«Я – станица Полтавская, и у меня рак»




«Здравствуйте! Я – станица Полтавская. Мне 228 лет… Сегодня я являюсь центром Красноармейского района Краснодарского края и малой родиной для 27 тысяч человек.

«Здравствуйте! Я – станица Полтавская. Мне 228 лет… Сегодня я являюсь центром Красноармейского района Краснодарского края и малой родиной для 27 тысяч человек. А еще на моей земле выращивается 40% российского риса [по данным администрации Красноармейского района, 38% от общего валового сбора по Краснодарскому краю. – Авт.]. Раньше он был здоровой пищей, им кормили детей, его с удовольствием ели взрослые. Но сегодня я не могу молчать, о том, что кубанский рис может нести угрозу жизни и здоровью людей! Я больна раком. На уровне губернатора Краснодарского края принято решение не замечать мою опухоль в угоду чьим-то интересам. Я обречена на медленную и мучительную смерть. Спасите, услышьте! Полтавский мусорный полигон погубит не только меня: умрут мои дети – 27 тысяч!..»

«Уберите свалку!»: жители кубанской станицы требуют закрытия мусорного полигона в Красноармейском районе, где рисовые чеки дают более 325 тыс. тонн зерна в год – 40% краснодарского риса.

– На таких людях держится не только район, но и вся Россия…

– Светлая память Андрею Анатольевичу, человеку, который изменил станицу Полтавскую…

Обширная территория ПО «Камавторесурс» заполнена притихшими людьми. Здесь прощаются с гендиректором Андреем Гаряевым. 5 октября он застрелился в своем доме, оставив предсмертную записку.

Слово берет глава Полтавского сельского поселения Владимир Побожий:

– Неугомонный он был… Он бы прожил еще, если бы не было этой темы, которая усугубила его моральное состояние… Не хочу переводить разговор на эту скользкую тему… Но он боролся за эту тему, которая всем известна. И лучшей памятью об Андрее Анатольевиче было бы решение проблемы, за которое он боролся.

Никто не спрашивает, что это за троекратно повторенная загадочная «тема»: она буквально висит в воздухе. Но никто не рискует вслух назвать вещи своими именами.

Свалка в Полтавской появилась еще в 1992 году. Была сначала стихийной, потом муниципальной, а затем частной. Местные жители называют ее «семейным предприятием главы района», намекая на то, что учредителем ООО МП «ЖКХ» Красноармейского района (хозяина полигона) стал брат главы Владимир Васин. Нынешний бенефициар полигона – Московское ООО «Экотехпром», имеющее статус регионального оператора ТКО.

Свалка росла – и недовольство жителей вместе с ней. Как говорят активисты, количество писем, полученных из разнообразных инстанций, давно перевалило за тысячу. Информация в них варьируется от «фактов загрязнения, свидетельствующих о непосредственной угрозе жизни и здоровью жителей ст. Полтавской, не выявлено» до «полигон не обеспечивает санитарно-эпидемиологическую безопасность населения».

А вот результаты анализа воды из сбросного канала с северной стороны мусорного полигона – найдено большое количество колиформных бактерий, наличие которых по санитарным нормам считается недопустимым: они свидетельствуют о фекальном загрязнении и о возможности эпидемий. Исследование же почвы, на соседнем участке сельхозземель, проведенное специалистами лаборатории ФГБУ ЦЛАТИ по ЮФО в 2020 году, показало превышение предельно допустимых концентраций ртути в 32 раза и мышьяка в два раза.

Санитарно-защитную зону, устройства которой так долго добивались, и, наконец, добились жители Полтавской, они называют «победой над здравым смыслом».

«Она действительно составляет положенные 1000 метров в каждую сторону, но проходит по дороге, вытянувшись такой «колбаской», – объясняет председатель Общественного совета по закрытию Полтавского мусорного полигона Наталья Гаряева. – А сельхозугодья – в 20 метрах от свалки, жилые дома – в 600 метрах!»

