанами было уничтожено: свыше 30 тыс. вражеских солдат и офицеров, пущено под откос 159 воинских эшелонов, 2 бронепоезда; подбито и уничтожено 59 танков, 25 самолетов, более 800 грузовых и легких автомашин, порядка 300 мотоциклов, 8 бронемашин, 17 тракторов, 29 орудий; разбито около 100 блиндажей; взорвано 158 шоссейных и железнодорожных мостов; сожжено более 70 складов с боеприпасами; вывели из строя 21 радиостанцию. Партизаны разгромили 28 вражеских гарнизонов, 4 штаба; освободили 480 военнопленных и вывели из окружения свыше 6 тысяч советских воинов.

После упразднения Северо-Западного штаба партизанского движения по рекомендации Ватутина ЦШПД переводит А.Н. Асмолова на юго-запад Украины с заданием организовать и возглавить штаб партизанского движения на данном участке фронта и на основании полученного ранее опыта развернуть более активную партизанскую борьбу на Дону, Ростовской области и Приднепровье и иной театр военных действий. В полосе наступления фронта находятся наиболее развитые в промышленном отношении центры страны, с густой сетью железных, шоссейных и грунтовых дорог, превращенных оккупантами в важнейшие коммуникации, по которым подводятся резервы и военная техника для борьбы с войсками не только Юго-Западного, но и Воронежского и Южного фронтов. По ним враг вывозит в Германию всё награбленное. В военном и экономическом отношениях это, возможно, наиболее важная часть советской земли, захваченная оккупантами. Кроме этого эта территория в природном плане весьма неблагоприятна для партизанских действий: безлесные, степные районы Украины. Алексеем Никитичем после детального анализа обстановки была изменена тактика действий. Основные действия были направлены на крупномасштабный диверсионный и разведывательный характер операций с засылкой в глубокий вражеский тыл как отдельных организаторов диверсионных групп в составе местного контингента подпольщиков, так и отдельных опытных команд для проведения крупных операций. При этом для засылки на задание разведчиков, диверсантов, организаторов операций впервые использовались самолеты, выделенные Центром партизанскому штабу (ЦШПД).

Согласно отчетным материалам партизанских отрядов и соединений в полосе Юго-Западного, а затем 3-го Украинского и некоторых других фронтов, руководство которыми осуществлял штаб, возглавляемый А.Н. Асмоловым, были уничтожены свыше 48 тыс. солдат и офицеров противника, было пущено под откос 283 эшелона с живой силой и техникой врага, уничтожено 78 танков и бронетехники, более 1600 автомашин с различными грузами, взорвано свыше 90 железнодорожных, шоссейных и грунтовых мостов и т.д. А также оперативные партизанские группы, действовавшие в боевых полосах отдельных армий, уничтожили свыше 2800 солдат и офицеров, 120 автомашин с грузами и 18 воинских эшелонов.

Несмотря на то, что на участке данного фронта приходилось действовать на открытой местности, в степях, в безлесье, засылаемые в тыл врага оперативные малочисленные группы вырастали в крупные партизанские отряды. Мощную помощь опергруппы оказывали армейским штабам в получении разведданных. Всего штаб партизанского движения с января 1943 года по июнь 1944 года сформировал 3 партизанских полка, 2 сводных батальона, 20 отрядов, 53 организаторские группы, 35 разведывательно-диверсионных и 15 специальных групп, 2 партизанские разведывательные резидентуры, 2 опергруппы. В тыл врагу со спецзаданиями были отправлены 8 разведчиков и 10 связистов. Общее количество боевых единиц – 150, число спецов – 1908. Реформировано и перереформировано 28 человек. Заслано в тыл врага 1114 человек, из них в организаторских группах – 532 человека. Каждая группа численностью несколько десятков человек создавала в тылу врага бригады из местного населения состава до тысячи человек каждая. Всё это значительно способствовало успеху наступательных операций Советской армии. Особенно это сказалось на масштабных операциях при форсировании Днепра, Днестра, операциях в междуречье. И их успешных завершениях. Описывая происходящие события, Алексей Никитич подчеркивает, что все успехи партизанской борьбы, небывалым пожаром разгоревшейся в тылу вермахта, связаны с невиданной самоотверженностью и героизмом советских людей, поднявшихся на защиту своей социалистической Родины. Это был наш главный оплот в борьбе с самым сильным и коварным врагом.

