Не словом, так голодом

Обо всем в очередной раз сообщала газета. Поначалу что-то делалось по распоряжению нынешнего губернатора Цивилева. Но на протяжении всей зимы мы наблюдали, что при обильных снегопадах поверхность выработки не покрыта снегом. Нагрев продолжается. Выкопали яму, на глубине 1 метр и далее оказалось тепла 50 градусов и выше. Городской голова от проверки отказался, несмотря на распоряжение губернатора все вопросы согласовывать с жителями. Отказ градоначальника вынудил Виталия Шестакова объявить голодовку.
Один день прошел – власть и глазом не моргнула. Так же и второй день – в общественности и в кругах близких сочувствуют, каждый по себе знает чувство голода даже по случайной задержке с едой. Я говорю Виталию: раз власть не откликнулась сразу, она упрется до конца. Надо с этим завязывать. 
Но он готов был жертвовать собой ради людей. Скоро начались боли. Как ни странно, единственное проявление внимания – каждый день звонок из полиции, справлялись о здоровье, причем словно в порядке контроля: «К тебе сегодня скорая приезжала, проверяла тебя?» Это для нас было совершенно удивительно. 
Голодающий очень сильно похудел, он очень плохо себя чувствовал, у него начало скакать давление. Вызывали скорую. Прошло девять дней, со всей страстью уговорили человека: ты же видишь, действительно им наплевать – ты умрешь, но они просто выкапывать ничего не будут.
И вот у нас снова зима. Все в природе покрыто снегом. И только в двух шагах от крайних домов поселка Парниковка недавно я наблюдала «весеннюю» картину – пропитанная талой водой черная земля пятном среди снегов. Ступить на нее нельзя – ноги тонут, как на оттаявшей пашне, которая, однако, урожая не обещает. Талые воды уходят в нижние горизонты, где-то попадают и на возгорания остатков угля – и дыбом встают взрывы. Их называют хлопками, они достаточно часты, но это отнюдь не аплодисменты жадным дельцам, которые ради наживы способом открытой добычи угля превращают наши зеленые цветущие просторы в лунный ландшафт. Что останется будущим поколениям?
Примерно в одно время с протестом Виталия Шестакова назрела похожая ситуация и вокруг меня лично, связанная с моей журналистской работой. На протяжении двух лет я пыталась и пытаюсь доказать как журналист, что человек, занимающий высокий пост, достаточно странно относится к людям с ограниченными возможностями и к пенсионерам. Такие же странности я подвергла изучению у представителей органов правосудия. 
Ход событий принял такой оборот, что по совпадению вслед за Шестаковым в мае я объявила голодовку, чтобы встретиться с начальником управления МВД по Кемеровской области генерал-лейтенантом Ивановым. 
Буквально через два часа мне позвонили, и я отказалась от голодовки. Требования справедливости удовлетворены. Дело пересмотрено и передано в прокуратуру, потом в суд. Обвиняемый всеми способами старается оттянуть рассмотрение, но сколько веревочке ни виться, а концу быть. Пока он старается извернуться и предъявляет счет за моральные издержки.
На закате очередного года с неба летят снежинки. Но разлетается из угольных разрезов черная пыль, и через несколько дней белые снежные покрывала полей, улиц и домов становятся серыми, потом темными, а к исходу зимы – во многих местностях черными толстыми одеялами.
И они олицетворяют отношение к народу, из-за неуважения к которому на жителей сыплется черная пыль из угольных разрезов и несправедливость в пользовании богатствами родной природы и творческого труда людей как ее хозяев и хранителей.

Наталья ЗУБКОВА, 
журналист

 

Попытки прийти к решению, которое бы устраивало киселевчан, ведутся с 2008 года. Власти до сих пор рассказывают активистам, что горит мусор под землей. Но какой может быть мусор на глубине 25 метров?  Ученые приезжали, измерили уровень радиации, который оказался аномально высок. Интересно, какие радиационные отходы там закопаны. Летом в Киселевск приехал губернатор, пообещал расселить город и признал, что жить здесь невозможно. После его приезда все лето раскапывали месторождения угля и заливали их водой, а в начале октября туда заливали специальные вещества. Но после обещания губернатора расселить город «меньше, чем через год» жители больше не слышали о подвижках в этом деле.
За тот ролик администрация пригрозила жителям: «Вы позорите Кузбасс! Как вы относитесь к Кузбассу, так и он будет вести себя с вами». Жители не сдаются и продолжают рассылать жалобы, в том числе в администрацию города и в Роспотребнадзор. 
А еще жители подали жалобу в международный уголовный суд в Гааге о геноциде населения. Киселевчане попросили независимого расследования угледобычи на территории города, в котором сложилась тяжелая экологическая обстановка. Суд принял заявление. Идея обратиться в Гаагу тоже была коллективной. 
Недавно в город приезжал немецкий журналист. Оказалось, что в Германии людям интересно, как добывается уголь, который они покупают для страны. Основной посыл – чтобы люди узнали, как добывается уголь, соблюдаются ли там экологические требования.  Приезжала в Киселевск и Алина Симон, музыкант, писатель и журналист из США. Эта поездка ей запомнится надолго: Алина получила штраф за съемку фото и видео, которую суд счел за «журналистскую деятельность». Она приехала в Кузбасс «из любопытства, как независимый художник» и вела съемку для собственного блога. Мэру города ее представили как корреспондента The New York Times, хотя она там не работает больше двух лет. Она уехала, но у нее осталось море впечатлений, и от российского суда, и от экологии нашей…

Виталий ШЕСТАКОВ