В конце прошлого года краевое министерство ТЭК и ЖКХ преподнесло жителям Полтавской сюрприз, сообщив о принятии «временных и не всегда популярных решений о направлении потоков отходов г. Сочи и Туапсинского района на действующие лицензированные полигоны Краснодарского края». В частности, в Полтавскую запланировали отправить 404 тысячи тонн мусора в год. Это при том, что тамошний полигон и так забит под завязку.

И тут народ не выдержал. 15 января более тысячи жителей станицы пришли на сход, где образовали общественный совет по закрытию полигона. Они также выработали резолюцию, где в частности потребовали: закрыть полигон в Полтавской и провести его независимый экологический и санитарно-эпидемический аудит, пересмотреть схему распределения ТКО в Краснодарском крае, запретить транзитный проезд большегрузов через станицу.

Вот уже без малого год, как в Полтавской не утихает народное возмущение.

 

Острое отторжение

Андрей Гаряев с самого начала возглавил протест против полигона, не соответствующего никаким санитарным нормам: вплоть до недавнего времени ответы из Росприроднадзора, прокуратуры и еще миллиона инстанций были адресованы на его имя. Потом начались серьезные проблемы с бизнесом (об этом ниже), и еще более серьезные – со здоровьем.

На посту председателя Общественного совета по закрытию Полтавского мусорного полигона Гаряева сменила его бывшая жена Наталья. (У каждого из бывших супругов своя семья, но, по свидетельству станичников, это никогда не мешало им поддерживать как деловые, так и дружеские отношения.)

– Трудно, конечно, сейчас сказать, что у него в голове было на тот момент, когда он такое решение принял, – говорит Наталья Гаряева, после смерти бывшего мужа ставшая гендиректором «Камавторесурса». – В начале августа у Андрея ухудшилось здоровье. У него был диагностирован рак, он жил с пересаженной печенью, но состояние до тех пор оставалось более-менее стабильным. А тут его госпитализировали в Москву с диагнозом «острое отторжение печени».

Наталья Юрьевна убеждена: это резкое ухудшение (следствие считает его вероятной причиной самоубийства 58-летнего предпринимателя) было вызвано в первую очередь давлением со стороны районной администрации:

– Нам перекрыли все бюджетные контракты, где мы работали прямыми договорами. Андрею откровенно говорили: ты давай, прекращай свою борьбу, мы вернем все на круги своя. А он боец по натуре. Как прекратить борьбу с помойкой? Люди-то ему поверили за ним пошли…

 

Штраф – 30 миллионов

20 июля мировой суд города Абинска оштрафовал ООО ПО «Камавторесурс» на 30 млн руб. за то, что предприятие сдало построенный им спортивный комплекс на три месяца позже срока.

– Это было как гром среди ясного неба, – говорит Наталья Гаряева. – Наша борьба была в активной стадии на тот момент, и первое, что мне Андрей сказал: «Это из-за помойки». Потому что нет практики, чтобы за такую небольшую задержку штрафовали на такие суммы. На момент вынесения решения мы уже сдали спорткомплекс. Почему задержали? Мы в суде объяснили, что были проектные недоработки и это нас тормозило. Даже представитель заказчика (Абинсккапстроя) встал в суде и сказал, что вины «Камавторесурса» в задержке нет: проект был сырой.

В конце августа Наталья Гаряева вышла к краевой прокуратуре с плакатом, где было написано: «Добросовестное строительство для государства может стоить вам бизнеса и жизни»:

– То есть я в августе уже стояла там и буквально кричала: что же вы делаете?

 

Волосы дыбом встают

5 сентября 2022 года. Прямо посреди дороги, на мосту через дренажный канал, стоят пластиковые стулья. На них сидят люди постарше, а остальные – всего человек тридцать – стоят вокруг. Все греются горячим чаем – его наливают из принесенного с собой металлического бачка. Дует пронизывающий ветер, а собравшиеся настроены решительно: вышли в 8 утра и будут стоять до темноты.

Протестующие перекрыли единственную дорогу на полигон, поэтому здесь уже скопились заполненные мусоровозы. Тут же пара полицейских машин. Самих сотрудников полиции не видно: говорят, они уже пытались разогнать народ, грозились применить силу. Расходиться никто не стал, и полицейские куда-то ушли – но обещали вернуться.