После успешного завершения Южно-Украинской операции Алексей Никитич был направлен ЦШПД СССР в Чехословакию. В конце августа 1944 года в Словакии было поднято народное восстание против немецко-фашистских оккупантов. Восстание было крупнейшим в Европе против фашизма.  Фашистский режим бросил все имеющиеся в его распоряжении силы  на ликвидацию опасного для него очага сопротивления. Восстание во многом определялось международной тенденцией борьбы с фашизмом. Но всё же создается впечатление, что хотя какая-то подготовка и велась (отдельные группы украинских партизан были направлены в Словакию, например, группа П.А. Величко первая высадилась 26.07.1944), она носила спонтанный характер, не имела единого центрального руководства. Если прокоммунистическая часть руководства четко ставила задачу построения демократического и независимого государства, то другая часть ориентировалась полностью на политическую и финансовую зависимость от западного капитала. К восстанию примкнула армия, преобразовавшаяся в Повстанческую армию с ее штабом. По решению чехословацкого «правительства» в эмиграции (правительство Бенеша) повстанческую армию возглавил генерал Ян Голиан. Несмотря на недостатки в руководстве повстанческими подразделениями, слабую организацию взаимодействия с партизанскими частями, отвага и инициатива повстанцев помогли сдерживать натиск фашистов на ряде участков обороны освобожденной территории Словакии.

В создании обороны Повстанческого района участвовало несколько партизанских бригад, прибывших с Украины. Наиболее крупной из них являлась бригада капитана А. Егорова. Организаторская группа Величко в Словакии сформировала мощную партизанскую бригаду из 2080 бойцов 12 национальностей. Тем не менее основным ядром Словацкого национального восстания был вооруженный словацкий народ, а появление советских партизан подняло на ноги народные массы. Однако при этом серьезные проблемы сосредоточивались в руководстве. Армейское руководство чаще оглядывалось на эмиграционное лондонское правительство Чехословакии. Оттуда Голиан получал указы, противоречащие решениям Словацкого национального совета. Он поддерживал с Бенешем, его командующим Виестом радиосвязь, хотя последний не был утвержден Советом в этой должности. По сути Голиан (подполковник, возведенный Виестом в ранг бригадного генерала для занятия должности командующего Повстанческой армией) являлся политиком буржуазной ориентации, как и некоторые другие офицеры в его окружении. Классовые интересы их были ближе к лондонским, чем успехи антифашистской национально-демократической революции. В отличие от наступательной тактики революционно настроенного Словацкого национального совета штаб Повстанческой армии считал достаточным лишь закрепиться на занятой территории, отбиваясь от немцев до последних сил, и ждать освобождения всей Словакии от немцев Советской армией. В связи с этим совет обратился к Советскому правительству с просьбой помочь в организации тактического взаимодействия в условиях жесткой фашистской агрессии. УШПД удовлетворил просьбу и направил в Словакию А.Н. Асмолова, имеющего огромный опыт по организации и руководству партизанским движением в боевых условиях.

По прибытии в Словакию в качестве советника Повстанческого совета и детального анализа создавшегося тяжелого положения повстанцев, Алексей Никитич активно включился в работу по переориентировке командного состава, боевого управления и тактики ведения военных действий: утверждение единого Главного повстанческого штаба с переподчинением ему штаба повстанческой армии; необходимость замены военных действий с пассивной обороны и отражения на пограничных рубежах освобожденной территории атак наступающего противника на активную партизанскую тактику проведения боевых операций по ликвидации вражеских гарнизонов, диверсий с уничтожением транспортных средств, коммуникаций, связи, складов, техники, вооружения и живой силы, а также освобождений от врага территорий.