5 сентября жители Полтавской перекрыли дорогу к полигону.

– Мы требуем, чтобы к нам пришел глава Красноармейского района Юрий Васин и дал обещание провести сход, – говорит пожилой мужчина в инвалидной коляске. Это Юрий Трубачев, один из самых активных протестующих (и по совместительству – отец Натальи Гаряевой). Он уже не один раз устраивал одиночные пикеты в Краснодаре с плакатами «Остановите мусорный геноцид» и «Нет свалке в Полтавской!» А 11 августа в одиночку на три часа перекрыл мост на полигон.

– Васин с февраля не дает нам провести сход, – продолжает Юрий Николаевич. – Объясняет то ковидом, то борьбой с терроризмом. Хотя неделю назад у нас проходил День станицы, собрались тысячи людей – это можно.

– У нас в речке растут краснокнижные лотосы. А фуры едут – мусорная жижа льется прямо на них, – сокрушается жительница Полтавской Мария Афанасьевна. – Дети идут в школу по той же улице Тельмана, а там даже нет тротуара. И пыль летит!

…Уже начало смеркаться, когда к протестующим все-таки приехал глава района Юрий Васин. И пообещал подать заявление в суд с требованием закрыть полигон. 7 сентября судья Арбитражного суда Краснодарского края Инна Воронова возбудила дело.

Активисты тоже в стороне не остались:

«Мы как порядочные люди просто обязаны помочь любимому главе района не забыть пойти в суд. Поэтому наши активисты подготовили и направили в районный суд административный иск о признании незаконным бездействия главы района и всей его администрации в части отказа принимать меры по расторжению договоров аренды земельных участков, предоставленных ООО МП «ЖКХ Красноармейского района» для организации полигона ТКО».

А еще на 17 сентября наконец-то назначили народный сход, чего люди требовали уже давно.

 

Не настолько рентабельное предприятие

– Я на стороне наших жителей, – говорит глава Полтавского сельского поселения Владимир Побожий. – Они абсолютно правы – они защищают свои интересы. Если бы у нас построили цивилизованный завод по переработке мусора – мы бы за счастье посчитали. Но на полигоне нет никакой сортировки – сваливают отходы как придется.

По словам Побожия, полигон в Полтавской – обычная свалка: положили дорожные плиты, огородили сеткой, которая ничего не задерживает, – вот и все. А ведь совсем рядом – рисовые чеки. К сожалению, управленческие решения – не всегда удачные – принимаются наверху, хотя стрелочником в случае чего наверняка назначат главу поселения.

– Говорить, что весь кубанский рис отравлен – это полный абсурд, – считает замглавы Красноармейского района, начальник управления сельского хозяйства Алексей Науменко.

– Но, наверное, никто и не говорит обо всем кубанском рисе…

– Нет, именно так говорят. А ведь у нас не только в Полтавской выращивают рис – есть еще Марьянская, Новомышастовская, Ивановская, Тиховский… Но даже если говорить о Полтавской, у нас вода берется с самого верха, в районе Федоровского гидроузла. Канал, который окружает свалку, – это сбросная система, рис оттуда не поливается.

– Но речь идет не о поливе, а о том, что просачивается фильтрат со свалки. Влияет ли свалка на рисовые поля?

– Никаким образом.

– Проблема полигона возникла после того, как министерство ЖКХ собиралось аварийную схему движения потоков мусора и направить сюда отходы из Сочи и Туапсе. Но на сегодняшний день вопрос снят: мусор из Сочи и Туапсе к нам пока возить не будут, – говорит замглавы района по вопросам строительства, архитектуры, промышленности, транспорта, связи, ЖКХ и др. Игорь Никитин. – На полигоне была куча проверок – и Роспотребнадзора, и прокуратуры – делали экспертизу воды, она не показала никаких превышений.