В связи с этими мероприятиями в начале октября 1944 года ЦК Компартии Словакии обратился к воинам Словацкой армии и партизанам, к коммунистам, ко всем гражданам с воззванием, которое заканчивается призывом: «Наш путь ясен. Это путь единодушной и самоотверженной борьбы – путь национальной войны… Единство и революционная дисциплина, смелость и выдержка – и победа наша!» Однако на тот период даже по данным Голиана, с точки зрения подготовки и вооружения враг значительно превосходил повстанцев, хотя численное преимущество было на их стороне, и они терпели сокрушительное поражение, имелись случаи разоружения частей немцами и какая-то часть солдат уходит в горы к партизанам или пополняет тыловые подразделения. При этом ни лондонские, ни западные «посидельцы» и «воздыхатели» никакой военной помощи Повстанческой армии не оказывали. Вместе с тем восстание в Словакии имело важное военно-стратегическое значение. Масса текущих проблем, касающихся оперативных вопросов руководства партизанскими силами, лежала на Главном штабе восстания. Поскольку здесь А.Н. Асмолов имел наибольший опыт, то 6.10.1944 он приказом был назначен первым заместителем начальника Главного штаба партизанского движения. А 7.06.1944 А.Н. Асмолову приходится уже предотвращать попытку ликвидации партизанского штаба прибывшим из Лондона на пост командующего Повстанческой армией Рудольфа Виеста. Однако последнему было указано А.Н. Асмоловым на то, что он может рассчитывать только на координацию действий и согласование оперативных вопросов. И не более. Далее, после анализа обстановки Асмолов характеризует ее как очень и очень негативную, чреватой полной ликвидацией освобожденного района, противник системно его сокращает. Отсутствуют и маневр, и резерв. Для сохранения живой силы партизан и армии необходимо срочно выйти из кольца окружения на запад и север и организовать партизанскую войну в горах, а до этого вести бои за наиболее укрепленные повстанческие города – рубежи (вначале Бистрице, затем Доновал). Однако это саботируется армейской верхушкой, которая после падения Брезно перебирается в Банско-Бистрицу, а к утру следующего дня (26.10.1944) отбывает в Доновал, чтобы затем перелететь через линию советско-германского фронта. Т.е., военное командование полностью утратило контроль над армией. Практически армия разбита. В этих условиях А.Н. Асмолов берет на себя командование партизанскими бригадами и остатками армейских частей.

Восстание переживало труднейший критический момент. Но даже в этой чрезвычайной ситуации развала повстанческой армии и партизанские бригады, и отряды остались один на один с врагом, под руководством А.Н. Асмолова борьба с врагом продолжается. С упорными боями партизаны, защищавшие до последнего свободную территорию, организованно уходят в горы, искусно маневрируя, избегая фронтальных ударов, нанося серьезный урон врагу. И в этих тяжелейших условиях подавляющее большинство бригад и отрядов сохранили свою былую мощь и восстановили ударную силу, попав в новые районы боевых действий. Тысячи солдат и других участников борьбы были вырваны из стихии хаоса и подчинены командованию.

При ночевке в Доновале утром открылась подлость. Скрыто Виест для Повстанческой армии подготовил и распространил, но не подписал приказ, по которому «разрешалось» разойтись по домам. Приказ в армии был воспринят как прекращение сопротивления и воля анархии. Поэтому утром все уходят, а многие уже ушли куда-то. Ушли Виест и Голиан, чтобы спрятаться в деревне (их самолет, на котором они собирались сбежать, сгорел при бомбежке). Главный штаб, партизанские, подчиненные и примкнувшие армейские части, а также вся прочая «вольница» покинули поутру Доновал и направились к Прашевой. Переход через Козий хребет по бездорожью в туман, снег с дождем, с ночевкой под открытым небом явились тяжким испытанием для тысяч бойцов Повстанческой армии. Партизанам же такая погода была более привычной.

Поведение Виеста и Голиана А.Н. Асмолов считает заранее запланированной акцией. Бенешу, сидящему в Лондоне, отдать армию партизанам – равносильно потерять власть. А Виест и Голиан сделали то, что от них хотели в Лондоне и что они хотели сами. Они думали о спасении собственной шкуры прежде всего. Такое поведение по этому вопросу было расценено как предательство на собравшемся в землянке на Прашивой заседании руководителей Словацкого восстания. На заседании выступил глава штаба партизан Словакии К. Шмидке. Он отметил, что своей борьбой партизаны помогают и ускоряют приход Красной Армии в Словакию. Необходимо не теряя времени из разрозненных войск, населения, ушедшего в горы, создать партизанские отряды, переводя всё на методы партизанской борьбы. Он предложил назвать все партизанские силы Народно-освободительной армией, главный штаб партизанского движения Словакии переименовать в главный штаб партизанского движения Чехословакии. А А.Н. Асмолова назначить командующим партизанским движением Чехословакии.

Все предложения были приняты. Далее, необходимо было определиться с безопасным местонахождением главного штаба и руководства восстанием.