– А жители рассказали мне, что они заказывали независимую экспертизу, которая показала большое количество патогенных бактерий. А другая экспертиза – превышение ПДК ртути…

– Мы экспертизу ЦЛАТИ не заказывали, ее делали по заданию прокуратуры. А у жителей одна фраза: все куплено: суды, прокуратура… Испытания были проведены, по мнению специалистов предельно допустимых концентраций не было, полигон не сбрасывает никакую жидкость в рядом находящиеся каналы. Для данного полигона была рассчитана и установлена санитарно-защитная зона.

– То есть он работает без существенных нарушений?

– Были нарушения, касающиеся места складирования отходов.

По словам Игоря Викторовича, когда администрация района начала вести переговоры с собственником полигона, одним из ключевых вопросов было движение большегрузов через станицу.

– Мы надеялись, что они сделают заезд со стороны объездной дороги и избавят жителей улицы Тельмана от проезда мусоровозов. Но у них не вышло получить согласование.

– Есть ли основания для протестов жителей?

– Конечно, есть. В любом случае, представители полигона могли бы нести какую-то социальную нагрузку – что-то подремонтировать, что-то людям сделать…

– Вы предлагали им это?

– Предлагали. Сказали, подумаем, оценим свои возможности. Говорят, что они не настолько рентабельное предприятие, чтобы осуществлять массовые социальные проекты.

Сейчас в суде находится иск о закрытии полигона, поданный администрацией Красноармейского района по настоятельным требованиям активистов. (Впрочем, последние утверждают, что иск написан очень плохо: не приведено никаких весомых оснований для закрытия.) И телеграм-канал «Полтавская против свалки» сообщает, что Красноармейский районный суд удовлетворил иск прокуратуры района, своим решением подтвердив, что полтавский мусорный полигон работает с нарушениями. Только на практике это пока ничего не меняет.

 

Фильтрат в каналы не попадает

На сходе обе стороны – жители и районное руководство – достаточно откровенно высказали свою позицию, а телеграм-канал «Полтавская против свалки» все добросовестно зафиксировал и опубликовал несколько подробных видео.

– Мне не нравится, когда люди выходят сюда и пытаются переложить это в политическую плоскость, – заявил Юрий Васин. – Кроме инициативной группы существует большая часть адекватных, нормальных людей. Согласно тем анализам, которыми мы владеем, фильтрат в каналы не попадает. И в рис вода из канала К-1 не попадает. Сегодня пытаться обвинить наших производителей риса, попытаться наехать на экономику района – это не совсем порядочно. Обвинять наших рисосеятелей, что они поставляют на прилавки нашей страны некачественный рис, ну это вообще…

Заместитель Васина Николай Шумченко был еще радикальней:

– Здесь, на площади собралось – ну пусть 500 человек [на самом деле намного больше. – Авт.]. И не надо здесь поджигать толпу! И не надо тут рассказывать, что вы все тут так болеете за все 150-тысячное население Красноармейского района. Вы себя ведете вот так вот… я не знаю даже, слово подобрать какое… Это говорит о вашей очень неконструктивной позиции. И я сегодня наблюдаю здесь агрессивное меньшинство, оно пытается навязать свою волю нормальному большинству. И не надо говорить, что мы поставляем некачественный рис, потому что рис проходит жесткий контроль, а вы такими заявлениями пытаетесь посадить экономику района непонятно куда. Те, кто пытается свои меркантильные интересы отдельных личностей навязать большинству…

Народ, собравшийся на площади перед кинотеатром им. Ковтюха, на выступление Васина реагировал довольно бурно. Шумченко же захлопали с криками «Позор!» и фактически прогнали от микрофона.

Та же судьба постигла и фермера-рисовода Романа Ковалева, выступившего на стороне администрации и традиционно обвинившего протестующих станичников:

– Вы тут собрались за 20 миллионов рублей, каждому дали…

Кто и кому дал 20 миллионов – выяснить не удалось. Но инициативная группа с явным удовольствием опубликовала информацию о том, что сын рисовода, Александр Романович Ковалев – один из учредителей пресловутого ООО МП «ЖКХ» Красноармейского района, под чьим крылом и выросла свалка.

 

Ожидал, что начистят фейс

Меры воздействия на «агрессивное меньшинство» не заставили себя ждать – хотя есть видео от 5 сентября, на котором Васин обещает протестующим, что «никто никого наказывать не будет». Уже через несколько дней после схода члены инициативной группы, участвовавшие 5 сентября в акции на мосту, стали получать вызовы в суд.

«Я, Трубачев Юрий Николаевич, инвалид детства 1 группы […]. 05.09.2022 я перекрыл мост, ведущий на свалку, по следующей причине.

Понаблюдав за движением автомобилей грузоподьемностью тонн по 50, везущих мусор прямо под знаки, ограничивающих движение автомобилей грузоподьемностью свыше 20 тонн, я пришел к выводу, что их не останавливают гаишники по одной из трех причин:

1. они настолько заняты, что у них просто нет времени махать палкой;

2. они не отличаются хорошим зрением и просто не замечают эти автомобили;

3. их начальство дало им приказ не замечать нарушение, так как, вполне возможно, благосостояние начальства напрямую зависит от количества машин с мусором проехавших через станицу…

Я рано утром поставил свой автомобиль поперек моста, ведущего на свалку, и уже через 10 минут первый автомобиль с прицепом попался, сдать назад он не мог, так как с прицепом это затруднительно.

После этого я позвонил своей дочери и попросил ее обзвонить кого сможет, чтобы пришли ко мне на помощь, так как я ожидал, что водители мусоровозов начистят мне фейс, а при скоплении людей они постесняются это делать».

С Юрием Николаевичем (напомним, он инвалид-колясочник) суду и полиции пришлось повозиться. Но справились: в итоге оштрафовали его на 5 тысяч по ч. 1 ст. 20.2.2 КоАП РФ («Организация массового одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка»).

– Меня вызвали в суд. Я подъехал – у меня электрическая коляска, а там ступенек десять штук, – рассказывает Трубачев. Они говорят: «Мы вас занесем». Я в ответ: «Сначала застрахуйте меня, а потом уже несите». Они крутили-вертели… Достали какую-то доску, положили: «Вот вам пандус». – «Дайте мне сертификат на этот пандус. По закону имею право требовать». Держали меня около двух часов, не выпускали с территории суда, но я вырвался все-таки. Часа через два они звонят: «Нашли другое помещение, без ступенек, без пандуса». Я говорю, я вам не поверю, пока вы мне не пришлете видео или фото. Прислали полицейского, который мне показал видео… Ну ладно, говорю, раз без пандуса, завтра буду.

 

Прям вода боржоми

По той же статье, но по части 4, присудили штраф еще одной активистке – Людмиле Гришковой. Причем на нешуточную сумму – 75 тысяч. Именно во столько судья районного Красноармейского суда Н. И. Городецкая оценила ее протестную активность. Потому что Людмила Борисовна – рецидивистка: в мае ее уже штрафовали на пять тысяч за столь же тяжкое преступление – организацию массового одновременного пребывания… И далее по тексту.

Людмила Борисовна – астматик, инвалид 2 группы. Ее муж, Виктор Евдокимович – «семипалатинец» [пострадавший в результате ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне. – Авт]. А живут они в 600 метрах от полигона.

– Васин делает анализы – прям вода боржоми. А у меня внучка маленькая, 5 месяцев, так я не могу ее к себе взять, потому что мало того, что гул [от мусоровозов], пыль, вонь, так еще и белье нельзя вывесить, мы в доме сушим белье, – сетует Гришкова. – Вон колодец у соседей, раньше он назывался Илюшинский колодец, здесь Илюшины жили, и вся округа ходила сюда воду брать. Мы тоже пользовались этой водой, когда не было водопровода. Теперь его надо засыпать – там один фильтрат со свалки, вонь стоит жуткая. Как бомжи, живем на свалке, мне туда мусор нести ближе, чем до контейнера. Я их спрашивала: «Скажите, вот мне, чтоб выкинуть мусор, надо в центр идти. Так может, я туда, на свалку ходить буду? Ну, чтоб не платить».