Поскольку в районе Прашива была отмечена концентрация немецких карателей и случаи их нападений на пограничные посты, руководство восстанием и главный штаб решено было перебазировать на восток, в район горы Дюмбер. Дополнительно в колонну влились добровольцы, солдаты, не подчинившиеся приказу Виеста, не сложившие оружия. По воспоминаниям А.Н. Асмолов, этот переход для отряда был самым тяжелым испытанием. Суровые зимние условия (непрекращающиеся осадки в виде дождя, мокрого снега, плотный туман, ночные заморозки до –20°), высокогорное бездорожье и шквальный, леденящий ветер, отсутствие подготовленных баз, одежды, обуви, угроза нападения карателей. Маршрут отряда от Прашива до базы в Ломнистой долине (южные склоны хребта Хабенец) был пройден за 12 суток с непрерывными переходами по 15 часов, ночным отдыхом иной раз под ливневым дождем или лютом заморозке. Не обошлось без жертв (обмороженные, погибшие). На последнем этапе погиб секретарь КПЧ Ян Шверма. В Ломнистой долине пришельцев встретил партизанский отряд капитана Данилова из бригады Величко.

Сложившаяся обстановка театра военных действий Красной Армии ставила перед главным штабом партизанского движения Чехословакии задачу развертывания и активизации партизанской борьбы как непосредственно в тылу фашистских войск, так и непосредственно в Чехословакии. Поэтому сложившуюся ситуацию один из лидеров Словацкого восстания Карол Шмидке оценил не как поражение, а как начало новой борьбы. Около 20 тысяч вооруженных бойцов под руководством ГШПД Чехословакии продолжают сражаться в горах. Под ними еще большая территория, нежели в период восстания. Была налажена связь с УШПД, командованием 1-го Украинского фронта и непосредственно с Москвой.

А.Н. Асмолов характеризует этот период как время интенсивного пополнения партизанских рядов. Это было обусловлено наличием почти во всех поселках осевших солдат и офицеров Словацкой армии и бывших партизан, которые в свое время не смогли уйти в горы. В течение зимы 1944/45 года было создано немало новых отрядов, которые приняли активное участие в борьбе с захватчиками и их холуями. Удары партизан по отступающим фашистам слились с ударами вооруженного населения прифронтовой полосы. Главный штаб партизанского движения совместно с местными комитетами вели среди населения широкую подготовку к вооруженному восстанию, которое должно было быть приурочено ко времени подхода к этим населенным пунктам Красной Армии, а при приближении ее к городам и селам население переходило к активной фазе действия против захватчиков. Начиная с начала 1945 года и до полного освобождения страны от фашистов партизанские отряды и бригады в прифронтовой полосе действовали в самом тесном взаимодействии с наступавшими передовыми частями советских войск.

В книге «От Бузулука до Праги» легендарный чешский генерал Людвиг Свобода так охарактеризовал оказанную Советским Союзом помощь народам Чехословакии в борьбе с фашизмом: «Помощь, которую Советский Союз оказывал чешскому и словацкому народам в период их борьбы с фашизмом, была огромной. Без этой помощи партизанское движение в Словакии, Моравии и Чехии не могло бы развиваться так успешно. Во время Второй мировой войны на территорию Чехословакии было заброшено 700 советских и чехословацких военнослужащих, прекрасных организаторов партизанского движения. Эти мужественные люди сумели организовать и поднять на борьбу с врагом широкие народные массы и в тяжелейших условиях вражеского тыла наносили по немецко-фашистской военной машине мощные удары». И здесь, в обойме этих мужественных, в первую очередь следует отметить Алексея Никитича Асмолова, его выдающуюся роль, которую он сыграл в Словацком восстании. Не зря в своей книге «Свидетельство о Словацком национальном восстании» Густав Гусак назвал его «душой главного штаба партизанского движения», а Республика Чехословакия дважды удостоила его высшим боевым орденом.

А вот у нас почему-то он удостоен лишь упоминания в энциклопедическом словаре да нескольких дежурных наград. Хотя в наших средствах массовой информации оскомину набила фраза: «Никто не забыт, ничто не забыто!» Правда, она иной раз подтверждается практикой. Мой ближайший родственник добровольцем в 17 лет в составе 2-й Ударной комсомольской дивизии воевал недолго, был ранен, контужен, демобилизован в 1943 году. Спустя 30 лет медаль «За отвагу» нашла героя, а спустя 62 года нашел героя и орден Красной Звезды. Правда, герою поносить его не пришлось…

Вот, может, и в данном случае награда где-то ищет генерал-майора Алексея Никитича Асмолова… Может быть, и найдет. Чем черт не шутит, пока Бог спит!? Тем более что грядет не рядовая дата, а 75-летие Великой Победы! Ну а если не найдет, то давайте хотя бы вспомним о нем и отдадим должное его делам…

                                  И воздадим ему вечную славу! 

                              г. Новосибирск

Другие материалы номера