Первый штраф она получила вместе с сообщником – мужем:

– Он всегда со мной рядом, но он в этих делах не участвует: у него, когда он начинает нервничать, из-за лучевой болезни отнимается речь. Это может быть час, может быть два дня или неделю, он просто не говорит – и все, поэтому он просто привозит меня, поддерживает. Я его понимаю, а с другими людьми он не может разговаривать. В тот раз он меня привез туда, на Народную, на переход, а сам пошел в магазин «Рыболов» – посмотреть, что там есть. Перешел туда и обратно, попал в кадр – штраф 5 тысяч.

5 сентября на мосту было человек тридцать. А в суд вызвали шестерых:

– Мой сосед – он в полиции работает – быстренько назвал: Гаряева, Гришкова… Тех, кого знал. Нам не читали протокол, нам вышли и сказали: вот протокол на Иванова, Петрова и Сидорова, вы наказаны – я в том числе.

При упоминании Гаряева на глаза у Людмилы Борисовны наворачиваются слезы:

– Такой светлый человек. Я с 84-го года здесь живу, но я раньше не знала его близко. Я с ним близко познакомилась, когда мы стали воевать за свалку, все вместе, и Натальей Юрьевной тоже. Я удивляюсь их семье, удивляюсь их сплоченности. На все сходы собирались, решали, что мы будем делать дальше… Андрей – лидер. Вот есть люди, с которыми можно говорить весь день, уйти и забыть о чем говорил. А есть такие, которых помнишь. Я самая старшая в нашей инициативной группе, так он сам лежал в больнице, но мне все время звонил, спрашивал: «Борисовна, как здоровье?» – «А ты как?» – «А я нормально, все, не надо обо мне». Человек хотел жить, так радовался, когда в четверг мне звонил за штраф и говорил: тебе деньги переведут, не переживай, я договорился… Не то что некоторые: 21-й век на дворе, а нам говорят: «Ходи – оглядывайся. Ты не боишься? На краю живешь».

– Кто это вам такое говорил?

– Да есть тут…

Я приросла к этой земле

– Я здесь, в этой станице с 2000 года. Я строила здесь дом – всю душу вложила, здесь росли мои дети – у меня их трое, – говорит Наталья Гаряева. – Вот мой райский уголок, а вот, в двух километрах, помойка. И я хочу, чтобы мои дети здесь жили, но, по сути, надо бежать отсюда, здесь опасно жить. Я хорошо понимаю масштабы заражения: и отсутствие гидроизоляции, и то, что здесь проходит бывшее русло реки… Что если я здесь вырою 20-метровую скважину, у меня там фильтрат будет, в этой скважине. И если санитарно-защитная зона полигона, который построен по всем нормам, должна быть площадью в километр, то здесь – десятки километров должна быть, то есть от этой помойки в любом месте может быть потенциальное заражение. Я стараюсь жить экологично: у меня курочки, я слежу за чистотой питания, за водой, которую я пью… То есть меня это все беспокоит в первую очередь из-за детей. У меня нет недвижимости еще где-то, мне бежать некуда. Все, что у меня есть, это Полтавская. Это мой дом, моя вотчина. Я приросла к этой земле. Я здесь живу – и какой-то Васин сделал вот эту помойку!

– У нас тут многие прошли через суд за то, что якобы нарушили закон о митингах, устроили незаконный сход, – говорит активистка по имени Светлана Викторовна. – Когда получили результаты лабораторных испытаний и решили донести до всех, то собрали людей, причем заранее уведомили нашу администрацию. Выступали, говорили о том, какие у нас проблемы, что надо что-то делать. Стали расходиться. На следующий день Наташа звонит, что ее вызывают, за ней следующие – пять человек всего. Кому-то штраф, кому-то предупреждение.

В следующий раз активисты хотят поставить стол, принести печенье, пирожки – что у кого есть – и устроить чаепитие. Отметить чей-то день рождения, например.

Они же имеют право собраться на природе? Тем более что власти уверяют, что тут с экологией все замечательно.

Другие материалы номера